Генерал, бросивший вызов пулям

Андре Моруа однажды заметил: «Воспитывать — значит возвышать ум и характер, значит вести к...» — и эта мысль невольно перекликается с историей генерала Седжевика, чья храбрость на американской гражданской войне обернулась трагической самонадеянностью. Он не раз и не два приподнимался над бруствером под градом пуль, пока не уверовал, что некая сила отводит их в сторону. В конце концов, встав во весь рост, он крикнул: «Эй!.. Мазилы! Не угодно ли попасть в гене...» — и был сражён. Эта история — напоминание, что даже самая искренняя вера в свою неуязвимость не способна обмануть реальность, а воспитание характера порой требует не только отваги, но и смирения перед логикой.

Шкипер, потерявший ногу

Медиум Хафстей Бьориссон, родовитый исландец, был убеждён: на связь с ним в тонких материях могут выйти лишь столь же родовитые духи. Но в 1938 году, проводя сеанс для «светских дам Рейкьявика», он столкнулся с явлением, которое разрушило его самоуверенность. Внезапно проявилась неизвестная личность мужского рода. «Шкипер я! Тот самый Йонссон — видите, на костыле. Желаю стаканчик рома... А то — какого чёрта и вязаться ко мне, чтобы, видите ли, быть представленным...» — заявил дух. Когда его спросили, чего ещё он хочет, шкипер ответил: чтобы помогли найти его ногу. Это был легендарный в Исландии пьяница, и вот он явился за стаканчиком рома.

Бьориссон вспомнил историю: в октябре 1879 года Йонссон шёл по крутому берегу, споткнулся и упал. В ноябре его тело выбросило на камни, но нога пропала. Шкипер пояснил, что присутствовал на собственных похоронах и ему понравились поминки. Теперь же он просил «светских дам Рейкьявика» найти и похоронить его недостающую конечность. Что до манер, то они его устраивали, и он не видел причин от них отказываться. Этот случай заставил Бьориссона усомниться в своих аристократических предубеждениях относительно потусторонних контактов.

Материалист, изгоняющий духа

Исследователь паранормальных явлений Стюарт Гордон как-то раз попытался спроецировать себя из Шотландии в Лондон. Сидя за пишущей машинкой и мучаясь над заглавием, он решил отвлечься и сосредоточился на том, что всегда давалось ему легко: «как бы оказываться там, где ещё недавно жил». Гордон знал: главное — «быть уверенным, а не впадать в логику». Он сконцентрировался, чтобы не только мысленно увидеть себя в покинутой комнате, но и чтобы её нынешний обитатель, некий «вульгарный материалист», засвидетельствовал его проекцию.

Возможно, враждебность того, кто занял его комнату, подействовала деструктивно. В доме, где жили родственники Гордона, услышали стук машинки с характерным для него ритмом. Они позвонили ему в Шотландию. Решив, что отвлёкся достаточно, Гордон взглянул на лист в машинке и увидел заглавие: «Материалист изгоняет духа». Словно сама реальность подсказала ему тему, смешав паранормальное с иронией.

Морские свинки из иного мира

Медиумы Уильям О’Нейл и Джордж Мик задумали создать «прибор для проявления интеллекта ушедших — из потустороннего мира». На опытном сеансе они вызвали дух итальянского учёного, чей интеллект при жизни был не слишком востребован и недопроявлен. Но вместо благодарности услышали упрёк: «Отсюда никто не будет проявлять себя в полную меру, если вы поставили нас в положение подопытных морских свинок». Дух явно не желал становиться объектом экспериментов, напоминая, что ушедшие сохраняют достоинство и не склонны потакать любопытству живых.

Шоковое изобретение

Изобретатель Карл Уикленд уверовал в свою способность изгонять бестелесных существ из человека. Его метод был радикален: он заставлял духа переселиться в тело помощницы, а затем извлекал его из ауры с помощью электрозаряда — устройство напоминало машину доктора Франкенштейна из кино. Но однажды низковольтный шок, помноженный на одержимость изобретателя, привёл к неожиданному результату: машина сломалась, но любопытным образом открыла Уикленду принцип новой швейной машины. Он описал это в книге «Thirty Years Among the Dead» («Тридцать лет смерти», 1924), однако открытие вскоре забыли.

Ещё более любопытно другое: в 1918 году Уикленд основал Психологический институт для изучения одержимости. Сегодня в его здании в Лос-Анджелесе располагается фабрика швейных электромашин, к которой он не имеет никакого отношения. Словно духи подшутили над ним, превратив его мистические изыскания в банальное производство.

Нарушенная клятва

Весельчак моряк С. Р. Уилмот делил каюту с другим моряком, Джоном Тойотом, обладателем рыжей бороды. Под виски, спасаясь от сильного шторма, они, свободные от вахты, разговорились о женщинах. Шторм усиливался, казалось, судно вот-вот перевернёт. В этот момент Уилмот поклялся, что если спасётся, то больше никогда не навестит скучающую пассажирку. Но, проснувшись, он услышал от Джона: «А ты хорош! Недаром говорят, что ты весельчак. Женщины сами навещают тебя!»

Джон утверждал, что ночью, когда они едва не перевернулись, он увидел с верхней полки женщину, которая склонилась над Уилмотом. Вернувшись домой, Уилмот узнал от жены, что в тот самый шторм, о котором передавали по радио, ей почудилось, будто он гибнет. Она словно перенеслась на пароход, отыскала его каюту и видела его самого, а также свесившуюся с полки рыжую бороду Джона. Так клятва оказалась нарушена не действием, а странной проекцией, связавшей два сознания через бурю.

Медиум-полицмейстер

Даниэль Хоум, знаменитый медиум, однажды левитировал в Петербурге у баронессы Белугиной-Прадт. В самонадеянности он отталкивался от потолка, но вдруг странная сила покинула его, и он вцепился в люстру, рухнув вместе с ней едва ли не на баронессу. В другой раз, гастролируя по России, он лишился поддержки иной неведомой силы, которая помогала ему дематериализовывать и возвращать драгоценности. На сей раз сила не пожелала возвращать их.

Однако неведомые силы, как выяснилось, оказались в подчинении полицмейстера. Они осуществили «обратный апорт», но занесли драгоценности в потайной карман самого Хоума. Медиум, разумеется, совершенно не догадывался об этом. Случай показал, что даже потусторонние помощники могут иметь чувство юмора и сотрудничать с властями.

Что не сделаешь в сердцах!

Художник Джоенс писал по памяти Катрин, пятую жену Генриха XVIII, которую за шалости обезглавили. Увидев портрет, король воскликнул: «Да! Это она — Катрин! Ах, если бы она не шалила!.. Самая любимая — пятая моя жена... Шалунья уже не боялась, что я в сердцах накажу её, — совала нос куда не надо. И вот — опять как живая!»

Когда художник продолжил работу, из некой сопредельной реальности, между ним и мольбертом, просунулись призрачные пальцы и словно бы дразнили его. Катрин, не боясь уже ничего, шалила и после смерти. В конце концов, Джоенс схватил эти пальцы, просунувшиеся между мирами, и снял кольцо. Самое поразительное — оно было идентифицировано как украшение Катрин. Дух шалуньи оставил материальное доказательство своего присутствия.

Таинственная комбинация

Тед Сериоз, известный медиум, стал также известным фотографом благодаря удивительному дару: он делал снимки всего, что представлял, глядя в объектив своего «поляроида». Его «умственные картины» были опубликованы в 1967 году профессором Джайлом Эйзенбадом в серьёзном труде «Мир Теда Сериоза, о котором можно только догадываться». Однако профессор закончил шутливо: «Должно быть, сам чёрт помогает ему. Однако определим это пока в двух словах, как оптические комбинации».

Тед самонадеянно заявил: «Профессор! Раскурите ещё раз свою трубку и, может быть, догадаетесь, что чёрт не помогает мне, — если попросите меня представить Вестминстерское аббатство». Но по велению какой-то странной силы «поляроид» не выдал аббатство, которое представил Тед. «Должно быть, всё же чёрт помогает вам, Сериоз», — сказал профессор, определив проявившееся как «комбинацию из трёх пальцев». Загадочный снимок так и остался неразгаданным.

Бой с тенью

Висячий мост над лощиной в окрестностях Элмора, штат Огайо, обрёл мрачную славу. Там мистер Джексон, медиум и бывший боксёр, рассердившись, вышел на бой с тенью, которая поднималась из лощины и, пугая отсутствием головы, останавливала проезжих. С этого моста когда-то свалился мотоциклист, и тросом ему снесло голову. Мистер Джексон понимал, что такого «всадника без головы» трудно будет нокаутировать. Однако он провёл бой успешно — должно быть, выиграл по очкам. Тень больше не поднималась, словно признав поражение от решительного живого противника.