В конце 1970-х на II Московской конференции со скучным названием «Проблемы безопасности крупных промышленных и транспортных предприятий» прозвучал доклад, который меньше всего ожидаешь услышать в зале, полном инженеров и управленцев. Борис Родионов из Московской академии комплексной безопасности предпринимательства говорил не о датчиках и не о протоколах эвакуации, а об энергоинформационной безопасности человека и дистанционном биополевом воздействии. И подкреплял свои слова результатами экспериментов, которые в ту пору редко покидали стены закрытых лабораторий.

Сам факт, что тема экстрасенсорики просочилась на конференцию по безопасности, говорит о серьёзности подхода. Академия использовала как медицинскую аппаратуру, уже принятую в клиниках, так и собственные разработки, чтобы замерить то, что обычно считается неуловимым. И замерила.

Экстрасенс в одной комнате, пациент — в другой

Схема опытов была проста и оттого убедительна. Экстрасенс сидел в одном помещении, человек-реципиент — в другом, полностью изолированном. Реципиента подключали к приборам, регистрирующим энергонапряжённость работы внутренних органов. Рядом с экстрасенсом находился учёный и давал команды: «Воздействуйте на сердце», «Теперь на печень», «На почки». И всякий раз датчики, прикреплённые к реципиенту, фиксировали изменения именно в том органе, который называл экспериментатор.

Цикл исследований позволил Родионову сделать вывод, который он подкрепил официальными актами: лечебные сеансы экстрасенсов — «не фантастика», они действительно имеют место. Казалось бы, триумф альтернативной медицины. Но тут же прозвучало и второе заключение, куда менее радужное.

Улучшение, за которым прячется ухудшение

Длительное наблюдение за пациентами, прошедшими через руки целителей, выявило тревожную закономерность. На начальной стадии воздействие почти всегда приносило облегчение. Симптомы отступали, больной чувствовал себя лучше, и это подтверждалось объективными данными. Но потом, рано или поздно, наступал откат. Болезнь возвращалась, причём в более тяжёлой форме, чем до сеансов. Этот вывод Родионова перекликается с известным предостережением Артура Кларка: когда старый и уважаемый учёный говорит, что нечто возможно, он почти наверняка прав; когда же он утверждает, что нечто невозможно, он, скорее всего, ошибается. В случае с экстрасенсорикой наука как раз подбиралась к тому, чтобы признать саму возможность воздействия — но одновременно и к тому, чтобы показать его опасную изнанку.

Вода как носитель намерения

Одним из главных инструментов целителей была и остаётся заряженная вода. По мнению Бориса Родионова, это не блеф. Вода — превосходный носитель информации, и экстрасенсы, умеющие управлять своим биополем, действительно способны передавать ей определённые свойства. Эта гипотеза объясняет механизм воздействия: вода, заряженная целителем, попадая в организм, влияет на работу органов.

Подтверждение пришло с неожиданной стороны — с научного семинара, проходившего в подвале старинного особняка. Место было выбрано не из соображений секретности, а из-за банальной бедности института, распродавшего свои корпуса. Но доклады, прозвучавшие там, заинтересовали бы любого средневекового алхимика: речь шла о «живой» и «мёртвой» воде, исследованной вполне современными методами.

Первый докладчик рассказал об опытах с водой, которую экстрасенсы заряжали «на жизнь» или «на смерть». Согласно тогдашним представлениям, вода состоит из жидких кристаллов. После воздействия «на жизнь» интенсивность их роста резко возрастала. Бактерии в такой воде начинали активно делиться, раствор мутнел, и приборы фиксировали поглощение квантов света. Вода, заряженная «на смерть», напротив, замирала: кристаллы не росли, бактерии не размножались, раствор оставался прозрачным.

Обычно наведённые свойства держались около трёх суток, а затем информация, вложенная экстрасенсом, зашумлялась иными воздействиями, и вода возвращалась к исходному состоянию. Но один случай показал, что бывает и иначе. Бутылку с водой, закодированной «на смерть», поставили на шкаф и забыли на три года. Когда её случайно нашли и проверили, выяснилось: вода всё ещё хранила ту же смертоносную программу.

От водопровода до лабораторных мышей

Ещё одно исследование провели в официальном институте Минздрава РФ, занимавшемся тестированием новых медицинских препаратов. Экстрасенс заряжал обычную водопроводную воду, которую на глазах учёного наливали в бутылки. Затем эту воду давали лабораторным мышам и крысам. Результаты шокировали экспериментатора. Вода действовала как мощный иммуномодулятор: у белых мышей она угнетала «дыхание» больных клеток, а крысам помогала даже при остром поражении слизистой желудка.

Эти данные, полученные в Московской академии комплексной безопасности, перекликались с выводами других организаций, рискнувших заглянуть за грань традиционной науки. Например, в Фонде парапсихологии имени Васильева, которым руководил доктор медицинских наук профессор Андрей Ли. Ли, к слову, получил учёную степень именно за объективное доказательство существования ясновидения — случай по тем временам почти уникальный.

Угадать фигуру и предсказать будущее

В фонде разработали методику количественной оценки способности к проскопии — предсказанию грядущих событий. Человек садился перед экраном компьютера и пытался угадать, какая из пяти геометрических фигур появится следующей. Серия таких попыток давала точное число — уровень экстрасенсорных способностей.

Многократные обследования позволили Андрею Ли сделать два любопытных наблюдения. Во-первых, необычные способности у многих проявлялись после травмы — физической, психической или после мощного эмоционального потрясения. Во-вторых, со временем эти способности заметно угасали.

Объяснение напрашивается такое: после травмы организм мобилизует скрытые резервы, помогающие адаптироваться к новой реальности. Когда же человек восстанавливается, экстрасенсорные свойства «засыпают» обратно. Но сам человек уже вошёл в роль целителя, приносящую не только уважение, но и доход. Отказываться от этого статуса не хочется, даже когда дар идёт на спад.

Дилемма пациента

И вот перед нами картина, полная противоречий. С одной стороны, экстрасенсорные способности реальны — это подтверждают и приборы в лаборатории Родионова, и опыты с водой, и исследования Ли. С другой — долгосрочный эффект от лечения целителей, судя по наблюдениям, чаще отрицательный: за временным улучшением следует более тяжёлая фаза болезни.

Пациент, пришедший к известному экстрасенсу, видит кипу официальных заключений, подтверждающих эффективность его работы. Но эти заключения могут быть устаревшими — способности целителя, как мы помним, со временем слабеют. Допустим, вам повезло: экстрасенс действительно воздействовал на больной орган, вы почувствовали облегчение, и это подтвердили медицинские обследования. Но что будет через месяц, два, год? Вопрос остаётся открытым, и данные Родионова заставляют отнестись к нему со всей серьёзностью.