Задолго до того, как НАСА официально открыло свои видеоархивы к 50-летнему юбилею, сенсационные кадры с шаттлов уже гуляли по рукам. Кто-то из сотрудников агентства скопировал самое интересное и продал на сторону, а по другой версии — записи украл Мартин Стаббс, оператор станции космической связи в Канаде. Он методично перехватывал прямые трансляции с орбиты, накопил 2500 часов видео и отобрал моменты, от которых у уфологов до сих пор бегут мурашки. В итоге в интернет попали ролики, снятые в середине 1990-х, и вокруг них разгорелся спор, не утихающий десятилетиями.

Что именно увидели на плёнке

Два полёта идентифицированы точно: STS-75 в феврале 1996-го и STS-80 в декабре того же года. На записи STS-75 заметны четыре объекта, которые движутся в разных направлениях — хаотично, словно не подчиняясь орбитальной механике. STS-80 запечатлел иное: светящееся тело медленно проплывает над Землёй, а ближе к концу появляется второе и проносится с огромной скоростью. Есть и другие плёнки, принадлежность которых к конкретным экспедициям не установлена. На одной из них — восемь эллипсовидных силуэтов, летающих не только вдоль и поперёк, но и снизу вверх. А на съёмке, датируемой то ли 1984-м, то ли 1991 годом (STS-51A или STS-37), виден гигантский светящийся шар, который кружит вокруг космического корабля. Некоторые кадры вдобавок украшены яркими вспышками в атмосфере — беззвучными, мгновенными и совершенно необъяснимыми на первый взгляд.

Версия скептиков: мусор, лёд и робот-шар

Председатель уфологической комиссии Русского географического общества Михаил Герштейн советует прислушаться к мнению Джеймса Оберга — признанного эксперта по космонавтике и аномальным явлениям. Тот считал, что наблюдаемые объекты — всего лишь мелкие частицы, отделившиеся от самого шаттла. В вакууме они сверкают на солнце, а направление их движения объясняется просто: корабль включает двигатели, корректируя положение, и реактивные выхлопы сдувают эти частички в стороны. Загадочные шлейфы на некоторых кадрах, по Обергу, — оптический эффект от пересвета цифровой камеры, а вовсе не инверсионный след неведомого аппарата.

Светящийся шар и вовсе получил прозаическое объяснение. Это автономная внекорабельная камера-робот — сфера диаметром около 40 сантиметров, похожая на футбольный мяч. Она оснащена двенадцатью миниатюрными реактивными двигателями на азоте и двумя видеокамерами, свободно летает и управляется по радио. Её задача — наружный осмотр корабля или станции. Вероятно, именно такой робот и попал в «сенсационные» кадры. Правда, здесь возникает неувязка: впервые его использовали лишь в 1997 году. Значит, чтобы выдать аппарат за НЛО, кому-то пришлось изменить дату съёмки — деталь, которая заставляет сомневаться в чистоте всей подборки.

Советские космонавты тоже не раз вспоминали похожие иллюзии: от иллюминатора при постукивании отделялись частички льда, и со стороны они выглядели точь-в-точь как «летающие тарелки». Казалось бы, вопрос закрыт. Но не всё так просто.

То, что не списать на мусор

Высокопоставленные специалисты Российских космических войск неофициально признают: в околоземном пространстве действительно есть нечто, не поддающееся никаким объяснениям. Их аппаратура позволяет видеть на десятки тысяч километров и распознавать объекты, летящие на другой стороне планеты. Почти всё удаётся идентифицировать — спутники, ступени ракет, обломки. Однако время от времени попадаются цели, параметры которых выглядят странно до нелепости: скорость, масса, состав веществ не имеют «земных» аналогов. Именно эти случаи остаются за кадром публичных отчётов.

Возможно, поэтому Джеймс Оберг, чьи доводы выглядят столь убедительно на бумаге, так и не решился комментировать «сенсационные кадры» по телевидению. От своих слов он не отказался, но, похоже, побоялся обвинений в том, что помогает НАСА скрывать правду о пришельцах. Агентство, в свою очередь, десятилетиями хранило плёнки под замком — и когда наконец приоткрыло архивы, часть материалов уже жила собственной жизнью, обрастая домыслами и конспирологическими теориями. Что же на самом деле мелькает в кадре: космический мусор, блики или нечто иное — вопрос, на который у каждой стороны есть свой ответ, но нет решающего доказательства.