Альфред Адлер однажды заметил: «Никому еще не удавалось вырасти, не совершив при этом...» — и эта фраза, пожалуй, применима не только к людям, но и к целым мирам. Наша Солнечная система взрослела мучительно, через катаклизмы, которые до сих пор ставят перед наукой вопросы о зарождении жизни. Еще не одно столетие, а может и тысячелетие, человечество будет выяснять историю возникновения планет и процессы, повлиявшие на их формирование. Каждое новое открытие лишь на самую малость приоткрывает занавес неизвестности, и свежая гипотеза ученых из Имперского колледжа Лондона — тому подтверждение.

Метеоритные ливни, которые меняли климат

Речь идет о последствиях так называемой поздней тяжёлой бомбардировки — периода, который начался около 4 миллиардов лет назад, на заре Солнечной системы, и длился примерно 100 миллионов лет. Тогда Земля и Марс оказались под настоящими проливными метеоритными дождями. Но главное не сами удары, а то, что происходило в атмосфере после них. Микрометеориты размером с кристаллик сахара, прилетавшие из пояса астероидов между Юпитером и Марсом, при входе в атмосферу раскалялись почти до 1000°C и высвобождали содержащиеся в них газы — в том числе диоксид серы.

Это соединение, как полагают исследователи, сыграло роль климатического регулятора. В верхних слоях атмосферы диоксид серы становился катализатором образования аэрозолей, которые отражали солнечный свет и охлаждали планету. По подсчетам ученых, за год в атмосфере Земли формировалось около 20 миллионов тонн диоксида серы, а на Марсе — примерно 500 тысяч тонн. Для сравнения: в 1991 году извержение вулкана Пинатубо выбросило 17 миллионов тонн газов, и этого хватило, чтобы Земля недополучила около 10% солнечного света и охладела на 0,5°C.

Холодная колыбель для первой жизни

В те далекие времена Солнце светило на треть слабее, чем сегодня, и глобальное похолодание, вызванное метеоритной серой, имело куда более серьезный масштаб. Вряд ли первые микроорганизмы могли появиться в такой период — условия были слишком суровыми. А на Марсе, который находится дальше от Солнца и к тому же уже начал терять свою атмосферу, шансы на зарождение жизни были еще призрачнее. Некогда, возможно, теплая планета превращалась в сухую и холодную пустыню, и сегодня ядро Земли остывает: планета повторит судьбу Марса. Некогда, возможно, теплая планета превращалась в сухую и холодную пустыню.

Гипотеза лондонских ученых не дает окончательных ответов, но заставляет иначе взглянуть на юность нашей планетной системы. Вместо постепенного взросления — череда катастроф, которые могли одновременно и уничтожать предпосылки для жизни, и, как знать, создавать новые химические пути. Пока же мы лишь начинаем понимать, как много случайностей и суровых испытаний скрывается за привычной картиной мира.