24 июня 1947 года бизнесмен и опытный пилот Кеннет Арнольд, пролетая близ горы Рейнир в штате Вашингтон, заметил в небе девять странных объектов. Восемь из них походили на плоские диски, сверкавшие в солнечных лучах, а их движение напоминало «блюдце, скользящее по поверхности воды». Арнольд оценил скорость объектов примерно в 2600 км/ч. Приземлившись, он рассказал об увиденном работникам аэропорта, и история тут же попала в прессу. Однако, поскольку никаких материальных следов «летающих блюдец» найдено не было, последующие сообщения других очевидцев встретили волной насмешек. Самого Арнольда многие сочли лжецом или сумасшедшим, но он до конца жизни стоял на своём: «Пусть меня называют обманщиком, я ни на минуту не усомнюсь в том, что видел».

Этот случай положил начало многолетней полемике — сначала в США, а затем и по всему миру — о природе странных объектов в небе. Если обратиться к летописям, сказаниям и другим историческим свидетельствам, окажется, что подобные феномены наблюдались с древних времён. В разные эпохи их называли по-разному: небесные знамения, небесные жемчужины, летающие тарелки, неопознанные летающие объекты (НЛО), аномальные атмосферные явления. Суть же оставалась неизменной: в небе над головами людей появлялись необычные движущиеся образования, не похожие ни на что земное.

От «летающих тарелок» к научным комиссиям

После случая с Арнольдом за сбор свидетельств взялись как научные, так и любительские организации. Например, участники американского исследовательского проекта «Синяя книга» только за один месяц 1951 года получили 326 сообщений. Кстати, сам термин «НЛО» (по-английски UFO — Unidentified Flying Object) вместо «летающих тарелок» предложил именно глава этого проекта Эдвард Руппельт. Любопытно, что каждая новая «волна» наблюдений получала объяснения, созвучные духу времени: миражи, атмосферные образования, оптические иллюзии, секретные изобретения противника и, конечно, внеземные аппараты. Исследовать объекты было чрезвычайно сложно, ведь отправной точкой служили не они сами, а субъективные показания очевидцев. Массивы данных содержали информацию настолько разной степени достоверности, что значительную её часть называли не иначе как «шумом» или «мусором».

В середине 1960-х годов руководство ВВС США решило привлечь к исследованиям учёных, чтобы те расставили все точки над «i». Тему «Научное исследование неопознанных летающих объектов» с финансированием почти в полмиллиона долларов возглавил авторитетный физик Эдвард Кондон. Два года комиссия изучала сообщения и в итоге вынесла вердикт: «НЛО не представляют угрозы для национальной безопасности США и не являются космическими кораблями внеземных цивилизаций. … за 21 год изучения НЛО не получено ничего, что могло бы обогатить науку. …дальнейшие широкие исследования НЛО, вероятно, не могут быть оправданы надеждой на развитие науки».

Однако точку ставить было рано. Работа комиссии Кондона удовлетворила далеко не всех. Когда спустя несколько лет членов Американского астрономического общества спросили, заслуживает ли проблема НЛО серьёзного изучения, 23% из полутора тысяч ответили «определённо!», ещё 30% — «вероятно», 27% — «не исключено». А 62 астронома описали свои собственные наблюдения! С тех пор и по сей день для изучения феномена не раз создавались центры, комиссии, проекты и комитеты, проводились симпозиумы и конференции в разных странах мира.

Классификация Хайнека и поиск закономерностей

Первичную классификацию НЛО осуществил Джозеф Аллен Хайнек, на протяжении двадцати лет консультировавший американские ВВС по этой проблеме. Он условно разделил все наблюдения на две группы: «ближние» (объект находится от наблюдателя на расстоянии менее 150 метров) и «дальние». «Дальние», в свою очередь, подразделяются на три типа: «дневные диски» — подобные тем, что видел Николай Рерих в Гималаях; «ночные огни» — как, например, наблюдавшиеся в 1981 году в норвежской долине Хессдален; и радарно-визуальные наблюдения, когда объект фиксируется и визуально, и радиолокаторами. Один из ярких примеров последнего типа — пролёт светящихся объектов над равнинами Восточной Англии в 1956 году, зафиксированный тремя разными радарами военно-воздушной базы близ Лейкенхита.

Однако самую широкую известность среди публики получили рассказы о контактах с «пилотами» НЛО — «зелёными человечками», гигантами в серебристых скафандрах и тому подобных персонажах. В США даже существуют группы поддержки «контактёров». Но, как замечают исследователи, ни крупицы нового знания эти контактёры так и не дали. К наименее надёжным сведениям относят также слухи о том, что американские военные якобы располагают целыми или разбившимися НЛО и телами гуманоидов.

Более научный подход предложил Жак Валле, поставивший в центр своих исследований статистическую обработку сообщений. Ему удалось обнаружить определённые закономерности в распределении числа наблюдений в зависимости от времени суток, плотности населения, социально-демографических характеристик очевидцев. К примеру, с учётом потенциального количества наблюдателей пик наблюдений приходится на четыре часа утра. В продолжение этих работ предпринимаются попытки использовать компьютерные распознающие программы.

Гипотезы: от плазмы до внеземных аппаратов

Сегодня существует несколько основных гипотез, объясняющих феномен НЛО. Естественная гипотеза трактует его как комплекс физических явлений — оптических и, возможно, плазменных. Субъективистская описывает НЛО как современный миф, своего рода обман зрения, помноженный на реалии космической эпохи. Искусственная гипотеза подразумевает, что НЛО — это летательные аппараты, земные или внеземные. Сторонники объективистского подхода, к которым принадлежит и кандидат философских наук Владимир Рубцов, собирают информацию об аномальных явлениях, отвлекаясь от теоретических концепций. По его мнению, чтобы установить истину, нужно постепенно объяснять и вычленять различные классы сообщений.

Своеобразным итогом полувековых исследований стала книга «Пятьдесят лет феномена НЛО», выпущенная в Англии и переизданная в Австралии и Японии. Её написали специалисты из разных стран с самых разных позиций, охватив различные аспекты проблемы. Есть в ней и статья Владимира Рубцова «Советская уфология в человеческом ракурсе» — напоминание о том, что во времена СССР тема НЛО носила оттенок интеллектуального диссидентства.

Что же дала полувековая история научных (и не совсем научных) исследований? Во-первых, массив из сотен тысяч неоднородных эмпирических данных из более чем 130 стран мира, который, по некоторым оценкам, составляет от 1 до 10% всех наблюдений. Среди них есть описания, подтверждённые данными радаров, а также фото-, кино- и видеоматериалы. Во-вторых, стало очевидно, что проблема, в сущности, ещё даже не поставлена в соответствии с её природой — в единстве физического, социального и психологического аспектов. Ситуация, по мнению Рубцова, может измениться только в том случае, если возрастёт количество случаев с реальными физическими последствиями для человечества, или если наша космическая техника «наткнётся» на этот феномен в процессе своего функционирования.

Советская программа «Сетка»: 13 лет наблюдений

Свой масштабный вклад в изучение НЛО внесла и советская наука. Формальным поводом для запуска государственной программы послужил так называемый «петрозаводский феномен». 20 сентября 1977 года около четырёх часов утра жители Петрозаводска стали свидетелями необычного явления: на тёмном небе вспыхнула огромная «звезда», импульсивно посылавшая на Землю снопы света. Она медленно двигалась к городу и, распластавшись над ним в виде огромной «медузы», повисла, осыпая город множеством тончайших лучевых струй, которые производили впечатление проливного дождя. Это описание, напечатанное 23 сентября 1977 года в «Известиях», вызвало широкий резонанс. Более того, явление наблюдали и в сопредельных государствах Северной Европы, откуда в адрес президента АН СССР поступили официальные запросы.

Общественность и без того была взбудоражена публикациями о подобных явлениях и лекциями отечественных уфологов Феликса Зигеля и Владимира Ажажи. В итоге в государственный план научно-исследовательских работ по оборонной тематике на 1978 год включили необычную комплексную тему: «Исследование аномальных атмосферных и космических явлений, причин их возникновения и влияния на работу военно-технических средств и состояние личного состава». Так в СССР стартовала государственная программа изучения феномена, продолжавшаяся без перерыва 13 лет.

Программа состояла из двух взаимосвязанных тем: «Сетка МО» (Министерство обороны) — исследование аномальных явлений и их влияния на функционирование военной техники и состояние личного состава; и «Сетка АН» (Академия наук) — исследование физической природы и механизмов развития аномальных явлений. Чтобы уменьшить общественный резонанс, исследования сделали закрытыми. Военные не исключали возможность использования некоторых вероятных свойств НЛО — отсутствия радиолокационного контраста, высокой манёвренности и прочего — в своих интересах.

В СССР создали сразу два центра: военный и академический. У каждого были свои источники данных, цели, организации-исполнители и начальники. Руководителем академического направления назначили академика Владимира Мигулина, директора Института земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн АН СССР (ИЗМИРАН). В соответствии с директивой Генштаба в войсках развернули уникальную по масштабности работу, задействовав огромный наблюдательный потенциал Советской Армии. По сути, каждый военнослужащий становился потенциальным исполнителем программы: заметив что-либо непонятное, необычное, неординарное, он обязан был доложить об этом письменно по установленной форме и передать материалы начальству. Фактически армия на 13 лет была поставлена в режим массового дежурного наблюдения за аномальными явлениями в местах дислокации войсковых частей на всей территории СССР.

Техногенные разгадки и необъяснённые случаи

Результаты программы оказались весьма отрезвляющими для сторонников внеземной гипотезы. Прежде всего выяснилось, что эффекты «петрозаводского феномена» определялись особенностями запуска советского искусственного спутника Земли «Космос-955». Автоматическая фотокамера, снимавшая в тот период северное сияние по международной научной программе, запечатлела развитие событий: сначала появилась светящаяся точка — факел ракетного двигателя, потом — «световой конус», а ещё через минуту — лучистая «медуза». По словам кандидата физико-математических наук Юлия Платова, заместителя председателя экспертной группы АН по аномальным явлениям в 1978–1996 годах, зафиксированное образование светящейся области совпало с моментом выхода ракеты-носителя из зоны земной тени, а развитие лучистой структуры — с прохождением ракетой границы турбопаузы, выше которой разлёт продуктов сгорания происходит практически без тормозящего действия атмосферы. Медузообразная форма облака с «изогнутыми» лучами связана со спецификой работы двигателя и ракурсом наблюдения.

В дальнейшем практически все массовые ночные наблюдения НЛО однозначно идентифицировались как эффекты, сопровождающие запуски ракетно-космической или испытания авиационно-космической техники, даже если их наблюдали за тысячи километров от места старта. Основной механизм — рассеяние солнечного света на газопылевом облаке, образующемся из продуктов сгорания топлива. Особенно эффектно это выглядит в сумеречных условиях, когда трасса ракеты проходит в освещённой Солнцем области, а наблюдатель находится на «ночной» стороне Земли. В зависимости от условий конфигурация газопылевого следа и его размеры могли меняться в очень широких пределах. Например, массовое наблюдение НЛО в ночь с 14 на 15 июня 1980 года на европейской части России было связано с запуском ИСЗ «Космос-1188». Подобные явления вызывались также запусками спутников «Метеор-2» (1981 г.), «Молния-1» (1982 г.), «Космос-1581» (1984 г.) и других. В ряде случаев наблюдения были связаны с запусками баллистических ракет наземного и морского базирования. Кстати, такие явления довольно регулярно наблюдались и на Канарских островах, сопровождая испытательные пуски ракет с американских подводных лодок.

Вторым классом явлений, воспринимавшихся как НЛО, оказались запуски метеорологических и исследовательских баллонов. Иногда эти объекты вызывали тревогу войск ПВО. Например, советский самолёт, патрулировавший границу с Китаем в районе Забайкалья, 3 июня 1982 года обнаружил необычный шарообразный объект, приготовился к атаке, но объект неожиданно исчез. Проверка показала: это были необычно высоко поднявшиеся и раздувшиеся метеозонды.

Курьёзный случай произошёл 5 октября 1983 года в расположении одной из дивизий Ракетных войск стратегического назначения близ украинского города Хмельницкий. В то время как на небе появлялись, исчезали и снова появлялись яркие светящиеся объекты, похожие на дирижабль, на пульте управления командного пункта загорелся транспарант, сигнализирующий о неисправности в системе запуска ракет. Командир дивизии связал этот сбой с появлением объектов прямо над частью и срочно доложил на КП Генерального штаба. Прибывшая той же ночью комиссия выяснила: источником аномальных световых явлений был авиационный полигон в белорусском Полесье, удалённый на 400 км. Там в то время выполнялись упражнения по постановке осветительных авиационных бомб, которые сбрасывались на парашютах с высоты около 10 000 метров и обеспечивали достаточную освещённость большой территории в течение 5–7 минут. Наблюдавшийся эффект стал возможен благодаря очень редкому атмосферному явлению — сверхрефракции.

В целом около 98% наблюдений НЛО над СССР объяснялись именно техногенными причинами. Однако предложенные модели не являются единственно возможными, и для построения полной картины необходима разработка столь же разнообразных гипотез. Справедливости ради нужно заметить: были и необъяснённые феномены. Например, ряд аварий с самолётами, базировавшимися на аэродромах Борисоглебского авиаузла (Воронежская область) в 1984–1987 годах. В зонах аварийных полётов действительно наблюдались некие неизвестные объекты, которые видели пилоты из кабин и которые фиксировались на экранах аэродромных радиолокационных станций. До сих пор нет единого мнения о том, что это были за объекты и какую роль они сыграли в тех авариях.

Японский манускрипт и несводимые детали

Доктор физики Казуо Танака, профессор университета Гифу (Япония), специалист в области математической физики и постоянный участник научных конференций по тематике НЛО, поделился анализом необычной истории, изложенной в старинной книге 1825 года. Её первоисточник — древний рукописный манускрипт, который, к сожалению, не сохранился. История проиллюстрирована рисунками очевидцев. На них изображена женщина и некий аппарат или лодка, в котором она прибыла к побережью. Форма этой лодки удивительно напоминает современные изображения НЛО в виде двояковыпуклой линзы с «иллюминаторами» по окружности. В Японии того времени плавательных средств, хотя бы отдалённо напоминающих этот аппарат, не существовало.

Свидетели рассказывают: прибывшая женщина не была японкой ни по внешности, ни по одежде. Она всё время улыбалась, у неё были длинные волосы. В руках она держала ящик, до которого никому не давала дотронуться. На рисунках также видны загадочные значки или надписи, украшавшие аппарат изнутри, — их пока не расшифровали. Спустя короткое время женщина вновь вошла в аппарат, и он покинул побережье. Что это — один из мифов о заселении японских островов или быль об НЛО?

Доктор Танака сравнивает научную деятельность со сложением мозаики, составляющей картину нашего мира. Учёные кропотливо ищут новые детали, способные дополнить изображение. Но детали аномальных явлений типа НЛО находятся как бы вне этой мозаики, в стороне от неё. Они не соприкасаются с современной наукой. Может быть, это детали из какой-то совсем другой мозаики? Танака считает, что такого рода проблемы — своеобразный тонизирующий напиток для интеллекта. Наука не должна быть слишком логичной. И какой-то шанс на стыковку разных мозаик, по его мнению, всё-таки есть — он не равен нулю.

Взгляд философа: единство аспектов

Владимир Рубцов, кандидат философских наук, академик Академии космонавтики им. К. Циолковского, посвятил диссертацию философско-методологическим аспектам контакта с внеземными цивилизациями. Он — автор книг «Проблема внеземных цивилизаций» (в соавторстве с А. Урсулом) и «НЛО и современная наука» (в соавторстве с Ю. Платовым). Рубцов подчёркивает, что, несмотря на полувековую историю исследований, проблема по-прежнему не поставлена в соответствии с её природой — в единстве физического, социального и психологического аспектов. Массивы данных содержат информацию разной степени достоверности, и значительная её часть — «шум». Но даже если отбросить ненадёжные свидетельства, остаётся ядро наблюдений, которые не получается списать на техногенные или природные причины. Кстати, как и в случае с призраком погибшего рабочего, который, по рассказам, спас человека из-под пресса, феномен НЛО заставляет даже скептиков задуматься о границах нашего понимания реальности.

Сейчас в РАН ещё приходят отдельные сообщения о наблюдениях НЛО, но систематические работы по исследованию аномальных атмосферных явлений практически не ведутся. Самое популярное объяснение — внеземная гипотеза — вряд ли состоятельно: за всё время наблюдений не зарегистрировано ни одного достоверного случая посадки НЛО или контакта с ним. Однако это не означает, что феномен исчерпан. Как заметил Альфред Адлер, «под самоизоляцией человека нетрудно обнаружить фундамент из…» — возможно, из страха перед неизвестным или из нежелания признать, что наша мозаика мира всё ещё неполна. И пока остаются необъяснённые случаи, шанс на то, что мы столкнёмся с чем-то действительно новым, не равен нулю.