Вода. Одно это слово способно вскружить голову астроному. Журналисты тоже обожают следы внеземной воды: водяной пар в атмосфере экзопланеты, океан под ледяной коркой спутника Юпитера — и вот уже заголовки трубят о возможной жизни. Логика проста: где вода, там и жизнь. Но не слишком ли это узкий взгляд? Такой вопрос задал читатель Ари ван дер Вал из Хогевена, и адресовать его стоит прямиком Михилу Мину — астроному и исследователю экзопланет из Нидерландского института космических исследований SRON в Лейдене.

Мин участвует в разработке телескопов, которые будут искать «обитаемые зоны» во Вселенной. И да, вода для него — один из главных критериев поиска. Точнее, жидкая вода. Водяного пара в космосе полно, льда тоже — кометы в нашей Солнечной системе буквально напичканы им. Но для жизни, объясняет учёный, нужна жидкость. «В любом случае нужно что-то, в чём можно растворять вещества для химических реакций», — говорит он.

Почему вода так уникальна

Вода состоит из двух самых распространённых атомов во Вселенной — водорода и кислорода. И у неё есть свойства, которые делают её почти идеальным растворителем. Она долго остаётся жидкой и при высоких, и при низких температурах. В жидкой воде частицы свободно движутся, сталкиваются, встречаются друг с другом и вступают в реакции. Кроме того, вода полярна: у неё есть положительная и отрицательная стороны. Одни вещества легко связываются с ней, другие — нет. Именно в этих взаимодействиях, как считается, возникли сложные строительные блоки жизни.

Не зря большинство научных данных указывает на то, что жизнь зародилась в воде, в океанах. Но есть ли другие жидкости, в которых могли бы идти те же процессы? Есть, отвечает Мин. Например, аммиак — он остаётся жидким при низких температурах. Или серная кислота — тоже не самый плохой растворитель. «Оба они уступают воде, но их серьёзно исследуют», — замечает астроном.

Метановые озёра Титана и неизвестная биохимия

Отдельная история — метановые озёра на Титане, спутнике Сатурна. Они будоражат воображение. Но метан — крайне капризный растворитель. Чтобы в нём зародилась жизнь, пришлось бы представить совершенно незнакомую нам биохимию. По словам Мина, такой сценарий ещё менее вероятен, чем жизнь в аммиаке или серной кислоте.

В лабораториях по всему миру эти альтернативы, впрочем, не сбрасывают со счетов. Учёные проверяют, могут ли в таких средах возникнуть сложные формы жизни. Задача непростая, особенно если учесть, что даже механизм зарождения жизни в воде до конца не ясен. Но то, что в воде это возможно, — факт.

Строить дорогостоящий поиск внеземной жизни на непроверенных альтернативах было бы просто нелогично, объясняет Мин. Поэтому взгляды прикованы к планетам в «обитаемых зонах» своих звёзд — там, где есть тепло, атмосфера и жидкая вода. Именно эти критерии лягут в основу будущих миссий.

Что дальше: телескопы и ответ на главный вопрос

Готовятся несколько впечатляюще масштабных проектов. NASA разрабатывает Habitable Worlds Observatory, а ESA — миссию Plato, которая будет целенаправленно искать планеты, похожие на Землю. Мин не удивится, если в ближайшие десятилетия мы наконец узнаем, одиноки ли во Вселенной. «Я верю, что мы сможем ответить на этот вопрос», — говорит он.

Кстати, вопрос о том, всегда ли жизнь требует именно воду, уже всплывал в наших материалах. Мы разбирали, как марсианские пески могли возникнуть без воды — и что это значит для гипотезы о древних озёрах на Красной планете. Но то были геологические процессы. А вот может ли сама жизнь обойтись без привычного нам растворителя — вопрос куда более дерзкий. И, похоже, ответ на него не за горами.