Лауреат премии Breakthrough Prize, выдающийся индийский физик-теоретик Ашок Сен, не боится, что искусственный интеллект однажды решит одну из величайших загадок физики — проблему квантовой гравитации. Напротив, он был бы этому искренне рад. В интервью Rocket Media Сен признался: «Если ИИ сможет решить проблему квантовой гравитации, я буду очень счастлив. Пока он её не решил, у меня есть чем заняться». Эта фраза — не просто остроумный ответ, а позиция учёного, который десятилетиями работает на переднем крае науки и видит в ИИ не угрозу, а потенциального союзника.

Инструмент, а не замена

Сен активно использует ИИ в своей работе, но предостерегает от слепого доверия. «Я довольно часто обращаюсь к ИИ, — говорит он. — Иногда он даёт очень полезные результаты. Но порой выдаёт полную бессмыслицу». Молодым исследователям он советует осваивать ИИ как ещё один научный инструмент, но не забывать о критическом мышлении: проверять результаты, ставить под вопрос предположения и самостоятельно оценивать, имеет ли предложенное машиной решение физический смысл. «Пользуйтесь ИИ, — рекомендует Сен, — но людям всё равно предстоит сделать ещё очень многое».

По мнению физика, ИИ пока не способен заменить учёных. «Сейчас, по моему опыту, ИИ всё ещё не может делать то, что делают люди. Иногда он выдаёт результаты, но нуждается во вмешательстве человека. Неясно, исчезнет ли эта необходимость когда-нибудь, но, думаю, пройдёт ещё немало времени, прежде чем это случится». Иными словами, до самостоятельных прорывов в фундаментальной физике машинам пока далеко.

Почему квантовая гравитация не даётся

Квантовая гравитация — это попытка примирить две невероятно успешные, но на глубоком уровне несовместимые теории. Квантовая механика великолепно описывает мир элементарных частиц, а общая теория относительности Эйнштейна — гравитацию и крупномасштабную эволюцию Вселенной. Однако в экстремальных условиях — в центре чёрных дыр или в первые мгновения после Большого взрыва — их уравнения перестают работать совместно. Десятилетиями физики ищут единую схему, и среди ведущих кандидатов — теория суперструн, в развитие которой Сен внёс один из самых весомых вкладов. Это одна из тех областей, где, как мы уже рассказывали, наука сталкивается с границами объяснимого — подобно феноменам, которые остаются загадкой и для уфологии, и для академических исследований. Это одна из тех областей, где наука сталкивается с границами объяснимого — подобно тому, как ИИ опроверг 87-летнюю гипотезу Якобиана, но в квантовой гравитации до прорыва пока далеко.

Терпение как главный ресурс

Сен подчёркивает, что научная работа — это марафон, а не спринт, и технологии не отменяют необходимости в упорстве. «Вероятно, 80% времени вы застреваете намертво. Ничего не происходит. И только 20% времени что-то движется», — описывает он рутину теоретика. Этот совет молодым учёным — развивать терпение и устойчивость — звучит особенно весомо от человека, чьи идеи годами вызревали, прежде чем принести признание.

Пока ИИ помогает собирать информацию и даже предлагает неожиданные ходы, но окончательный вердикт — за человеком. Сен не драматизирует и не строит утопий: он просто констатирует, что рад будет любому решению, откуда бы оно ни пришло. А до тех пор работа продолжается — с карандашом, интуицией и, теперь уже, с алгоритмами под рукой.