Руины церкви в Вестерхусе, приход Фрёсё, Емтланд, Швеция, до 1951 года. Фото: архив Риксантиквариеэмбетета

Средневековое кладбище, взрослый и ребёнок лежат в одной могиле. Археологи поколениями считали такое захоронение свидетельством родства — скорее всего, родитель и дитя, которых похоронили вместе. Новое исследование древней ДНК из Скандинавии показывает: эта привычная картина часто неверна. Учёные из Стокгольмского университета проанализировали генетический материал 142 человек, живших в позднюю эпоху викингов и в Средние века. Среди них — более 60 детей и подростков, найденных в общих могилах в Сигтуне близ Стокгольма, Вестерхусе в Емтланде и Фьелькинге в Сконе. Результаты переворачивают представления о семье, детстве и погребальных обычаях средневековой Скандинавии.

Похоронены вместе, но почти не родня

Генетические данные показали: близкие родственники редко делили одну могилу, даже на кладбищах, где среди населения в целом обнаруживалось множество семейных связей. «Мы часто предполагаем, что взрослые и дети, похороненные вместе, были родителями и детьми или другими близкими родственниками. В большинстве случаев мы этого не находили», — говорит Майя Кшевиньска из Центра палеогенетики при кафедре археологии и античной культуры Стокгольмского университета, ведущий автор исследования.

Этот результат меняет интерпретацию совместных захоронений. Если общие могилы обычно не отражали близкое биологическое родство, значит, на то, кого хоронили вместе, влияли другие факторы. Среди возможных объяснений — религиозные обычаи, социальные связи, принадлежность к общине или обстоятельства смерти. Исследователи подчёркивают: единого объяснения для всех могил нет, но теперь ясно, что семейные узы были далеко не главной причиной.

«Археологи долго спорили о связях между людьми, похороненными вместе в таких могилах. Древняя ДНК наконец дала нам инструмент, которого мы ждали, чтобы проверить эти интерпретации напрямую», — отмечает Анна Чельстрём, исследователь с той же кафедры.

Детей хоронили по тем же правилам, что и взрослых

ДНК помогла и в другом вопросе: как раннехристианские общины Скандинавии воспринимали детей. Анализ скелетов не всегда позволяет определить биологический пол очень маленьких детей, поскольку физические различия, на которые опираются остеологи, ещё не полностью сформированы. Генетическое тестирование дало информацию, которую кости не могли предоставить.

Схемы захоронений показали: мальчиков и девочек обычно хоронили по тем же кладбищенским правилам, что и взрослых мужчин и женщин. В Вестерхусе, например, мужчин и женщин, как правило, клали на разных сторонах церковного двора. Мальчиков хоронили на мужской стороне, а девочек — на женской. Такое расположение говорит о том, что общины распознавали гендерные различия уже в раннем детстве, а не выделяли всех детей в отдельную социальную категорию.

«Дети не рассматривались как отдельная категория. В смерти с ними, судя по всему, обращались по тем же социальным и религиозным принципам, что и со взрослыми мужчинами и женщинами», — говорит Андерс Гётерстрём, профессор молекулярной археологии Центра палеогенетики.

Паломница из Вестерхуса

Одно захоронение в Вестерхусе дало особенно личный взгляд на средневековую жизнь. Женщина, которую исследователи назвали Леди 56, оказалась генетически связана с несколькими другими людьми на том же церковном дворе. ДНК указала на её мать и отца, брата и двух дочерей — учёные смогли частично восстановить семью, жившую столетия назад.

Но Леди 56, возможно, путешествовала далеко за пределы родного Емтланда. В её могиле нашли раковину морского гребешка — необычный предмет для средневекового скандинавского захоронения и признанный символ паломничества в Сантьяго-де-Компостела на северо-западе Испании. Раковина позволяет предположить, что Леди 56 совершила одно из важнейших религиозных путешествий средневековой Европы. Чтобы добраться до Сантьяго-де-Компостела, ей пришлось бы преодолеть тысячи километров по Европе, прежде чем вернуться в Скандинавию. Она умерла, не дожив до 30 лет, а её родители, брат и дочери были похоронены в разных частях того же кладбища.

Этот случай показывает, как археогенетика — использование генетических данных для изучения древних людей — способна рассказать больше, чем просто о родственных связях. В сочетании с могилами, предметами и расположением захоронений ДНК помогает реконструировать, как средневековые люди организовывали общины, понимали детство и гендер, практиковали религию, путешествовали и выбирали, где хоронить умерших.

Кстати, мы уже рассказывали, как ДНК из могил Швеции доказала: взрослые и дети в них — не родня — это исследование добавляет новые подробности о том, как генетика меняет наше понимание прошлого. А если вас интересует, как древняя ДНК влияет на современных людей, загляните в материал о 270 граммах мышц от неандертальца.

Исследование опубликовано в журнале Science Advances 10 июля 2026 года под названием «Equal in death: Ancient genomic analysis of children’s early Christian burials». Среди авторов — Майя Кшевиньска, Анна Чельстрём, Рейхан Яка, Рикардо Родригес-Варела, Зоэ Пошон, Вендела Кемпе Лагерхольм, Шарлотта Хеденшерна-Йонсон, Торун Закриссон, Наталия Кашуба, Вероника Собрадо, Тиджессен Найду, Кывылджым Башак Вурал, Маттиас Якобссон, Гюльшах Мерве Кылынч, Ян Стора и Андерс Гётерстрём.