Наскальные рисунки — пожалуй, самые красноречивые окна в сознание наших древних предков. Эти изображения, разбросанные по пещерам всего мира, запечатлели культурные традиции, символическую коммуникацию и социальную идентичность людей, живших десятки тысяч лет назад. Животные, сцены охоты, отпечатки ладоней, оставленные выдуванием пигмента поверх прижатой к камню руки, — всё это немые свидетельства чужой жизни. Но кто именно оставил эти следы?

Учёные десятилетиями бились над тремя базовыми вопросами о происхождении наскального искусства: чем рисовали, когда рисовали и кто рисовал. Первые два пункта удалось продвинуть далеко вперёд. Состав пигментов определяют с помощью рентгенофлуоресцентной спектроскопии — она выявляет красную охру, древесный уголь и другие материалы. Возраст изображений оценивают радиоуглеродным методом по крошечным количествам органики. А вот с авторством всё было куда сложнее. До недавнего времени.

ДНК прямо со стен пещеры

Исследование, охватившее 11 пещерных памятников в Испании и Португалии, впервые показало: древнюю человеческую ДНК можно извлекать непосредственно с поверхности стен, на которых нанесены рисунки. Учёные систематически брали образцы как с окрашенных, так и с неокрашенных участков. Результат оказался поразительным — стены пещер работают как резервуары генетической информации, сохраняя её тысячи лет.

Часть образцов, судя по генетическому анализу и археологическому контексту, имела возраст не менее 4000 лет. В двух пробах из пещеры Коварон на севере Испании человеческая ДНК сохранилась настолько хорошо, что её удалось отнести к древним западным охотникам-собирателям — популяциям, населявшим большую часть Европы в позднем палеолите и мезолите. Ещё один образец, взятый с окрашенного участка стены в португальской пещере Эскурал, тоже содержал следы древней ДНК, хотя и хуже сохранившейся.

Это не просто технический трюк. Метод открывает дверь к изучению не только самих изображений, но и сообществ людей, которые их создавали. Правда, с важной оговоркой: привязать конкретный рисунок к конкретному древнему художнику таким способом вряд ли удастся.

Почему ДНК — ещё не доказательство авторства

Присутствие человеческой ДНК на стене не доказывает, кто именно рисовал. Генетический материал переносится слишком легко. Достаточно просто дышать, чтобы оставить свой след на поверхности. Именно поэтому ДНК, найденная на ноже, в судебной практике не позволяет однозначно утверждать, кто нанёс удар.

ДНК устанавливает лишь факт контакта человека с предметом или местом, но не действия, которые он совершал, оставляя свой генетический материал. Дождь и другие природные процессы тоже могут переносить человеческую ДНК в пещерные пространства. Более того, генетический материал откладывается в разное время — и современными людьми, и древними. Потенциал загрязнения колоссален, поэтому определить, кто находился в конкретном месте в конкретный момент, крайне сложно.

И всё же метод способен ответить на вопросы иного масштаба: какие виды гоминин, какие популяционные группы и какого пола люди входили в те или иные пещерные системы, какими маршрутами они мигрировали по ландшафтам.

Спор о неандертальцах и руке из Мальтравьесо

Один из самых острых споров в археологии касается отпечатка ладони возрастом 66 700 лет, найденного в пещере Мальтравьесо на западе Испании, в Эстремадуре. Этот трафарет, судя по датировке, появился раньше, чем современные люди добрались до Европы. Отсюда смелое предположение: авторами могли быть неандертальцы, а не Homo sapiens.

Если бы в том же месте и в том же временном слое удалось найти ДНК одного из видов, спор получил бы долгожданное разрешение. Но, как мы уже видели, всё не так просто. ДНК не указывает на автора напрямую, а загрязнение и перенос материала делают такую атрибуцию почти невозможной. Тем не менее, сама возможность получить генетические данные из слоёв, связанных с наскальным искусством, — уже прорыв.

От подвески к стене: как ДНК оживляет анонимные предметы

Идея извлекать ДНК из древних предметов не нова. В 2023 году исследователи восстановили древнюю ДНК с подвески из зуба оленя, найденной в Денисовой пещере на юге Сибири. Анализ генетической последовательности показал, что украшение, вероятно, носила женщина, жившая около 25 000 лет назад и принадлежавшая к популяции древних северных евразийцев, населявших Сибирь в палеолите.

Такие открытия превращают безликие артефакты в свидетельства о реальных людях, дают интригующий взгляд на жизнь доисторических предков. Теперь же генетические резервуары обнаружены и на стенах пещер — там, где древние люди оставили не только предметы, но и образы.

Мир, где рисунки обретают создателей

Техника, опробованная в Испании и Португалии, пока не позволяет назвать имя художника, расписавшего свод Альтамиры бизонами. Но она впервые даёт шанс связать наскальное искусство с сообществами, которые жили рядом с ним. Мы начинаем видеть не только изображения, но и людей, стоявших за ними.

За каждым отпечатком ладони, за каждой сценой охоты стоит реальный человек, отделённый от нас десятками тысяч лет, но испытывавший ту же потребность выразить себя. И теперь у нас есть инструмент, чтобы чуть лучше понять этих людей — не по костям, а по невидимым следам, оставленным на камне вместе с краской.

Кстати, тема древней ДНК не раз всплывала в наших материалах. Например, мы рассказывали, как анализ кости возрастом 43 тысячи лет позволил воссоздать облик неандерталки Уилмы — рыжеволосой и светлокожей, с вероятными веснушками. А ещё — о нетронутой пещере в Тироле, где учёные надеются найти генетические следы неандертальцев. Теперь к этим историям добавилась и возможность читать ДНК прямо с наскальных рисунков.