В первые дни февраля 2009 года у жителей Земли появился редкий шанс увидеть в небе рукотворные «огненные шары». Американский Центр изучения космического мусора предупредил: в атмосферу планеты вот-вот войдут два крупных обломка старых ракет — разгонный блок Centaur и вторая ступень ракеты Delta III. Оба объекта, когда-то отправленные в космос с мыса Канаверал, возвращались домой спустя годы после запуска.

Тонны металла на границе атмосферы

Первым, 3 февраля, ожидалось падение разгонного блока Centaur-3-SEC. Его масса — около двух тонн. Блок стартовал 14 апреля 2008 года с авиабазы Патрик во Флориде в составе ракеты-носителя Atlas-5. Тогда он выводил на орбиту спутник связи ICO-G1. Расчёты показывали, что Centaur войдёт в атмосферу в 08:27 по всемирному времени над западным побережьем экваториальной Африки. Впрочем, специалисты допускали отклонение до четырёх часов — точно предсказать момент входа в плотные слои для таких объектов сложно.

На следующий день, 4 февраля, настала очередь второй ступени ракеты Delta III. Она была запущена ещё раньше — 23 августа 2000 года, тоже с авиабазы Патрик, и вывела на орбиту спутник DM-F3. Этот аппарат предназначался для проверки и уточнения характеристик будущих спутников связи. Масса ступени — 2,5 тонны. По прогнозу, её падение должно было произойти в 12:29 над северной Австралией. Здесь возможный разброс по времени оценивали уже в 11 часов.

Оба события напоминали о растущей проблеме космического мусора. За десятилетие, предшествовавшее 2009 году, ситуация на орбите стала куда острее. Угроза столкновений с отработанными аппаратами и обломками заставляла операторов корректировать траектории действующих спутников. По данным НАСА, на тот момент вокруг Земли вращалось 3190 космических аппаратов — как работающих, так и «мёртвых», — а также 9661 ступень ракет-носителей и другие объекты. И это не считая бесчисленных мелких фрагментов.

Огненные шары как напоминание

Для наблюдателей на Земле вход таких крупных обломков в атмосферу выглядит как яркий огненный шар — метеор, но медленный и часто с видимым разрушением. Похожие зрелища фиксировались и раньше. Например, жители Швеции незадолго до этих событий наблюдали большой огненный шар, пролетевший по небу. А в медленных огненных шарах над Техасом и Кентукки позже заподозрили обломки спутников или ракет — настолько яркими и долгими были те пролёты.

Случай с Centaur и Delta III, пожалуй, был более предсказуемым: орбиты отслеживались, и Центр изучения космического мусора заранее оповестил о времени и районах падения. Но даже при расчётах оставалась изрядная доля неопределённости. Огромный разброс в 11 часов для ступени Delta III означал, что увидеть её могли совсем в другой точке планеты — или не увидеть вовсе, если бы вход случился над океаном в дневное время.

Эти два февральских дня стали наглядной иллюстрацией того, как деятельность человека в космосе возвращается на Землю — буквально. Каждый запуск оставляет после себя ступени, разгонные блоки, адаптеры и прочие детали, которые годами кружат по орбите, пока атмосфера не затормозит их настолько, что они сгорят или упадут. И хотя большинство обломков сгорает без остатка, крупные фрагменты могут достигать поверхности — к счастью, чаще всего это происходит над океанами или малонаселёнными районами.

Стоит ли удивляться, что небесные явления, вызванные космическим мусором, всё чаще путают с чем-то необъяснимым? В 1949 году над Лос-Аламосом видели зелёные огненные шары, которые физики-ядерщики так и не смогли однозначно списать на природные или техногенные причины. А в Польше и на Аляске светящиеся шары в небе сопровождались совсем уж странными событиями — от самопроизвольно лопающихся стёкол до исчезновений людей. На фоне таких загадок падение отработанных ракетных ступеней выглядит почти рутиной — но рутиной, которая способна подарить зрелище не хуже природного метеора.

Впрочем, для Центра изучения космического мусора февраль 2009-го был очередным эпизодом в длинной череде контролируемых и не очень возвращений. Точных данных о том, сколько людей в итоге заметили эти огненные шары, в открытых источниках не сохранилось. Но сам факт предупреждения говорил о растущем внимании к проблеме: орбитальный мусор переставал быть заботой одних лишь специалистов и превращался в явление, которое любой мог увидеть собственными глазами — если, конечно, оказывался в нужное время в нужном месте.