В 1866 году у канадского местечка Риджуэй сошлись в бою до трёх тысяч человек. С одной стороны — наспех собранная милиция, с другой — отряды в мундирах с пуговицами, на которых значилось: «Ирландская республиканская армия». Это первое в истории появление названия, которое десятилетия спустя станет синонимом террора. Но люди, пересекшие границу США и ударившие по британским форпостам, называли себя иначе — фениями. Имя, взятое из древних кельтских легенд, они превратили в кошмар империи.

Воины из саг и их неожиданное воскрешение

В древней Ирландии фении были элитой. Знатные кельтские воины, принадлежавшие к «священной дружине», сражались не в плотном строю, как простолюдины, а в одиночку — порой на коне или колеснице. Их сопровождали два оруженосца, подававшие разное оружие, но в бой почти не вступавшие. Фении обязаны были не только безупречно владеть мечом и копьём, но и знать двенадцать освящённых традицией книг поэзии. Лучшим из них считался легендарный Фингал (Фионн), сражавшийся с римлянами в III веке и воспетый бардом Оссианом.

Ирландцы никогда не забывали своих героев. В середине XIX века древнее имя ожило — и зазвучало совсем иначе. Теперь фениями называли себя не поэты-воины, а заговорщики, готовые жечь, взрывать и убивать ради освобождения родины от британской короны. Подобно тому как древние тайные общества оставляли после себя проклятия и легенды, фении превратили миф в оружие.

Шесть веков вражды и пороховая бочка острова

Английская колонизация Ирландии началась ещё в XII веке. Шесть столетий спустя почти все земли на Зелёном острове принадлежали английским и шотландским лендлордам-протестантам. Крестьянство же состояло в основном из католиков-ирландцев. Национальная, имущественная и религиозная вражда сплелись в тугой узел.

Когда в 1761 году положение крестьян стало невыносимым, возникло тайное католическое братство уайтбоев — «белых парней», носивших поверх одежды белые рубахи. Они разрушали изгороди, которыми помещики огораживали пастбища, и жгли усадьбы. За уайтбоями последовали окбои и райтбои, а в 1790-х — трешеры, дефендеры, «Стальные сердца», «Союзные ирландцы», рибонмены, караватсы, кордеры, шанавесты. Протестанты отвечали тем же: в 1785 году появилось общество заревиков, чьи активисты на рассвете сжигали хижины католиков и уничтожали их орудия труда.

21 сентября 1795 года в деревушке Лоуголл основали Орден оранжистов. Его Великая ложа поначалу состояла из простолюдинов, но вскоре туда потянулись влиятельные лендлорды. Ложи ордена возникли в Манчестере, Лондоне, позже — в США, Канаде и колониях. Магистром лондонской ложи одно время был сам герцог Йоркский.

В 1798 году противоречия достигли точки кипения. Католическое общество «Соединённых ирландцев», вдохновлённое французской и американской революциями, подняло восстание. Королевским войскам понадобилось четыре месяца, чтобы подавить его. Акт об унии 1800 года присоединил Ирландию к Великобритании, но места в парламенте получили только протестанты. Революционные католические общества множились. В 1848 году, опять по примеру Франции, вспыхнуло новое восстание — и снова было разгромлено. Многие лидеры бежали за границу.

Изгнанник, собравший армию теней

Среди беглецов оказался Джон О’Махони. Он родился в 1816 году в семье с давними националистическими традициями: отец и дядя участвовали в восстании 1798 года. Окончив Тринити-колледж, О’Махони занялся политикой, поддерживал движение Даниэля О’Коннела за отмену унии, а когда пробил час нового восстания — сражался в графстве Типперэри. После разгрома он несколько лет прожил в Париже, а затем перебрался в США.

Там, в пятидесятых годах XIX века, вместе с таким же изгнанником Майклом Дохени и американским генералом ирландского происхождения Коркораном О’Махони создал Братство Фениев. Организация была наполовину тайной: сходки проходили украдкой, главные деятели были известны, но конкретные действия скрывались. Численность братства быстро росла, отделения появились во всех американских штатах, в Канаде, Австралии, Ирландии и самой Великобритании.

В ноябре 1863 года Большой национальный конвент в Чикаго объявил целью выход из Британской империи Ирландии и Канады с созданием общей республики. На следующий год конвент в Цинциннати собрал делегатов, представлявших 250 000 человек; с каждого потребовали взнос в пять долларов. Примерно тогда же возникла Фенианская община сестёр — и за два месяца дамы собрали 200 000 фунтов стерлингов на оружие и военное снаряжение.

Клятвы, пароли и предательство

Братство связывали таинственные пароли, мистические эмблемы и ужасные клятвы. Организацией управляли гражданские и военные чины, тайные агенты поддерживали связь между центрами союза. В США и Ирландии устроили склады оружия. По ночам заговорщики упражнялись в военном деле, готовясь к великой освободительной борьбе. Американское правительство не преследовало общество, поэтому у фениев появились свои газеты, корреспонденты, пламенные прокламации и воинственные песни. На собраниях звучали громогласные клятвы — вроде этой: «Призови на помощь, о, наиболее любящий свободу, О’Туль! Христианских союзников силы и славы — воодушевляющую пушку, мягкое и верное ружьё, благочестивый карабин, испытующую совесть пику, которые при вере мученика, надежде фения и любви бунтовщика восторжествуют над демоном и возвратят нам нашу собственность в нашей родной земле навеки. Аминь».

Но британские спецслужбы не дремали. В организацию проникли изменники. Официальный отчёт Комитета Фенианского Братства в Америке за 1866 год констатировал: «Комитет находит почти во всех случаях интерес Ирландии подчинённым личной выгоде: люди, восхваляемые патриотами, пользовались всякой возможностью грабить казну Братства… Эти патриоты на жалованье и мученики по профессии не довольствовались опустошением нашей кассы, но ещё заодно с английскими властями предупреждали их заранее о всех наших движениях». Проворовался даже один из учредителей — сам О’Махони, и без того получавший ежемесячно 2 000 долларов. А когда в воровстве обвинили кассира Ливерпульского центра, тот щёлкнул пальцами у братьев под носом и заявил: если будут приставать насчёт денег, он выдаст их и всех заставит повесить.

От поля боя до динамита

Гражданская война в США 1861–1865 годов дала фениям шанс получить боевой опыт. О’Махони вступил в армию северян и дослужился до полковника в 69-м нью-йоркском пехотном полку, состоявшем в основном из этнических ирландцев. Позже, в 1866–1871 годах, фении из США предприняли пять набегов на британские учреждения в Канаде. Именно тогда на пуговицах их униформы впервые появилась надпись «Ирландская республиканская армия».

Во время вторжения 1866 года у Риджуэя разгорелось настоящее сражение. Фении решительно взяли верх над канадской милицией, но весть о приближении регулярных английских войск заставила их отступить обратно в США, где они были разоружены американской армией. По иронии судьбы именно этот рейд подтолкнул прежде инертные приморские провинции год спустя проголосовать за создание Канадской конфедерации.

В 1880 году радикальные элементы фенианства в Ирландии объединились в «аграрную лигу», сделавшую террор своим оружием. Её приверженцев прозвали «людьми лунного света»: по ночам они убивали тех оброчников, которые вопреки запрету братства продолжали платить оброк лендлордам. В 1883 и 1884 годах так называемые «Ирландские непобедимые» неоднократно пытались взорвать динамитом общественные здания в Лондоне.

В 1870 году в преимущественно мормонском штате Юта ирландская организация «Молли Мэгуайрес» приобрела ужасную славу, организуя убийства осевших там англичан. Для самообороны те вынуждены были создать Орден сыновей святого Георга.

Тени, не ушедшие в прошлое

Если в США подобные явления со временем удалось свести почти к нулю, то в Северной Ирландии, до сих пор входящей в состав Объединённого Королевства, столкновения между католиками и протестантами случаются и поныне. Самые непримиримые участники этой борьбы — всё тот же Орден оранжистов и ИРА, духовный преемник Братства фениев. Древние воины-поэты, давшие имя движению, вряд ли узнали бы себя в тех, кто спустя столетия превратил их легенду в синоним подпольной войны.