Вена, конец XIX века. Дочь аристократа-фельдмаршала, выросшая в роскоши парижских и венецианских отелей, бросает вызов семье и обществу, чтобы стать гувернанткой, а затем тайно выходит замуж за барона. Казалось бы, сюжет для любовного романа. Но Берта фон Зутнер превратила свою жизнь в куда более захватывающую историю — историю борьбы, которая сделала её первой женщиной, удостоенной Нобелевской премии мира, и принесла ей титул «фурии пацифизма».

Движение «за мир во всем мире», как его называли в СССР, родилось вовсе не в государстве рабочих и крестьян. Его основала Берта фон Зутнер, австрийская писательница, ещё в конце позапрошлого века. И путь её к этой миссии был извилист и полон драматических поворотов.

От гувернантки до секретаря Нобеля

Берта всегда была независимой. Когда она попыталась поступить на профессиональную сцену, то порвала с родителями, которые препятствовали её эксцентричным планам. Не удалось стать певицей — назло им пошла в гувернантки. В богатом венском семействе Зутнер она взялась воспитывать четырёх милых девочек, но вскоре влюбилась в одного из их братьев — барона Артура Гундаккара фон Зутнера. Родители, желавшие женить сына повыгоднее, изгнали «авантюристку».

Тогда Берта уехала в Париж, где в 1876 году стала экономкой и личным секретарём у самого Альфреда Нобеля. Но она не оставила планов выйти замуж за Артура — они тайно обвенчались. От гнева родителей жениха молодожёны скрылись в России, точнее, на Кавказе.

Когда в 1877 году началась война между Россией и Турцией, Артур фон Зутнер стал военным корреспондентом, и его репортажи пользовались в венских газетах такой популярностью, что Берта позавидовала и решила тоже взяться за перо. С тех пор и пошло: рассказы, эссе, статьи, а потом и четыре романа в духе Эмиля Золя.

Бестселлеры, которые потрясли Европу

Когда в 1885 году Зутнеры вернулись в Вену, оказалось, что книги Берты здесь — настоящие бестселлеры. Причём писала она вовсе не любовные истории. «Плохой человек» — роман о вольнодумстве, «Даниэла Дормес» — об антисемитизме, «Светская жизнь» — в защиту демократии и прогресса, «Перед штормом» — и вовсе гимн социализму. Эти сочинения сделали Берту самой известной женщиной Европы.

В 1886 году в Париже Зутнеры сдружились с Альфредом Нобелем. Он ввёл их в общество: познакомил с политическими и литературными деятелями, журналистами и военными. Поразительно для «провинциалов из Вены» было то, что почти все французы оказались милитаристами, страстно рассуждавшими о реванше за поражение во Франко-прусской войне 1870–1871 годов. На Зутнеров, пытавшихся объяснить им, что конфликты надо решать в Ассоциации мира и международного арбитража, а не на поле брани, едва не кидались с кулаками.

После этой «печальной встречи с реальностью» Берта пишет книгу «Эпоха машин», где выступает с критикой национализма и милитаризма, а затем — «Долой оружие!», роман о жизни молодой женщины, чья судьба была искалечена европейскими войнами XIX века. «К чему эти кровавые сцены ужасных побоищ, вся эта жестокость?» — возмущались ханжи и мещане, но писательница была убеждена: пацифистскими рассуждениями равнодушного обывателя не проймёшь. Нужны яркие и шокирующие образы, потрясающие душу батальные сцены. После этой книги о Берте заговорили как о главном борце за мир на планете. Роман, кстати, высоко оценил граф Лев Толстой, как и вся «мыслящая общественность».

Пацифистская империя одной женщины

В 1891 году Берта Зутнер основала Австрийское общество мира — первую пацифистскую организацию страны. Потом стала учредителем Бернского бюро мира, которое должно было координировать работу всех пацифистских групп Европы, растущих как грибы. В 90-е годы XIX века она так много ездит по разным конгрессам миролюбивых сил, причём часто оказывается единственной женщиной-делегатом, что её уже знают в лицо и приветствуют на улицах.

Дамы тогда практически не принимали участия в общественной жизни, так что Берта выражала мнение всех своих «сестёр» — и тех, кого условности лишали права голоса, и тех, чей голос ещё вовсе не обрёл силы. Она была самой авторитетной женщиной в мире на рубеже веков.

Во многом своей репутацией она была обязана старому другу Нобелю. Они часто встречались, постоянно переписывались и были настолько близки, что, находясь в разных странах, умели слышать друг друга. В 1893 году именно мадам Зутнер первой узнала о его планах «выделить часть состояния для премии, которая будет присуждаться тем, чьи усилия могут способствовать достижению мира в Европе». Её восторгу не было предела. Берте казалось, что Европа уже близка к царству мира и мудрости, что эпоха войн и агрессии позади. О, как это было наивно!

Даже смерть мужа в 1902 году не выбила её из седла: она отправилась в США, выступала с лекциями, встречалась с президентом Рузвельтом, помогала создавать Комитет англо-германской дружбы. Жизнь по-прежнему была борьбой, в которой не было места не только для женского счастья, но и для вдовьей печали.

Нобелевская премия и пророчества

В 1905 году именно фон Зутнер получила Нобелевскую премию мира. В своей речи на церемонии она говорила о варварстве любой войны, о неизбежности моральной деградации агрессоров, о необходимости создания международного третейского суда для сохранения мира на Земле. «Вопрос о том, что должно преобладать в отношениях между государствами: грубая сила или закон, становится наиболее животрепещущим в наше богатое событиями время. Решение этой проблемы зависит от того, какой мы хотим видеть Европу: в грудах развалин или же, если удастся избежать конфронтации, мирной и цветущей», — эти слова звучат как Библия. И как Священное Писание, несбыточно.

Враги прозвали Берту «фурией пацифизма». Она этим гордилась. Её называли «умнейшей стервой столетия». Что правда, то правда. Многое, чего даже великие политики начала XX века не прозревали в будущем, для неё уже было бесспорно. Зутнер, к примеру, пламенно предупреждала об опасности милитаризации Китая, решительно выступала против строительства военных самолётов, призывала к объединению стран Европы как к единственной альтернативе мировым войнам. В милитаристских кругах Австрии призывали к расправе над «изменницей». А она шла и шла своей дорогой, не уступая ни дюйма своей мечты о мире без оружия.

Она ещё успела сделать так много. Организовывала антивоенные общества по всей Европе, выступала как пламенный оратор, публиковала страстные статьи, написала фантастический роман «Мечты человечества». Когда он вышел в 1911 году, её обвинили в нагнетании ужаса, в жестокости. На страницах этой последней книги Берта показала, какой будет война будущего: тут и ядерное оружие, разрушительная сила которого заставила похолодеть сердца современников, и коварство правителей, ради выгоды готовых бросить в мясорубку бойни целые народы. Это провидческое сочинение, надо думать, немало политиков заставило сесть за стол переговоров.

Вполне заслуженно в 1913 году на Международном конгрессе мира в Гааге ей был присвоен титул генералиссимуса пацифистского движения. В этом чине её застала смерть. Баронесса скончалась за полтора месяца до начала Первой мировой войны. Если бы её сердце не остановилось от раковых метастаз, оно взорвалось бы от боли и горя — эта война стала бы крахом всех её иллюзий. Не дай бог никому пережить крушение всего, во что ты свято верил.

Сегодня портрет этой отважной леди красуется на австрийской юбилейной монете достоинством в два евро и на множестве немецких почтовых марок, ей ставят пафосные памятники. Но разве это важно? Её идеи, её дело собирает под свои знамёна миллионы людей — это куда важнее. Именно такой судьбы хотела бы «фурия пацифизма».

Кстати, история Берты фон Зутнер — не единственный пример того, как личная трагедия и нестандартный взгляд на мир рождают пророческие произведения. Вспомним, например, Скрябина, который видел цвет музыки и в своей «Поэме огня» зашифровал символ Плеромы, предвосхитив мультимедийные шоу. Но если композитор грезил о синтезе искусств, то писательница грезила о мире без оружия — и её мечты, увы, разбились о реальность Первой мировой.