Граф Галеаццо Чиано не был типичным политиком-тяжеловесом. Невысокий, но ладно скроенный, с благородными, почти кинематографическими чертами лица, он располагал к себе с первого взгляда.

Перед его обаянием таяли и великосветские красавицы, и суровые государственные мужи. Но настоящий взлёт начался не с личных качеств, а с удачной женитьбы: в апреле 1930 года 27-летний Чиано обвенчался с Эддой — старшей и любимой дочерью Бенито Муссолини.

Этот брак открыл ему путь в высшие эшелоны фашистской Италии, превратив из подающего надежды дипломата в одну из ключевых фигур режима. Позже, когда сам дуче превратился в бледную тень Гитлера, погрузившись в апатию, Чиано ещё пытался вести собственную игру, но тень тестя уже не спасала, а душила.

Человек номер два

Невысокий, ладный, с благородными, чуть резкими чертами лица — итальянский граф Галеаццо Чиано располагал к себе с первого взгляда. Светские манеры, живой ум, свободный английский — в европейских дипломатических кругах его считали едва ли не самой достойной фигурой среди фашистской верхушки. Но за блеском скрывалась двойственность: зять Муссолини, он долго оставался англоманом и всеми силами тормозил сближение Италии с гитлеровской Германией.

В стране тем временем гремел культ дуче. Гигантские портреты, лозунги на каждом углу, непогрешимость вождя, возведённая в государственный принцип. Муссолини единолично раздавал высшие посты — и неудивительно, что уже в 1936 году его зять возглавил министерство иностранных дел. Вскоре Чиано стал вторым человеком в Италии, оказывая на тестя огромное влияние. Он удерживал дуче от рокового альянса с Берлином, пока мог. Гитлер, прекрасно осведомлённый об этой позиции, в феврале 1943-го добился снятия Чиано с министерского поста. Муссолини, однако, тут же назначил зятя послом в Ватикане — формально менее значимая должность, но с сохранением места в ближнем кругу.

Многие знали: с середины 1930-х Чиано вёл дневники. Подробные, откровенные записи фиксировали политическую кухню, решения и роли конкретных лиц. Позже эти тетради станут разменной монетой, за которой охотились и новые итальянские власти, и немецкая разведка.

Спасать Италию

Желание выйти из войны захлестнуло страну после Сталинграда. Восьмая итальянская армия полегла в донских степях, а Муссолини, верный союзническому долгу перед Гитлером, продолжал эшелонами гнать продовольствие в Германию. В самой Италии ввели карточки, расцвёл чёрный рынок. Недовольство зрело повсюду.

В ночь на 10 июля 1943 года англо-американцы высадились на Сицилии. Девятнадцатого июля авиация союзников впервые бомбила Рим. Авторитет дуче рухнул окончательно. Правящая элита, прежде клявшаяся в верности, задумалась о спасении собственной шкуры. Выход видели один: немедленно отстранить Муссолини от власти.

Заговор оформился в Большом фашистском совете. Его заседание открылось в римском Венецианском дворце 24 июля 1943 года. Душой переворота стал Дино Гранди, давний сподвижник дуче. Он методично вербовал сторонников, но многие колебались — страх расправы в случае провала сковывал решимость. Всё изменилось, когда граф Чиано недвусмысленно дал понять: он проголосует за отставку тестя. После этого мятежное крыло быстро набрало большинство.

Муссолини явился на заседание усталым и словно опустошённым. Он знал о заговоре и даже не протестовал, когда его личную охрану не пустили в зал. Десять часов он почти без возражений выслушивал обвинения. Голосовали под утро: девятнадцать — за отставку, семеро — против, один воздержался. Дуче и тут остался безучастным, но было заметно, как глубоко его ранило предательство зятя.

Домашний арест

Днём Муссолини посетил короля и был арестован сразу после аудиенции. Главой правительства Виктор Эммануил III назначил престарелого маршала Пьетро Бадольо. Тот немедленно распустил фашистскую партию, сместил её функционеров и начал тайные переговоры с союзниками.

Рим ликовал. Толпы срывали портреты дуче, партийные эмблемы, требовали немедленного мира. Но графа Чиано, голосовавшего против тестя, тоже отправили под домашний арест. Его дом с семьёй окружили карабинеры. Истинная причина опалы крылась в дневниках: новые власти понимали, что публикация этих записей обнажит их собственные преступления и сделает невозможным любое политическое будущее.

Похищение среди бела дня

Гитлер, узнав о свержении союзника, пришёл в ярость. Он приказал разработать операцию по освобождению дуче, оккупировать Италию, захватить короля и зачинщиков переворота, восстановить фашистский режим. Муссолини, как известно, вызволили из горного отеля 12 сентября 1943 года — дерзкий рейд Отто Скорцени и его десантников. Но ещё раньше немецкая разведка провернула другую операцию: похищение графа Чиано с семьёй.

Самого графа, его жену Эдду и троих детей выкрали средь бела дня прямо в центре Рима, буквально из-под носа карабинеров. На автомобилях их доставили на аэродром, контролируемый эсэсовцами, а оттуда — короткий перелёт в Мюнхен. Одной из главных целей акции были всё те же дневники. Немцы рассчитывали шантажировать итальянских генералов, причастных к мятежу. Семье предоставили роскошные апартаменты, но заветных тетрадей так и не получили. Чиано туманно объяснил, что записи спрятаны в Италии и никто, кроме него самого, не сможет извлечь их из тайника.

Тем временем вермахт, несмотря на численное превосходство итальянских войск, за несколько дней оккупировал большую часть страны — от Альп до Неаполя. Король и правительство Бадольо бежали на юг.

Вассал Гитлера

На севере Италии, на берегу озера Гарда, в курортном городке Сало́, под охраной немецких штыков обосновался освобождённый Муссолини. Он возглавил марионеточную Республику Сало. Сюда стекались те, кто ещё хранил верность дуче, или те, кто понимал: прощения от народа им не дождаться. Ощущая себя «калифами на час», эти люди были полны жажды власти и крови.

Сам Муссолини, превратившись в жалкого вассала Гитлера, пребывал в прострации. Но одна тема пробуждала в нём былую энергию — месть. Он жаждал наказать «предателей» из Большого совета. Из девятнадцати удалось схватить лишь шестерых. Среди них оказался и граф Чиано, которого, впрочем, и ловить не пришлось: он добровольно прибыл в Сало, возможно, надеясь убедить тестя капитулировать. Немцы не хотели отпускать его из Мюнхена. Даже Гиммлер, не терявший надежды заполучить дневники, возражал против этой поездки. Но Гитлер, с огромным трудом уговоривший дуче продолжать борьбу, не желал давать тому повод для новых обид. Фюрер считал, что Чиано ничего не угрожает, а Муссолини просто проявляет итальянский «артистизм». Фарс обернулся трагедией.

Отец и дочь

Личная встреча тестя и зятя так и не состоялась. Чиано арестовали прямо на лётном поле и бросили в тюрьму, где уже содержали других участников заговора. Муссолини отдал приказ о суде. Эдда, дочь дуче и жена Чиано, отчаянно пыталась спасти мужа. Она металась между отцом и нацистскими чинами, умоляла, угрожала обнародовать дневники. Но машина мести уже была запущена.

В январе 1944 года в Вероне состоялся процесс. Шестерых обвиняемых, включая Чиано,