16 октября 1946 года сержант армии США Джон Вуд, главный палач Международного военного трибунала в Нюрнберге, привёл в исполнение смертный приговор. Но в петле оказались не все, кто держал в руках высшую власть Третьего рейха.

По обугленным останкам невозможно судить о том, какими были оригиналы при жизни.

Шесть негритят для фюрера: операция, о которой молчали десятилетиями

16 октября 1946 года сержант американской армии Джон Вуд, главный палач Международного военного трибунала, привёл в исполнение смертные приговоры нацистским главарям. Казнь заняла ровно 103 минуты. Одиннадцатый осуждённый, Герман Геринг, избежал петли: на прощальном свидании жена передала ему ампулу с ядом. Мартин Борман, заочно приговорённый к повешению, пропал без вести. Гитлер, по официальной версии, покончил с собой. Но сомнения в смерти фюрера высказывали многие — от Сталина до маршала Жукова. Почему экспертизу останков провели наспех в Берлине, а не в Москве с привлечением лучших патологоанатомов? И почему неонацисты за десятилетия ни разу не пытались найти могилу своего кумира?

30 апреля 1945 года, если верить показаниям и косвенным уликам, нацисты успешно провернули операцию по спасению Гитлера, Евы Браун и Бормана. Кодовое название — «Шесть негритят». В ней использовали двойников: по паре на каждого из троих беглецов. Отвлекающий манёвр с подставными телами позволил настоящим скрыться из осаждённого Берлина.

Бензин для фальшивой пары

На казни, по воспоминаниям генералов антигитлеровской коалиции, достойнее других держался Иоахим фон Риббентроп. Накинув на шею петлю с тринадцатью узлами, он выкрикнул: «Боже, спаси Германию!» А затем, не увидев реакции, спросил, может ли сделать заявление. Бывший министр иностранных дел и обергруппенфюрер СС сказал, что не ждёт прощения потомков, и призвал Запад и Восток прекратить распри ради вечного мира.

Что это было — запоздалое раскаяние? Советский историк Валерий Милый, работавший с частично рассекреченными документами из особого фонда Библиотеки конгресса США, считает иначе. Судя по протоколам неформальных допросов, Риббентроп своим заявлением подал условный знак американцам — тем, кто обещал сохранить ему жизнь в обмен на критически важную информацию. Обещание не сдержали, испугавшись огласки. Но что за сведения он предлагал?

Милый, ныне живущий в Канаде, вспоминает, как его словно ожгла одна фраза из показаний Риббентропа: «Сотни литров бензина понадобились не для того, чтобы сжечь тела фюрера и Евы, а для того, чтобы до неузнаваемости опалить первых двух двойников из предназначенной для жертвенного заклания шестёрки. Двойники, постоянно проживавшие в Берлине, были умерщвлены и обгорели до костей. Судьба ещё четверых, живших в Мюнхене и Берхтесгадене, мне неизвестна».

Историк не сомневается: Гитлер и Ева Браун избежали участи подельников и коротали дни при дворе боливийского диктатора Стресснера. А вот версию западногерманских газет о том, что операцию «Шесть негритят» придумал любимец фюрера Отто Скорцени, Милый отрицает. Название, впрочем, объяснимо: обгоревшие тела всегда черны. Двое двойников сгорели, а судьба остальных четверых — выживших мужчин и женщин — внесла невероятную путаницу в «посмертную» одиссею Гитлера и его пассии.

Подобия в солдатских одеялах

По замыслу Скорцени, самое убедительное свидетельство самоубийства фюрера должен был дать его личный шофёр Эрих Кемпка. Тот блестяще справился с заданием: сдавшись в плен, заявил, что сам несколько часов сжигал останки в авиационной воронке, и указал место импровизированной могилы под окном своей квартиры в наземной части бункера. Когда захоронение вскрыли, там действительно лежали два трупа — мужской и женский. Их идентифицировали по зубным протезам и следам давних операций.

Но убедительность опознания хромает. Протезирование и хирургические вмешательства могли просто «подогнать» под оригинал — чтобы двойники соответствовали тем, за кого их должны принять. Личный врач Гитлера Теодор Морель с уничижительным сарказмом заметил: по посмертным головешкам нельзя судить о прижизненных оригиналах.

Кемпка же, как заведённый, твердил, что именно он сжёг Гитлера и Браун. Он красочно описывал, как лил бензин, как поджигал факел спичкой из коробка, подаренного Гиммлером. И тут же допустил две промашки. Во-первых, спички ему были ни к чему: он не расставался с зажигалкой из посеребрённой винтовочной гильзы — подарком фюрера. Во-вторых, Кемпка признался, что не видел лиц тех, кого нёс к воронке. Его дословные показания: «Лицо шефа было закрыто солдатским одеялом по переносицу. Лицо Евы было закрыто так же. Мартин Борман — злейший враг Евы — пояснил, что лица не стоит открывать, потому что мы должны помнить мёртвых живыми».

Дрезина для избранных

Много лет спустя Отто Скорцени подтвердил: слухи о побеге Гитлера не так беспочвенны, как кажется историкам. В беседе с американским журналистом Максом Инфельдом он признался, что годами уходил от возмездия, потому что его искали как человека со шрамом, а шрама на лице уже не было — помогли пластические хирурги. «Подобную операцию вполне могли сделать Гитлеру, причём настолько радикальную, что фюрера даже родная мать не узнала бы», — усмехнулся Скорцени.

Инфельд, играя на самолюбии нацистского террориста, спросил прямо: не означает ли упоминание пластической операции, что фюрер ускользнул из бункера? Скорцени всем видом дал понять: каким бы невероятным ни казался такой поворот, списывать его со счетов неразумно. Косвенным подтверждением стала фраза: «Бункер для высшего лица Рейха был оборудован дрезиной, ведущей к запасному выходу в туннеле метро». Детали этого маршрута, впрочем, до сих пор окутаны тайной — как и судьба тех, кто, возможно, успел им воспользоваться.

Пропавший без вести Мартин Борман и загадка тел во дворе канцелярии

Мартин Борман, заочно приговорённый к повешению, пропал без вести. Но куда более интригующий поворот связан с событиями во дворе имперской канцелярии, где, как утверждается, были сожжены тела Гитлера и Евы Браун. Согласно этой версии, шофёр Эрих Кемпка старательно пытался превратить в пепел вовсе не фюрера и его спутницу, а неких посторонних лиц. Если это правда и Гитлер с Евой Браун пережили крах нацистской империи, то где искать их следы?

Похоже, внимание стоит обратить на Парагвай. Именно к немецким поселениям в этой стране проявляют повышенный интерес спецслужбы Израиля и других государств бывшей антигитлеровской коалиции, которые продолжают вершить суд над виновниками геноцида. И пусть доживающие свой век палачи уже на ладан дышат — суть не в их возрасте. Преступления без срока давности влекут за собой наказания без срока давности.