Скепсис, который рассыпается в трансе

Девять из восемнадцати — ровно половина. Именно столько тольяттинцев, прошедших за последние три года регрессионный поиск под руководством уфолога Татьяны Макаровой, неожиданно для самих себя вспомнили жизнь за пределами нашей цивилизации. И это не подконтрольные «контактёры» с сомнительными откровениями, а обычные горожане — любознательные, порой откровенно скептичные к любой «аномальщине». Они приходили не за сенсацией, а из любопытства, и уходили с опытом, который переворачивал их представление о собственной природе.

Метод, который используют исследователи, далёк от классического гипноза. Сознание регрессанта не отключается, он всё держит под контролем, а память о пережитом сохраняется полностью. «Мы ничего не навязываем, не внушаем, — подчёркивает Макарова. — Всё, что извлекается, идёт только из его подсознания». И, как ни странно, запретов на извлечение этой информации почти нет. Воспоминания о внеземном опыте вскрываются на удивление легко — будто этот пласт памяти психологически крайне важен для человека и сам рвётся наружу.

Иван, который не захотел вспоминать дальше

Впрочем, один случай запрета всё же был. Двадцатилетний Иван, погружённый в точку за пять лет до своего рождения, внезапно увидел себя на космическом корабле в глубоком космосе. Обитатели аппарата выглядели «почти как люди», носили скафандры со шлемами, и Иван ощутил себя полностью равным им — и душевно, и физически. Но когда исследователи попытались продвинуться дальше, к моменту перехода с корабля в земное воплощение и к цели прибытия на Землю, парень категорически отказался продолжать сеансы. Он то ли не смог, то ли не захотел описывать этот переход и свою миссию. Вряд ли он сам её осознаёт, но с раннего детства Иван заметно отличался от сверстников, был «белой вороной». Исследователи сделали осторожный вывод: природа этого человека, похоже, человеческая лишь наполовину.

Ветеринар с жёсткой миссией

Другая участница, Ольга, ветеринар по профессии, в трансе рассказала, что была отправлена на Землю с личной миссией. Её диалог с исследователем получился на редкость конкретным:

— Какова цель вашего рождения на Земле? — Я должна. Должна… пойти на Землю. Мне надо. — Ваше пребывание здесь важно для людей или для вас? — Подготовка людей к другим отношениям. Другая жизнь у людей будет. Переход скоро должен быть, качественный. Есть общие космические законы, и люди должны научиться их принять и соблюдать. Это важно… — Это переход плановый? — Да, чтобы не разрушили. Чтобы люди не разрушили планету, или их разрушат — людей. Если не будут соблюдать законы.

Формулировки звучат жёстко, почти ультимативно. При этом сама Ольга в земной жизни ощущает себя вынужденной приспосабливаться и жить скрытно — возможно, отсюда её некоммуникабельность и предпочтение общества животных. Во время сеанса выяснилось, что до двух с половиной лет у неё был контакт с существами, которых она идентифицировала как «своих»: они появлялись в доме в видимом ей облике. Но потом контакт прервался — он начал вызывать у ребёнка слишком сильный страх.

Свечение кожи и прозрачный корпус: детали, которых не могло быть

Относительно часто в рассказах регрессантов всплывали сюжеты об участии в колонизации Земли в безмерно далёком прошлом. Характерно, что предложение вспомнить себя в столь древней эпохе поначалу все встречали с открытым скепсисом: «Ерунда, такого не может быть, я ничего не вспомню». Но скепсис таял, как только человек начинал — в образах, ощущениях, подробностях — переживать события, участником которых он был когда-то. И сюжет, и детали почти всегда оказывались для него самого полной неожиданностью, настолько, что бодрствующий регрессант отказывался верить в их правдоподобность.

Один из таких случаев заставил исследователей обратиться к специальной литературе. Регрессант Сергей описывал встречу аборигенов русского Севера с пилотами дисковидного аппарата, случившуюся тысячи лет назад. Он очень старался «сделать правильную картинку», но она упорно не получалась: открытые части тела пилотов слегка светились. Без нимбов, без лучей — просто лёгкое свечение. Сергею эта деталь казалась ошибочной, но после сеанса Татьяна Макарова и её коллега Николай Гусев нашли в литературе упоминание, что пришельцы, причастные к созданию шумерской цивилизации, смазывали кожу антисептической мазью, которая давала эффект лёгкого свечения. Это упоминание сохранилось в археологических памятниках, но в опубликованной литературе встретилось лишь однажды — Сергей заведомо не мог о нём знать. Одновременно он никак не мог примирить в своём сознании ещё одну деталь: снаружи аппарат был совершенно непрозрачным, а изнутри часть его оставалась прозрачной и позволяла видеть окружающее пространство.

Древние сказания и исторические источники — Библия, «Рамаяна», «Махабхарата», русские Веды — рассказывают о «людях со звёзд», которые в стародавние времена прилетали на Землю, жили здесь и снова уходили на небо. А окаменевшие следы человеческих ног рядом со следами динозавров в геологических слоях возрастом в миллионы лет намекают, что люди посещали нашу планету или обитали на ней невообразимо давно. То, что всплывает в регрессивном трансе у обычных тольяттинцев, странным образом рифмуется с этими древними свидетельствами — и с теми практиками намеренного изменения тела, которые археологи находят в культурах прошлого. Зубы пантеры и клюв орла: как древние уродовали себя — это лишь один из примеров того, как далеко люди готовы зайти, чтобы стать кем-то иным. Но что, если стремление к иной идентичности имеет куда более глубокие, внеземные корни?

Память о небе: что видят люди в регрессивном трансе

Альфред Адлер однажды заметил: «Значительное число явлений представляется нам как своего рода указатели, ведущие в область неизвестного». Древние тексты — Библия, «Рамаяна», «Махабхарата», русские Веды — пестрят рассказами о существах, спустившихся с небес. Долгое время их считали метафорами или фантазией. Но когда современный человек в глубоком трансе начинает описывать детали, которых он знать не мог, грань между мифом и пережитым опытом истончается.

Исследователи из Тольятти под руководством Татьяны Макаровой несколько лет изучают феномен регрессивного транса — состояния, в котором люди, по их словам, проживают события, предшествовавшие их рождению. И результаты сеансов заставляют пересмотреть привычные представления о прошлом Земли.

Не просто фантазия

Скептики часто списывают видения в трансе на игру воображения. Но в тольяттинских экспериментах проявилась странная закономерность: «неправильности» в рассказах регрессантов выдавали подлинный, личный опыт, а не пересказ чужих историй. Люди описывали миры, которые не укладывались в известные им шаблоны, и с трудом подбирали слова для увиденного.

Отдельным участникам удавалось вспомнить не только момент прибытия на Землю, но и последующие жизни уже в земных условиях. Их свидетельства складывались в картину нескольких волн колонизации — и почти все они указывали на Северное полушарие.

Остров вечного дня

Один из регрессантов, Евгений, во время сеанса заново пережил жизнь в древнем славянском поселении. Там из поколения в поколение передавали память о предках, которые спустились с неба в коконообразных, квазиживых аппаратах. Евгений осознавал себя одним из них — пришельцем третьей волны переселенцев с другой планеты.

С удивлением он описывал место высадки: круглый остров в центре, залитый постоянным дневным светом. Вокруг — широкое водное пространство, полуканал-полуморе, от которого расходились четыре континента. Обратная сторона планеты, по его ощущениям, почти целиком скрывалась подо льдом и снегом.

Это описание поразительно напоминает легендарную Гиперборею, но с одним важным отличием. Исторические источники говорят, что в приполярных областях полгода длится день и полгода — ночь. Евгений же настаивал на постоянном дне. Он с трудом облёк в слова образ Земли, всегда повёрнутой к Солнцу одной стороной — как Луна к Земле. Светило при этом двигалось по небосводу на высоте 30–35 градусов над горизонтом. Проверить такую картину пока невозможно, но теоретически подобное взаимное расположение планеты и звезды допустимо.

Высадки в разное время

Другая участница, женщина со славянским типом внешности, вспомнила посадку в местности, похожей на лесотундру. Из других фрагментов её памяти складывалась история постепенной ассимиляции «внеземлян» в человеческое общество.

Татьяна Макарова отметила любопытную деталь: несколько случаев указывают на то, что волны заселения происходили в разное время, но преимущественно в Северном полушарии. Часть регрессантов описывала высадку в районе нынешнего Северного полюса — тогда вполне пригодного для жизни. Другие видели себя в приполярных областях уже в период, когда полюс стал необитаем, а колонизация сместилась в южную часть планеты.

Тоска по дому среди звёзд

Самым неожиданным для исследователей стал эмоциональный фон сеансов. Место внеземного пребывания большинство регрессантов воспринимало как родной дом — с теплом, любовью и острой болью разлуки. Двадцатилетний испытуемый, погружённый во временную точку за пять лет до рождения, вдруг увидел себя на космическом корабле. У некоторых на глазах выступали слёзы.

Возвращать людей в реальность становилось всё труднее. «Мы начали проводить что-то вроде психокоррекции, — рассказывала Макарова. — Им нужно было принять нынешнюю действительность и не травмировать себя воспоминаниями». Исследователи подчёркивают: регрессивный транс — не просто способ заглянуть в прошлое, но и инструмент, требующий осторожного обращения с психикой.

Инструмент для уфолога

Тольяттинские учёные считают регрессивный транс одним из перспективных методов уфологических исследований. На недавней конференции в Москве Татьяна Макарова представила коллегам наработанный опыт — и он вызвал живой интерес.

Если видения регрессантов — не фантазия, а подлинная память, то перед нами открывается картина куда более сложной истории человечества, чем принято считать. Возможно, древние сказания о богах, сошедших с небес, — вовсе не вымысел, а отголосок реальных событий, запечатлённых где-то глубоко в нас.