Анатоль Франсуа Тибо однажды заметил: «Чтобы переваривать знания, надо поглощать их с аппетитом». Похоже, именно этим принципом руководствовался профессор Валерий Манчук, директор НИИ медицинских проблем Севера СО РАМН, когда в конце 2008 года выступил с неожиданной инициативой. Он предложил обучать красноярских знахарей — тех, кого в народе часто называют шаманами — традиционной медицине. Идея, на первый взгляд парадоксальная, на деле опиралась на вполне рациональные доводы и зарубежный опыт.

Зачем шаману скальпель и алгоритмы

Замысел профессора не сводился к тому, чтобы превратить носителей древних практик в дипломированных врачей. Речь шла о подготовке парамедиков — специалистов, способных оказать первую помощь в отдалённых районах, куда скорая может добираться часами, а то и сутками. В ряде стран такая система уже работает: люди проходят краткий, но интенсивный курс — от двух до трёх месяцев — и осваивают чёткие алгоритмы действий при неотложных состояниях. Манчук подчеркнул: эта помощь должна быть лишь первым звеном в цепочке спасения. За ней обязана следовать возможность экстренной эвакуации и госпитализации в стационар. Иначе даже самые умелые руки в тайге окажутся бессильны.

Но здесь возникал вопрос, без которого вся затея повисала в воздухе: лицензирование. Кто и как будет выдавать разрешения на такую деятельность? Без юридической базы обученные знахари рисковали остаться в серой зоне — ни народные целители, ни официальные медработники. Профессор настаивал: решать эту проблему нужно параллельно с обучением, иначе толку не будет.

Больше чем шаманы

Впрочем, парамедицинский проект был лишь частью более широкого взгляда Манчука на здравоохранение. Он указывал на необходимость реформировать систему, учитывая индивидуальные особенности каждого региона России. Север, Сибирь, Дальний Восток — условия там настолько разные, что единый шаблон просто не работает. Где-то не хватает дорог, где-то — связи, а где-то местные жители веками доверяют только своему шаману. И если этот шаман вдобавок умеет наложить шину или остановить кровотечение — выигрывают все.

Инициатива прозвучала в декабре 2008 года и, судя по всему, широкого резонанса тогда не получила. Но вопросы, которые она подняла, никуда не делись. Как совместить вековые традиции с доказательной медициной? Можно ли вписать неформальных лидеров в официальную структуру помощи? И главное — готово ли общество к тому, что шаман с бубном однажды достанет из сумки не амулет, а жгут и стерильный бинт?