Юнити Митфорд не была просто очередной поклонницей Гитлера — она стала одной из самых странных и трагических фигур в его окружении. Английская аристократка, чья родословная уходила корнями в XI век, двоюродная племянница Уинстона Черчилля, она променяла балы и поместья на нацистские митинги и общество фюрера. Её история — это не просто рассказ о влюблённости, а причудливое переплетение семейных драм, политических бурь и личного безумия, закончившееся выстрелом в висок в мюнхенском парке.

Семейство Митфорд: эксцентрика как норма

Юнити Валькирия Митфорд родилась в семье, где экстравагантность была едва ли не традицией. Её дед, барон Ридерсдейл, водил дружбу с самим Рихардом Вагнером — композитором, чью «Смерть нибелунгов» позже так полюбит Гитлер. Отец, Дэвид Фримен-Митфорд, крупный землевладелец, отличался необузданным нравом, вспышками ярости и любовью к позёрству: он хвастался, что за всю жизнь прочёл лишь одну книгу — «Белый клык» Джека Лондона. Впрочем, это было преувеличением: своим шестерым дочерям и сыну он охотно читал перед сном детские книжки.

Детство Юнити прошло в родительской усадьбе, где она делила комнату с младшей сестрой Джессикой. Но в подростковом возрасте между ними пробежала чёрная кошка. Юнити вдруг увлеклась фашизмом, а Джессика — коммунизмом. Комната оказалась поделена мелом пополам: одна сторона — серпы и молоты, другая — свастики и портреты Гитлера. Родители считали это детским баловством, но кончилось всё серьёзно. Джессика, которую в семье дразнили «красной овцой», сбежала из дома с журналистом Эсмондом Ромили — по иронии судьбы, тоже племянником Черчилля. Вместе они отправились в Испанию помогать республиканцам, а позже эмигрировали в США. Джессика переживёт мужа, погибшего под бомбами, станет писательницей и умрёт в 1996 году; её пепел рассеют над морем. А Джоан Роулинг, автор книг о Гарри Поттере, назовёт Джессику своей любимой писательницей и даже даст её имя дочери.

Старшая сестра Диана пошла ещё дальше. В 1932 году она бросила мужа ради Освальда Мосли, основателя Британского союза фашистов. Четыре года спустя, после загадочной смерти первой жены Мосли — поговаривали, что та умерла во время операции аппендицита не случайно, — Диана вышла за него замуж. Свадьбу сыграли в Германии, в доме Геббельса, и почтил её своим присутствием сам Гитлер, подарив молодожёнам свою фотографию в серебряной рамке. С началом войны британские власти арестовали и Мосли, и Диану, когда их четвёртому сыну было всего 11 месяцев.

Встреча, определившая судьбу

Юнити впервые попала в Германию в 1933 году вместе с Дианой — их пригласил пресс-секретарь фюрера. Сёстры оказались на грандиозном митинге в Нюрнберге в честь прихода Гитлера к власти, и обеих захлестнула волна энтузиазма. Узнав, что фюрер регулярно обедает в мюнхенском кафе «Остериа Бавария», Юнити стала ходить туда постоянно. В феврале 1935 года Гитлер заметил её и пригласил к своему столу. Этот момент решил всё.

«Я самая счастливая девушка в мире! Он — самый великий мужчина!» — написала она отцу. Её второе имя, Валькирия, не могло не привлечь внимания вождя нацистов, а внешность идеально соответствовала арийским канонам: высокая, почти на голову выше многих сподвижников Гитлера, со светло-русыми волосами, голубыми глазами и правильным носом. Глядя на неё, фюрер даже спросил у главного архитектора Альберта Шпеера: «Кто же воплощает в себе прототип германской женщины?» Шпеера забавляло, как аристократка пожирала Гитлера влюблёнными глазами.

Тень над Евой Браун

Увлечение Юнитой едва не стоило жизни Еве Браун. Та и без того страдала от невнимания Гитлера, погружённого в политику, а тут узнала о новой пассии. «Как деликатно сообщила госпожа Гофман, он нашёл мне замену, — записывает Ева в дневнике в конце мая 1935 года. — Её зовут Валькирия, и выглядит она весьма аппетитно». И позже: «Я решила принять 35 пилюль, это должно быть смертельно. Если бы он хотя бы попросил позвонить». Еву спасла старшая сестра, случайно зашедшая в гости. Она вызвала врача и позаботилась, чтобы Гитлеру немедленно сообщили о случившемся. После этого фюрер стал внимательнее к Еве, но и отношения с Юнитой не прервал.

За пять лет знакомства они встречались более ста раз. Было ли это полноценным романом? Точных свидетельств нет, и авторы часто избегают скабрёзных подробностей. Ясно одно: Гитлер старался произвести впечатление на аристократку, демонстрируя ей достижения режима. Юнити же стала убеждённой национал-социалисткой и антисемиткой. Её статьи по резкости соперничали с текстами Юлиуса Штрайхера, редактора газеты «Штурмовик», а речи на партийных митингах, где она была почётной гостьей, дышали восхищением перед Германией. После аншлюса Австрии она стояла рядом с фюрером на балконе венского дворца во время большого митинга.

В 1937 году Юнити уговорила 17-летнюю сестру Дебору нанести визит Гитлеру в Мюнхене. Та оставила дневниковую запись: «Мы сразу пошли в его квартиру. Гитлер встретил нас стоя и был очень рад видеть сестру. Пили чай. Вся квартира была в коричневых и белых тонах и довольно неприятная. В ванной на зубной щётке было написано «АН». Он много говорил о войне в Испании. Мы проговорили больше двух часов. Ему было явно приятно с Юнити, и я чувствовала себя как дома».

Выстрелы в парке и медленное угасание

Всё рухнуло в сентябре 1939 года. После нападения нацистов на Польшу Великобритания объявила Германии войну. В душе Юнити, при всей её преданности фюреру, поднялась буря — сказалась та самая английская ностальгия по родине. 3 сентября в одном из мюнхенских парков она выстрелила себе в висок из маленького пистолета с отделанной жемчугом рукояткой — подарка Гитлера. Одна пуля прошла по касательной, вторая вошла глубоко в мозг. Врачи не стали её извлекать — слишком рискованно.

Два месяца Юнити пробыла без сознания. Затем Гитлер распорядился перевести её в нейтральную Швейцарию, в Берн. Перед отъездом он приехал в больницу с огромным букетом, пытаясь наладить отношения, и вернул ей партийный значок. Но англичанка забилась в истерике и проглотила регалию. «Гофман, я начинаю бояться!» — признался фюрер приятелю, выйдя из палаты. Когда мать и Дебора увидели Юнити в Берне, они ужаснулись: пуля разворотила череп, она не могла ходить и с трудом говорила.

Здоровье так и не восстановилось. Юнити умерла в 1948 году в возрасте 33 лет, и последние восемь лет жизни за ней тянулась дурная слава женщины, якшавшейся с врагами короля. Но она до конца оставалась преданной почитательницей Гитлера.

История семьи Митфорд напоминает, как причудливо переплетаются личные драмы и большая политика. Кстати, мы уже рассказывали о том, как британская разведка провернула операцию «Мясной фарш»: труп с портфелем обманул Гитлера, заставив его перебросить войска из Сицилии в Грецию. Там тоже хитрость строилась на понимании психологии фюрера и его окружения — только в случае с Юнитой никакой хитрости не понадобилось, всё было искренне и оттого ещё более жутко.