Человеческое генеалогическое древо, которое мы привыкли видеть в учебниках, возможно, скоро придётся перерисовывать. Исследователи из Университета Монаша предлагают радикально пересмотреть таксономию: включить Australopithecus и Paranthropus в род Homo. По их мнению, новые ископаемые находки размыли многие признаки, которые раньше служили для разделения этих групп. Если предложение примут, картина нашего эволюционного прошлого станет проще и точнее — но для этого придётся отказаться от привычных ярлыков.

Границы между видами стираются

Новое исследование, опубликованное в American Journal of Biological Anthropology, утверждает: традиционная система наименования и классификации наших предков больше не отражает реальность. Авторы предлагают объединить все виды человека и близких ископаемых родственников за последние 4–5 миллионов лет под одним родовым именем Homo. Это, по их мнению, позволит избежать постоянных переопределений, когда каждая новая находка заставляет учёных спорить о границах видов.

Ведущий автор работы доктор Иэн Тоул, научный сотрудник Института биомедицинских открытий Монаша, прямо говорит: недавние открытия делают существующую классификацию менее полезной и менее точной. «Последние находки ископаемых и достижения в эволюционном и генетическом анализе делают этот момент идеальным для пересмотра того, насколько наша традиционная таксономия всё ещё точно отражает эволюцию человека», — заявил он.

Почему Australopithecus и Paranthropus могут стать Homo

Долгое время учёные разделяли ранних гомининов по простым признакам: большой мозг, продвинутое использование орудий, определённые анатомические и поведенческие черты. Но эти различия становятся всё более зыбкими. Теперь известно, что некоторые представители рода Homo имели очень маленький мозг, а Paranthropus и Australopithecus, судя по всему, тоже были способны к сложному поведению. Граница, которая казалась чёткой, размывается с каждой новой находкой.

Тоул подчёркивает: эти группы не обязательно представляют собой отдельные эволюционные ветви, или клады. Различия в поведении и экологии, которые раньше использовали для их разграничения, тоже становится всё труднее поддерживать. Поэтому он предлагает расширить род Homo, включив в него Australopithecus и Paranthropus, чтобы получить более стабильную и точную картину сложных эволюционных отношений, которую раскрывает растущая палеонтологическая летопись.

Клады, грады и проблема рода

Современная таксономия всё чаще стремится отражать реальные эволюционные связи, группируя виды по общему происхождению. За последние полвека этот подход сильно изменил биологию. Однако в палеоантропологии он приживается медленнее. Традиционно виды внутри Homo определяли по морфологическим и поведенческим критериям, а не по строгому родству. Теперь же, когда ископаемых стало больше, эти критерии перестают работать.

Тоул утверждает, что перенос Australopithecus и Paranthropus в род Homo позволит учесть различия без постоянной реклассификации отдельных групп. «Чем больше мы узнаём о наших предках и близких ископаемых родственниках, тем яснее понимаем, насколько сложным и нелинейным является наше генеалогическое древо», — говорит он. Расширение рода Homo, по его мнению, даст учёным инструмент, который не придётся переделывать после каждой новой находки.

Это предложение перекликается с недавними дискуссиями о месте Люси в нашей эволюции. Мы уже писали о том, как Люси больше не прародительница: эволюция человека рассыпалась — новые находки в Африке превратили стройную схему происхождения Homo sapiens в запутанный куст. Теперь учёные предлагают не просто признать этот куст, но и переименовать его ветви.

Проще или сложнее?

На первый взгляд, предложение кажется радикальным: Australopithecus afarensis, Paranthropus boisei и Homo erectus окажутся в одном роду. Но для исследователей это способ навести порядок в хаосе. Вместо того чтобы каждый раз спорить, куда отнести новую находку — в Australopithecus, Paranthropus или Homo, — можно будет использовать единую рамку. Это, возможно, упростит коммуникацию между специалистами и сделает эволюционную историю человека более понятной для неспециалистов.

Однако не все палеоантропологи готовы согласиться. Расширение рода Homo до такой степени может размыть значение самого названия. Если все гоминины последних пяти миллионов лет — Homo, то как тогда отличать, скажем, Homo habilis от Homo sapiens? Впрочем, Тоул и его коллеги считают, что стабильность и точность важнее привычных ярлыков. В конце концов, наука не должна быть заложницей традиции, если традиция мешает видеть реальную картину.

Работа опубликована в American Journal of Biological Anthropology под заголовком «Clades, Grades, and the Genus Problem: A Case for Revising Hominin Taxonomy». Возможно, это только начало большой дискуссии, которая заставит пересмотреть не только учебники, но и наши представления о том, кто мы такие.