Под палящим солнцем Аризоны, в городе Скоттсдейл, стоит ничем не примечательное одноэтажное здание. Внутри — десятки стальных цилиндров высотой почти три метра и диаметром больше метра. Никаких проводов, никакой системы охлаждения, никакого электричества. Раз в неделю сюда приходит человек и доливает жидкий азот. В этих цилиндрах, вниз головой, при температуре минус 196 градусов по Цельсию, висят тела более чем ста человек. Всех их объединяет одно: надежда, что их жизнь ещё не закончилась.

Это не декорация к фантастическому фильму и не секретная лаборатория. Это фонд Alcor — одна из самых известных в мире организаций, занимающихся крионикой, то есть заморозкой умерших людей в расчёте на будущее воскрешение. Полная консервация тела здесь стоит 220 000 долларов. И, судя по количеству занятых цилиндров, желающих заплатить за шанс на бессмертие хватает.

Бизнес на грани смерти и надежды

Крионика давно перестала быть маргинальным увлечением чудаков. Сегодня это полноценная индустрия со своими клиентами, прайс-листами и инфраструктурой. Alcor — лишь одна из нескольких компаний, предлагающих подобные услуги. Фонд работает с 1972 года и позиционирует себя не как похоронное бюро, а как «организация продления жизни». Его клиенты — люди, которые верят, что наука будущего сможет не только оживить замороженное тело, но и вылечить болезни, ставшие причиной смерти, а заодно обратить вспять старение.

Схема проста: сразу после юридической смерти тело как можно быстрее охлаждают, вводят специальные растворы-криопротекторы, чтобы лёд не разрушил клетки, а затем помещают в жидкий азот. Дальше — ожидание. Неопределённо долгое. Возможно, десятилетия. Возможно, столетия.

Что говорит наука

С научной точки зрения крионика остаётся крайне спорной. Никто ещё не оживил ни одного замороженного человека и даже не приблизился к решению этой задачи. Главная проблема — повреждения, которые неизбежно возникают при замерзании и разморозке. Криопротекторы помогают, но не решают всех проблем: клетки, ткани и особенно мозг страдают от образования кристаллов льда, растрескивания и химических изменений.

Скептики называют крионику «замороженной надеждой» и указывают на отсутствие каких-либо доказательств того, что воскрешение вообще возможно. Сторонники парируют: даже если шанс ничтожно мал, он всё же больше, чем ноль, который дают традиционные похороны или кремация. Для них 220 000 долларов — это не трата, а инвестиция в потенциально бесконечное будущее.

Не только тела, но и мозги

Интересная деталь: Alcor предлагает не только полную консервацию тела, но и более дешёвый вариант — заморозку одного лишь мозга. Логика проста: если в будущем научатся выращивать или печатать новые тела, достаточно будет сохранить личность, которая, как считается, хранится именно в мозге. Некоторые клиенты выбирают этот путь, рассчитывая, что технологии будущего позволят перенести сознание на другой носитель — возможно, даже на компьютер.

Эта идея — «мозг на жёстком диске» — звучит совсем уж фантастично, но в контексте крионики она не выглядит безумной. Ведь вся индустрия строится на вере в то, что наука когда-нибудь сможет то, что сегодня кажется невозможным.

Сколько стоит бессмертие

Цифры впечатляют. 220 000 долларов за всё тело — это цена, сопоставимая со стоимостью дома в некоторых регионах США. Но для клиентов Alcor это не преграда. Многие оформляют специальные страховки, которые покрывают расходы на криоконсервацию после смерти. По сути, человек годами платит небольшие взносы, чтобы после кончины его тело попало не в могилу, а в стальной цилиндр с жидким азотом.

Кстати, бизнес на вере в необычное — не новость. Мы уже рассказывали, как падение НЛО превратило Розуэлл в бизнес на $5,2 млн: городок в Нью-Мексико десятилетиями зарабатывает на легенде о крушении летающей тарелки. Крионика — из той же серии, только ставки выше: здесь продают не сувениры, а надежду на личное воскрешение.

Этические и юридические дебри

Крионика порождает массу вопросов, на которые нет однозначных ответов. Что считать смертью, если тело сохраняется в жизнеспособном состоянии? Каков юридический статус замороженного человека — он умерший или пациент в состоянии глубокой комы? Кто отвечает за сохранность тела, если фонд обанкротится? И что будет, если через сто лет технология воскрешения так и не появится?

Пока законодательство большинства стран вообще не регулирует эту сферу. Крионика существует в серой зоне, и клиенты Alcor, по сути, полагаются на добросовестность организации и её способность поддерживать температуру в цилиндрах десятилетиями. Сам фонд уверяет, что его финансовые резервы рассчитаны на долгосрочную перспективу, но проверить это невозможно.

Надежда как товар

В конечном счёте крионика — это бизнес на самом сильном человеческом чувстве: нежелании умирать. И, как любой бизнес, он имеет право на существование, пока находятся клиенты. Вопрос лишь в том, насколько реальны обещания, которые даёт индустрия.

С одной стороны, история науки знает немало примеров, когда вчерашняя фантастика становилась реальностью: пересадка сердца, полёты в космос, клонирование. С другой — между «сложно» и «невозможно» огромная пропасть, и пока ни один факт не указывает на то, что замороженного человека можно вернуть к жизни.

Но 220 000 долларов — не та сумма, которую платят за гарантию. Это плата за шанс. И, судя по заполненным цилиндрам в аризонской пустыне, для многих людей даже призрачный шанс на бессмертие стоит этих денег.

Что будет с этими телами через сто лет? Оживут ли они, станут экспонатами музея или просто будут тихо доливаться азотом ещё пару столетий? Ответа нет. Но сам факт, что больше сотни человек предпочли стальной цилиндр могиле, говорит о многом.