Альфред Хичкок однажды заметил: «Женщина, которая раздевается публично, напоминает мне...» — и эта недосказанность мастера саспенса, пожалуй, сродни тому, как генетические загадки порой обнажают перед нами неожиданные механизмы наследственности. Процесс мутации — рядовое, в общем-то, явление: передача информации на генном уровне от родителя к ребёнку. Каждое следующее поколение получает отклонения, возникающие ещё на стадии зачатия, при формировании сперматозоида и яйцеклетки. Ребёнок наследует от родителей лишь определённый процент мутаций — такая передача происходит из-за случайной ошибки копирования родительской ДНК.

Темп мутаций: неожиданное открытие

Долгое время считалось, что мутации у людей накапливаются примерно с той же скоростью, что и у шимпанзе. Однако учёные из проекта «Тысяча геномов» обнаружили: современный человек мутирует медленнее, чем предполагалось. Исследование, основанное на изучении геномов шести человек из двух семей, показало: в среднем ребёнок получает от тридцати до пятидесяти мутаций. У шимпанзе этот показатель выше примерно в два раза. Такое расхождение заставляет пересмотреть прежние модели молекулярных часов и взглянуть на эволюционную историю человека под новым углом. Ведь неожиданные генетические находки, как детский палец из Сибири переписал историю человечества, могут полностью изменить наши представления о прошлом.

Почему темп снизился? Пока вопрос остаётся открытым. Возможно, дело в более длительном поколенческом интервале у людей или в особенностях репарации ДНК. Как и в лучших триллерах Хичкока, разгадка где-то рядом, но детали пока скрыты — и это лишь подогревает интерес к дальнейшим исследованиям.