Адам Смит считал, что «самообладание в минуту гнева не менее высоко и не менее благородно, чем самая пылкая храбрость». Казалось бы, при чём тут летучие мыши? Но, как выяснилось, эти крошечные создания тоже умеют держать себя в руках — точнее, в крыльях — и выстраивать сложные социальные связи, которые ставят под вопрос наши представления о том, какой мозг нужен для дружбы.

Дружба не для избранных

Долгое время в науке господствовала гипотеза: длительные взаимовыгодные отношения между неродственными особями — удел животных с крупным и хорошо развитым мозгом. Дельфины, слоны, хищники вроде волков, человекообразные обезьяны — все они демонстрировали способность к кооперации и формированию устойчивых партнёрств. Считалось, что именно социальные вызовы подтолкнули эволюцию мозга у этих видов, включая и предков человека. Но недавнее исследование перевернуло эту идею с ног на голову — точнее, вниз головой, как и положено его героям.

Группа учёных из Грайфсвальдского университета (Германия) под руководством Джеральда Керта пять лет наблюдала за колонией одного вида летучих мышей. И пришла к неожиданному выводу: для сложной социальной жизни вовсе не обязателен большой мозг. Мышиного объёма, оказывается, вполне хватает.

Пять лет вверх дном

Исследователи день за днём фиксировали, как самки летучих мышей — а именно они оказались главными социальными игроками — взаимодействуют друг с другом. В отличие от самцов, предпочитающих одиночество, самки держатся группами и формируют устойчивые пары. Они вместе ночуют, чистят друг другу шерсть и, что важнее, делятся пищей. Когда одна особь возвращается с охоты с пустым желудком, подруга может отрыгнуть ей часть добычи. Это не разовая акция, а элемент длительных отношений.

Керт, по его собственному признанию, восхищён тем, как быстро и эффективно летучие мыши принимают коллективные решения. Даже при частой смене партнёров внутри колонии они умудряются годами поддерживать одни и те же дружеские связи. И что совсем поразительно — эти связи не рвутся, когда вся колония меняет место ночёвки. Мыши кочуют вместе, и их социальная сеть путешествует с ними.

Возраст, размер и немного тайны

Как же они выбирают друзей? Учёные выявили несколько критериев: возраст особи, её размер и репродуктивный статус. Молодые тянутся к молодым, крупные — к крупным, а готовые к размножению самки образуют отдельные микрогруппы. Но список этот, по словам исследователей, неполон, и не всегда перечисленные факторы играют решающую роль. Похоже, у летучих мышей есть ещё какие-то, пока не разгаданные нами, принципы симпатии.

Важно, что речь идёт именно о неродственных особях. Это не забота матери о детёныше и не альтруизм в пользу сестёр, который легко объясняется генетической выгодой. Здесь — чистой воды кооперация между чужаками, которая, как раньше думали, требует продвинутых когнитивных способностей.

Мышиный мозг против большой теории

Открытие бросает вызов устоявшемуся взгляду на эволюцию социального интеллекта. Если даже летучие мыши с их миниатюрным мозгом способны на дружбу и взаимопомощь, значит, крупный мозг не был обязательным условием для возникновения сложных социальных систем. Возможно, сами социальные отношения стали не следствием, а одной из причин увеличения мозга у некоторых видов — но это лишь одна из траекторий. Природа, как всегда, нашла несколько решений одной задачи.

Исследователи предполагают, что подобное поведение может встречаться и у других видов рукокрылых, а не только у той колонии, за которой они следили. Они обещают продолжить работу, и, судя по всему, нас ждут новые сюрпризы из мира этих ночных созданий.

Кстати, летучие мыши уже не в первый раз удивляют людей своими талантами. Мы как-то рассказывали о проекте времён Второй мировой войны, когда американские военные пытались превратить 30 миллионов рукокрылых в крылатых диверсантов для налёта на Японию — история, достойная отдельного фильма. Но то была попытка использовать мышей как оружие, а нынешнее открытие показывает, что их собственное «оружие» — социальный интеллект — оказалось куда более впечатляющим.

Так что, возможно, Адам Смит был прав вдвойне: самообладание в минуту гнева — добродетель не только человеческая. И пусть летучие мыши не читают философов, они на практике доказывают, что дружба и сотрудничество могут процветать даже в самых маленьких головах.