Город Альберобелло на карте Италии найти проще простого: в месте, где «подмётка» Апеннинского сапога переходит в «каблук», и приютился этот небольшой, но до странности популярный уголок Апулии. Известный с XI века, по итальянским меркам он сущий младенец — ни тебе этрусских руин, ни античных храмов, ни римских амфитеатров, ни средневековых палаццо. Однако туристов сюда съезжается не меньше, чем в Рим, Флоренцию или Венецию. Причина — удивительные дома, каких больше нет нигде в мире. Дома, обязанные своим появлением откровенному жульничеству, и при этом признанные ЮНЕСКО мировым культурным наследием.

Как налоговое бремя породило город-призрак

История Альберобелло — это своего рода зеркальное отражение анекдота о потёмкинских деревнях. Если князь Потёмкин, по легенде, выдавал бутафорские фасады за настоящие селения, то герцоги Аквавива из Конверсано, напротив, прятали реальные дома под видом пустоши. В начале XVI века король Неаполя Фердинанд Арагонский передал каменистые земли Апулии во владение этому верному семейству. Земли требовали множества рабочих рук для возделывания, но с каждого крестьянского дома в казну полагался налог. Платить его герцогам совершенно не хотелось. И они, что называется, извернулись: снизили местный налог, чтобы привлечь земледельцев, но поставили условие — дома строить только такие, которые можно разобрать в мгновение ока при появлении королевской инспекции из Неаполя. Получилось хитро: и крестьянам облегчение, и герцогам выгода, а для налоговых чиновников — лишь каменистые склоны без единого признака жилья.

Само поселение долго оставалось безымянным: какое может быть имя у якобы незаселённых холмов? Лишь 27 мая 1797 года король Фердинанд IV Бурбон, вняв мольбам измученных бесконечной разборкой и сборкой домов обитателей, изменил принцип налогообложения. А 22 июня того же года городской совет избрал первого мэра, Франческо Липполиса, утвердил герб и узаконил название. Некоторые предлагали назвать город Фернандиной в благодарность монарху, но большинство предпочло старинное латинское наименование местности, впервые упомянутой в XI веке в дарственной герцога Дечерано епископу Монополи как Sylva aut nemur arboris belli — «Лес красивых деревьев». Отсюда и родилось Альберобелло. Впрочем, и здесь не обошлось без лукавства: словосочетание arbor belli можно перевести и как «дерево войны» — не зря дуб красуется на гербе. Издревле здешние леса служили сырьём для римских баллист и катапульт. Но горожане, поместившие на герб ещё и двух голубей как символы мира, предпочли более мирную версию.

Трулли: жилища гномов из камня

Диковинные домики, привлекающие в Альберобелло сотни тысяч туристов, называются трулли. О происхождении слова спорят: оно восходит либо к латинскому trulla, либо к греческому τροῦλλος, и оба означают «купол». С происхождением самой конструкции ещё сложнее. Одни историки указывают на похожие строения в Малой Азии и считают, что тип постройки был привезён оттуда. Другие предполагают заимствование у этрусских погребальных сооружений, хотя следов этрусков в Апулии не обнаружено. Как бы то ни было, технология оказалась идеальной для главного требования: дом должен был рухнуть в любой момент.

Строили трулли так: выкапывали котлован диаметром от трёх до семи метров, глубиной иногда до пяти метров. Яму накрывали досками — получался пол первого этажа, а подвал, который местные называют цистерной, в мирное время служил хранилищем припасов. В случае тревоги именно туда должны были обрушиться стены. Над ямой из плоских камней, без всякого раствора, складывали купол. Снаружи до условной крыши дом обкладывали известняковыми плитами — кьянкарелли. Нижний блок кладки специально оставляли незакреплённым: достаточно было выбить его или выдернуть конской упряжью, и вся конструкция осыпалась в подвал, оставляя на поверхности лишь груду камней. Стены в основании достигали двухметровой толщины — поистине крепостные, но при этом уязвимые в одном решающем месте.

Трулли почти типовые, но различаются украшением маковки. Если на крыше стоит высеченная из известняка ступка — перед вами «особь женского пола»; если ступка дополнена каменным шаром, шпилем, яйцом или звездой — это «синьор». Чаще всего такой декор служил фирменным знаком мастера-строителя. Внутри всё тоже причудливо: над центральным помещением — чердак, обычно отдаваемый детям; хозяйская спальня ютится в алькове, образованном лестницей на чердак; кухня и крошечная ванная с баком для воды и эмалированным тазом — внизу, а туалет и вовсе на улице.

На камнях крыши каждого трулло обязательно есть знак — талисман, охраняющий дом от невзгод. Символы самые разные: от знаков Зодиака и каббалистических до совершенно неведомых. Нынешний хозяин часто понятия не имеет, что намалевал прадедушка, но исправно подкрашивает рисунок из года в год.

Прогулка по городу-конструктору

Добраться до Альберобелло несложно: на электричке от Бари, главного порта Апулии, дорога занимает чуть больше часа и стоит 4 евро в один конец. За окном сменяются холмы, расчерченные вертикалями оливковых деревьев — Апулия издревле славится лучшим оливковым маслом, и эта отрасль до сих пор основа экономики провинции. Путеводители сообщают, что здесь сохранились несколько сотен олив возрастом более двух с половиной тысяч лет. Их можно увидеть даже из поезда: комель старой оливы похож на огромную луковицу, из которой тянутся вверх несколько толстых изогнутых стволов. Смотришь на них с трепетом, особенно если представить, что они на полтысячелетия старше знаменитой оливы из Гефсиманского сада.

От вокзала ведёт всего одна улица — имени Гарибальди, упирающаяся в центральную площадь. Пешком не больше двадцати минут. Трулли попадаются повсюду: вот полуразрушенный домик среди олив, видимо, бывшее жилище сторожа; вот крошечный трулло, переделанный под газетный киоск. Но по-настоящему сердце замирает, когда взору открывается крутой склон холма, сплошь усеянный белоснежными домиками под серыми острыми крышами.

Альберобелло стоит на двух холмах, разделённых рекой. На восточном — современный город, на западном — старые кварталы из сплошных труллей. Старый город делится на районы Монти («Горы») и Айа-Пиккола («Малое гумно»). Оба признаны национальными памятниками: Монти в 1901 году, Айа-Пиккола в 1930-м.

Самый большой трулло носит имя Соврано — Суверенный. Его построила семья Перта в середине XVIII века, и это единственный двухэтажный экземпляр. Сегодня там музей, где за полтора евро можно увидеть, как был устроен быт обитателей. Есть и трулло-храм, посвящённый святому Антонию, возведённый в 1927 году на крутом изломе холма Монти в честь 130-летия избавления от налоговой повинности. А ещё — «сиамский» трулло, построенный братьями-близнецами. Местная легенда гласит, что счастья он не принёс: братья влюбились в одну ветреную девицу, которая переселялась из одной половины в другую с периодичностью раз в год. Кончилось всё скверно: все переругались и умерли страшной смертью.

Если захочется узнать, как трулли устроены изнутри, можно зайти почти в любой — местные жители давно превратили свои дома в сувенирные лавки. Радушные хозяева покажут бутылки с оливковым маслом, дадут попробовать сыра, нальют вина. Торговля здесь повсюду, но она не мешает ощущению, будто попал в сказочный город гномов, сложенный из белого камня и хранящий память о временах, когда дома приходилось прятать от королевских сборщиков податей.