В юго-западной части Марий Эл, на левом берегу Волги, между старинными городами Козьмодемьянск и Васильсурск, прячется посёлок Юрино. Среди скромных построек, в глубине берега, стоит таинственный замок — с зубчатыми башенками, галереями, балкончиками, целой рощицей шпилей и островерхих крыш. Он кажется пришельцем из другой эпохи, идеально вписанным в вечнозелёный парк со стройными соснами и кудрявыми берёзами. Это Юринский дворец, который называют шедевром русского усадебного зодчества второй половины XIX века, но его история полна мрачных легенд, призраков и векового упадка.

От села Архангельского до «шереметевской Сибири»

Когда-то посёлок Юрино назывался селом Архангельским. В петровские времена граф Головин продал его с окрестными деревнями Никите Демидову, владыке железного Урала, а тот оставил наследство сыну Николаю. В 1812 году село купил Василий Шереметев — внучатый племянник первого русского графа, фельдмаршала Бориса Шереметева. Василия воспел Байрон за ратную доблесть, но юринские крепостные проклинали его за тиранию. Четыре поколения знаменитой фамилии обустраивали здесь родовое гнездо, свозя из Европы редкие собрания картин, книг и музейные ценности — в том числе уникальную коллекцию личного оружия генерала Скобелева, героя Шипки. Стройматериалы, оборудование и инвентарь везли из Италии, Франции, Финляндии. В Петербурге груз переваливали с кораблей в вагоны, доставляли до Нижнего, а оттуда на баржах спускали по Волге. Так прибыли тёмно-вишнёвые малахитовые колонны для «Восточной комнаты», античные скульптуры с раскопок Помпеи, севрский фарфор.

Сто лет на лесах: династии мастеров

Строительство каменного замка началось в 1874 году и затянулось на десятилетия. Крепостные Шереметева заготовляли древесину, курили смолу, гнали дёготь, жгли уголь. Для обслуживания фабрик и заводов установили водяные прессы и паровые машины, построили большой скотный двор и пятиэтажную паровую мельницу в сосновом парке. Усадьба площадью 60 гектаров обзавелась парком, оранжереей, прудами, вольерами для диких животных, смотровой башней, церковью, баней с прачечной, складами и конюшнями — всё это огораживала крепостная стена. Почти сто лет на лесах трудились целые династии мастеровых: каменщики, плотники, краснодеревщики. Их имена известны — Балакины, Кочетовы, Беляковы, братья Смысловы. Их работа и сегодня изумляет безупречностью.

Лабиринты дворца: от Скобелевского кабинета до Дубовой комнаты

Замок поражал красотой и продуманностью интерьеров. Каждая комната имела своё назначение, которое угадывалось по отделке. В северной части находился кабинет Скобелева с богатейшей коллекцией оружия разных эпох. В Восточной комнате стояли малахитовые колонны, а роспись плафона, керамические решётки окон и вся отделка были исполнены в персидском стиле. Отсюда дверь вела в библиотеку, через которую можно было пройти в кабинет владельца или в «Дубовую комнату» — там потолок, косяки и двери были выполнены из дуба. Боковая дверь дубовой комнаты открывала путь на крутую винтовую лестницу: на третьем этаже размещались детские комнаты и зал для игр. На первом этаже были спальни для гостей, господская спальня, просторная ванная, а в западном крыле — квартиры прислуги.

Первый строитель усадьбы Василий Петрович Шереметев умер в 1893 году, его супруга Ольга Дмитриевна — в 1898-м, а их сын Пётр Васильевич, недолго владевший имением, скончался в 1916 году. На этом вековая история четырёх поколений юринских Шереметевых завершилась.

Советские годы: от Народного дома до турбазы

С 1918 года дворец служил новой власти. Сначала в нём разместились Народный дом и школа-коммуна, а с 1932 года — сезонный дом отдыха трудящихся. В те времена в «Большой гостиной» ещё сияли люстры богемского стекла, чучела огромных медведей встречали гостей на ступенях зимнего сада, играл оркестр, и отдыхающие кружили в аллеях, вымощенных кирпичом. В Великую Отечественную войну здесь нашли приют семьи эвакуированных из Москвы и Ленинграда.

Но в тридцатые годы пострадал приусадебный Михаило-Архангельский храм, построенный на средства Шереметевых и народные деньги в 1869–1889 годах. Девятиглавый, красно-белый, он выглядел величественно и празднично. Стены и своды расписали нижегородские и владимирские мастера. При храме был погост, а в специальном склепе погребли последних владельцев усадьбы. В годы борьбы с религией храм закрыли и разорили: сбросили колокола, сняли кресты, замазали росписи, а здание переоборудовали под кинотеатр и клуб.

Упадок и призрак в Восточной комнате

Дворец медленно приходил в упадок. Многочисленные арендаторы по равнодушию и халатности довели его до бедственного состояния. Особенно тяжёлый урон памятник понёс в 80-е годы XX века, когда в нём располагалась турбаза «Ветлуга» Марийского облсовпрофа. Временные обитатели расшатали могучее здоровье замка, и в конце концов его просто бросили. Журналист газеты «Труд» Е. Ухов, побывавший в Юрино в 1983 году, описывал жуткую картину: на центральной двери висела табличка «Не входить! Опасно для жизни!», к парадной лестнице приходилось пробираться в кромешной темноте по грудам хлама. Под крышей обитали летучие мыши. В пустых залах ещё виднелись следы былого великолепия: инкрустированный пол с арабскими знаками, навесной дубовый потолок, расписной плафон, лепная решётка. Под ногами скрипело стекло витражей и зеркал, обрывались ступеньки, повсюду громоздился мусор и обломки мебели, разбитые в щепу филёнки резных дверей. Дворец напоминал корабль, потерпевший крушение, — покинутый командой, израненный, отданный на растерзание стихии.

Местные жители рассказывали Ухову о ночных явлениях призрака. Загадочная женщина — не то монахиня, не то наложница графа — якобы появляется в окне «Восточной комнаты» при закатном свете. Журналист решил проверить легенду. Он пробрался в «Дубовый кабинет», дождался последнего луча солнца, взглянул в окно напротив — и увидел призрачный силуэт. Чем внимательнее он вглядывался, тем яснее различал иконный наклон головы, жёлтый овал лица в белом обрамлении. Позже, на улице, он попытался найти объяснение: вероятно, в стекле отражался фигурный наличник кабинета, а остатки цветного витража оживляли изображение — остальное дорисовывала фантазия. Но, как во всяком «порядочном» замке, привидения здесь бродят до сих пор, подпитываемые мрачными легендами о «шереметевской Сибири»: о казематах-лабиринтах, «каменных мешках», где помещик замуровывал неугодных, о подземных ходах, зарытых сокровищах и тайных винных погребах, в поисках которых сломано немало стен.

Возрождение из руин

В 1989 году по просьбе жителей Михаило-Архангельский храм вернули верующим. 19 ноября 1991 года на главный купол водрузили большой крест, а 8 августа 1996 года епископ Йошкар-Олинский и Марийский Иоанн освятил храм. Начались реставрационные работы и в Шереметевском дворце. Сегодня, после труда реставраторов, он снова выглядит нарядно, хотя его тайны и призраки, кажется, не спешат покидать старые стены.