В 1931 году Сталин, сославшись на Аристотеля, предупредил: «Большая власть портит, и мы её отнимем у тех, кто ею злоупотребляет». На следующий день японский промышленник и учёный Оно Яги откликнулся из-за океана: «Сталин прав. Политика — это подготовка к будущим войнам, тайно ведущаяся и в Советах, и у нас». Совпадение? Слова двух лидеров звучат как эхо одной и той же тревоги — словно на высшем уровне произошла утечка секретной информации. Но о чём именно шла речь?

Правнук Оно Яги, историк, проливает свет на эту загадку. По его данным, в конце 1920-х годов СССР начал исследования по использованию разрушительных землетрясений в военных целях. Сейсмические волны провоцировались мощными взрывами, и их эхо отзывалось за тысячи километров. Япония, по словам Яги, тоже не осталась в стороне: в своих территориальных водах была подорвана отслужившая подводная лодка. Взрыв, казалось бы, безобидный, но он вызвал техногенную катастрофу на шахте в Макеевке, Донецкая область. На других шахтах женский персонал оказался втянут в «запредельную игру», связанную с японским проектом. Началась шпиономания, репрессии, обвинения в измене.

Невидимая угроза: как сейсмооружие ломает психику

Яги подчёркивает коварное свойство сейсмического оружия: оно не только разрушает и убивает, но и воздействует на глубинные пласты подсознания. Американский психолог Борис Ланда отмечал, что женщины особенно уязвимы для жёсткого психологического контроля. И факты из закрытых советских архивов, вскрытые Яги в 1992 году, это подтверждают.

Горный инженер Анатолий Брюханов на партийной комиссии описывал, как резкие звуки, похожие на визг пилорам, сломали его. Он перестал ощущать себя человеком, утратил координацию, видел лишь светящийся, как расплавленная сталь, воздух. Его спасли откатчицы Рушина и Кошелева, которые сами уверяли, что видят горячие океанские волны, чёрно-красный взрыв, людей в резиновых костюмах у лебёдок. Ираида Брук, другая свидетельница, плакала и упрекала мужчин в толстокожести: женский персонал нескольких шахт страдал от обмороков, сердечных болей, кошмаров. Всё движущееся словно тормозилось, мысли замедлялись, работать было невозможно.

Японский след и галлюцинации

А что же в Японии? Оно Яги скупо замечает: энергия взрывов передавалась не только через земную кору, но и поверхностными волнами, направляемыми специальными излучателями. Эмоциональный фон неделями оставался губительным. Галлюцинации были лишь верхушкой айсберга. Куда страшнее — состояние, подобное наркотическому опьянению: грёзы подменяли реальность, учащались попытки суицида. Яги задаётся вопросом: что ощущают современные разработчики сейсмического оружия с ядерной накачкой? Они молчат.

В 1932 году Сталин засекретил работы по «сейсмопотокам» «выше возможной секретности». И, как выяснилось позже, не зря. Сейсмооружие способно не только корректировать физиологию, но и незаметно менять мировоззрение, воздействуя на подсознание. Английский физик Ф. Той сравнил его вторичный эффект с разрушительным 25-м кадром, вызывающим необратимые изменения личности и кровоизлияния в мозг. Но первичный эффект ещё страшнее — он до основания разрушает среду обитания.

«Меркурий»: от замысла до испытаний

В 1991 году член-корреспондент АН СССР Алексей Николаев подтвердил связь между ядерными испытаниями и разрушительными землетрясениями в узбекском посёлке Газли в 1976 и 1984 годах. Годом позже стало известно, что советское сейсмическое оружие испытывали на Семипалатинском полигоне, на Дальнем Востоке и в Киргизии. Постановление ЦК КПСС и Совмина СССР от 1987 года легализовало эти работы. Но доктор физико-математических наук Д. Н. Кучинский напоминает: идея зародилась ещё в конце XIX века, когда оружейник Егоров предлагал бомбить шельфы Японии, чтобы подземными ударами разрушить страну. В 1980-е проект «Меркурий» обрёл новую силу: комплекс ядерных зарядов, вычислительной техники и радиопередатчиков позволял наносить скрытые сокрушительные удары по любой цели. На себе это, по словам Кучинского, испытали многие шахтёры планеты.

Сегодня Россия отказалась от испытаний сейсмооружия, но США, Великобритания, Франция, Канада и Япония продолжают работы. Интеллектуальная элита «Меркурия» разбрелась по миру. Профессор Нияз Байшев скоропостижно скончался в ЮАР, а программист Джафар Джафаров, виртуоз математического моделирования, плодотворно трудится за рубежом — и, судя по всему, занимается отнюдь не компьютерной графикой.

Аристотель предупреждал: «Когда человек слишком умён и заносчив, он обязательно додумывается до полного саморазрушения». Возможно, это не мистика, а жестокая реальность оружия безумцев, губительного для цивилизации.