Древнегреческий комедиограф Аристофан однажды заметил: «Быть крылатым от рождения лучше всех на свете благ». Спустя два с половиной тысячелетия человечество всё ещё лишено крыльев, но зато обрело способность заглядывать в глубины космоса — и то, что мы там видим, заставляет сердце биться чаще. Речь не о единичных мирах, а о миллионах планет, которые, возможно, не просто существуют, а кишат жизнью. И многие из них — прямо у нас под боком, в родной Галактике.

Миллиарды шансов на жизнь

На конференции Американской ассоциации по развитию науки астрофизик Уильям Боруцки, руководящий командой телескопа «Кеплер», обнародовал цифры, от которых захватывает дух. В Млечном Пути, по оценкам исследователей, более 100 миллиардов звёздных систем. Примерно 44% из них обладают планетами — а это, на минуточку, порядка 50 миллиардов миров. Из этого невообразимого множества около 500 миллионов планет могут находиться в так называемой «зоне жизни» — на таком расстоянии от своей звезды, где условия напоминают земные. Некоторые из них, возможно, похожи на планету с вечной духотой и силой тяжести на 40% больше земной, где условия напоминают тропический рай. Главный критерий: возможность существования воды в жидком состоянии, без которой любая известная нам жизнь попросту немыслима.

Телескоп «Кеплер» уже помог обнаружить 1,2 тысячи экзопланет — объектов за пределами Солнечной системы, чьё положение относительно родных звёзд сопоставимо с дистанцией между Землёй и Солнцем. Но это лишь часть открытий: недавно CoRoT нашёл планету плотнее Марса и двойную систему, расширяя наши представления о разнообразии миров. Из них 54 планеты угодили прямиком в «зону жизни». Звучит как пролог к сенсации, не так ли? Однако Боруцки трезво напоминает: прямых доказательств наличия жизни на этих мирах пока нет. Мы видим лишь косвенные признаки — размер, орбиту, температуру. Сама жизнь, если она там и теплится, остаётся невидимой для наших приборов.

Детектив по имени Gliese 581g

Пока «Кеплер» штампует кандидатов в обитаемые миры, судьба одной конкретной планеты превратилась в настоящий научный триллер. Речь о Gliese 581g — экзопланете, которая успела побывать и главной надеждой астробиологов, и фантомом.

В 2011 году группа под руководством Стивена Фогта, анализируя спектрограммы со спектрометра HIRES в гавайской обсерватории, объявила об открытии у звезды Gliese 581 в созвездии Весов целых шести планет. Самой маленькой из них была Gliese 581g — мир, по основным параметрам удивительно похожий на Землю и, что особенно важно, расположенный в «зоне жизни». Новость разлетелась мгновенно: наконец-то найден двойник нашей планеты, пригодный для жизни!

Но радость длилась недолго. На симпозиуме Международного астрономического союза в Турине Франческо Пепе из Женевской обсерватории выступил с отрезвляющими данными. Его команда использовала спектрометр HARPS Европейской южной обсерватории в Чили — и не нашла никаких следов Gliese 581g. Более того, по их версии, вокруг звезды обращаются лишь четыре планеты, и все они абсолютно непригодны для жизни. Планета-мечта растворилась в статистическом шуме.

Четыре вместо шести

Точку в этом споре — по крайней мере, на сегодня — поставил Микко Туоми, представляющий британский Университет Хартфордшира и финский Университет Турку. Он заново проанализировал данные обоих спектрометров — и HARPS, и HIRES — и пришёл к тому же выводу, что и Пепе: в системе Gliese 581 всего четыре планеты. Никакой Gliese 581g, скорее всего, не существует. История, начавшаяся с громкого «мы нашли сестру Земли», завершилась сухим вердиктом: сигнал был ложным.

Эта драма показательна. Она напоминает, как зыбка грань между открытием и ошибкой, когда речь идёт о мирах, удалённых на десятки световых лет. Ведь даже в системах, где планеты кажутся реальными, могут скрываться иллюзии, подобные тем, что планеты рождаются в борьбе со своей звездой, и их сигналы легко спутать с шумом. Мы ловим слабые колебания звёздного света, вычленяем из шума крошечные провалы яркости — и пытаемся по ним реконструировать целые планетные системы. Неудивительно, что иногда фантомы принимают за реальность.

Крылья, которых пока нет

И всё же 500 миллионов потенциально обитаемых планет в одном только Млечном Пути — цифра, от которой трудно отмахнуться. Даже если реальность окажется скромнее, даже если большинство этих миров безжизненны, масштаб возможностей ошеломляет. Аристофан, сам того не ведая, выразил глубинную человеческую тоску: мы хотим летать — к другим мирам, к другим солнцам. Пока наши крылья — это телескопы и спектрометры, а наш полёт — долгий, кропотливый анализ данных. Но каждый новый мир, подтверждённый или опровергнутый, приближает нас к ответу на вопрос, который древний грек и представить не мог: одиноки ли мы во Вселенной?