В 2009 году часовой мастер из Санкт-Петербурга Константин Чайкин представил механические часы, способные не просто отсчитывать минуты и часы, но и вычислять дату православной Пасхи на много столетий вперёд. Модель под названием «Воскресенье» стала сенсацией на выставке в Швейцарии: местные мастера, осматривая сложнейший механизм, упорно искали электронный микрочип, не в силах поверить, что все вычисления выполняются исключительно за счёт шестерёнок, рычагов и пружин. Этот подход перекликается с историей йоркширского столяра, решившего задачу долготы с помощью чистой механики.

Секрет часов кроется в так называемом модуле Пасхи — механическом компьютере, который Чайкин спроектировал, разложив на зубчатые передачи все астрономические и календарные правила, определяющие дату главного христианского торжества. Задача нетривиальная: Пасха может приходиться на один из 35 дней в период с 4 апреля по 8 мая, причём её расчёт зависит от весеннего равноденствия, фазы Луны и требования не совпадать с иудейской Пасхой. В основе вычислений лежат те же астрономические циклы, что и в древних наблюдениях за солнечными пятнами, которые велись ещё китайскими астрономами. Механизм срабатывает раз в год, в Рождество по Юлианскому календарю, и специальная стрелка указывает точную дату праздника.

Помимо пасхалии, часы «Воскресенье» показывают реальную карту звёздного неба над Санкт-Петербургом — ещё одна механическая поэзия, вписанная в корпус. Мастер продумал и заботу о будущих поколениях: в 2100 году, когда разница между старым и новым стилями увеличится на один день, владельцам достаточно будет заменить панель с датами. Сам же механизм рассчитан на семь тысячелетий бесперебойной работы — поистине вековечные часы, в которых инженерная мысль встречается с вечностью. Подобная долговечность напоминает о том, как астероид развернул Луну другим боком 3,9 млрд лет назад, оставив след на миллиарды лет. Анна Сталь, чьи слова вынесены в заголовок, сравнивает высшие должности с крутыми скалами, доступными лишь орлам, — и глядя на творение Чайкина, понимаешь, что мастер-часовщик из Петербурга парит на тех же высотах, где время перестаёт быть просто временем.