Трое родных сестёр из Бразилии, чей общий возраст перевалил за три столетия, стали живой лабораторией для генетиков. Зулина де Деус Нунес (Zulina de Deus Nunes, 103 года), Зорайде де Деус Мота (Zoraide de Deus Mota, 104 года) и Левита де Деус Нунес (Levita de Deus Nunes, 109 лет) не просто перешагнули вековой рубеж — они попали в Книгу рекордов Гиннесса как старейшее трио сиблингов на планете. Теперь их ДНК изучают в рамках проекта Longevo, пытаясь выведать, какие гены позволили им сохранить ясный ум и крепкое тело в возрасте, который большинству даже не снился.

Охота на гены-защитники

Исследование возглавляет Майана Затц (Mayana Zatz) из Университета Сан-Паулу — она же координирует Центр исследований генома человека при этом университете. Проект Longevo задуман не ради простого любопытства: учёные хотят понять, почему одни люди стареют без тяжёлых болезней и когнитивных провалов, а другие уже в 70–80 лет сталкиваются с хроническими недугами и слабоумием. Для этого они сравнивают ДНК долгожителей, перешагнувших 90- и 100-летний рубеж, с генетическими данными тех, кто стареет иначе — с хрупкостью костей, угасанием памяти и букетом возрастных болячек.

«Через тесты ДНК мы ищем защитные гены, и мы знаем, что некоторые из них существуют, — объясняет Затц. — Чем больше людей, доживших до 100 лет, особенно в семьях, где таких много, попадёт в нашу выборку, тем точнее мы сможем их выявить». Пока исследователи нацелены собрать данные 500 долгожителей — только тогда, по словам работающего с Затц Жуана Паулу Гильерме (Joao Paulo Guilherme), можно будет делать окончательные выводы о механизмах долголетия.

Сёстры из Рио-де-Жанейро — идеальные кандидаты для такого анализа. Когда в одной семье сразу три человека преодолевают столетний барьер, случайность отходит на второй план. Бен Мейерс (Ben Meyers), глава организации LongeviQuest, которая верифицирует рекорды долголетия и сотрудничает с Guinness World Records, почти не сомневается: «Когда родные сёстры достигают такого возраста, генетическая составляющая очевидна. Но они ещё и живут рядом, поддерживают друг друга, у них есть семья, которая помогает, когда нужно, — тут явно работает и фактор общины».

Больше чем гены: река, рыба и грудное молоко

Сами долгожительницы, впрочем, не склонны всё списывать на наследственность. Зулина вспоминает детство, проведённое у реки: «Мы плавали, ловили рыбу. Всё было свежее — у нас даже холодильника не было». Зорайде добавляет неожиданный для современного уха аргумент: «Грудное вскармливание очень важно». Похоже, сёстры интуитивно нащупали то, что наука подтверждает лишь отчасти: здоровое питание без промышленной обработки и естественное вскармливание в младенчестве действительно закладывают фундамент крепкого организма.

Их профессиональные пути сложились по-разному, но без особых потрясений. Левита работала ремесленницей, а позже — на телевидении. Зорайде трудилась медсестрой и вырастила пятерых детей. Зулина посвятила себя дому и воспитала шестерых. Левита говорит о своей жизни без тени сожаления: «У меня были хорошие детство и юность. Мне не на что жаловаться». Никаких экстремальных диет, изнуряющих тренировок или чудодейственных эликсиров — скорее, размеренный быт с минимумом стрессов и максимумом семейной поддержки.

Где заканчивается быт и начинается биология

Исследователи, впрочем, не спешат романтизировать крестьянский уклад. Их задача — вычленить именно биологические механизмы, которые защищают сердце, мышцы и мозг от разрушительного действия времени, независимо от того, питался ли человек всю жизнь речной рыбой или полуфабрикатами. Если генетика действительно играет более весомую роль, чем среда, то открытие защитных генов может в перспективе привести к созданию терапий, замедляющих старение у всех — вне зависимости от того, повезло ли им с бабушками и дедушками.

Этот поиск перекликается с другими попытками нащупать биологический предел человеческой жизни. Мы уже писали, что учёные вычислили максимальную длительность жизни: 194 года — и даже полное устранение большинства механизмов старения не позволит перешагнуть этот порог из-за накопления мутаций в ДНК. Бразильские сёстры, конечно, далеки от гипотетического рекорда, но их пример показывает: внутри отведённого нам природой коридора разброс может быть колоссальным.

Пока проект Longevo только набирает обороты, а его участницы продолжают жить своей обычной жизнью, не подозревая, что в их крови, возможно, запрятан ключ к одной из величайших загадок человечества. И если генетикам удастся его повернуть, разговор о долголетии навсегда перейдёт из плоскости «как вам повезло» в плоскость «что мы можем с этим сделать».