Семь миллиардов световых лет — не та дистанция, с которой наземный телескоп обычно ловит тусклое послесвечение гамма-всплеска. Раньше такое видели только с орбиты. Но мартовской ночью 2007 года Большой бинокулярный телескоп в Аризоне разглядел объект 26-й звёздной величины — и астрономы поняли, что инструмент способен на большее, чем обещали расчёты.

Не один, а два в одном

Large Binocular Telescope (LBT) — не просто очередной рефлектор. Он стоит на горе Грэхэм, на высоте около трёх километров над уровнем моря, и собран из двух 8,4-метровых зеркал, смонтированных на общем основании. Каждое зеркало набрано из отдельных фрагментов, как соты, а вместе они дают разрешающую способность, эквивалентную цельному зеркалу диаметром 23 метра. Стоимость проекта — 120 миллионов долларов. Первое тестовое изображение левым зеркалом получили ещё в 2005-м, но полноценная наука стартовала только сейчас.

И сразу — удача. В районе гамма-всплеска GRB 070125, зарегистрированного на расстоянии семи миллиардов световых лет от Земли, телескоп зафиксировал оптическое послесвечение. Его яркость — всего 26-я звёздная величина. Для сравнения: самые слабые объекты, которые до сих пор наблюдали наземные инструменты, были заметно ярче. «При этом условия наблюдения не были идеальными, — заметил Питер Гарнавич из Университета Нотр-Дам в Аризоне, — а значит, мы сможем заглянуть ещё глубже».

Что светится после гамма-всплеска

Природа самих гамма-всплесков до конца не ясна, но десять лет назад произошёл прорыв. В 1997 году астрономы впервые сопоставили гамма-всплеск с появлением нового оптического объекта, яркость которого со временем затухала. Стало понятно: эти вспышки — следствие процессов космологического масштаба, таких как колоссальный взрыв сверхновой. Послесвечение — своего рода «отголосок» катаклизма, который можно поймать в оптическом диапазоне, если повезёт с инструментом и моментом.

LBT доказал, что для такой охоты не обязательно выводить телескоп в космос. И это только начало: полномасштабное использование инструмента ещё впереди.

Открытие с рабочего стола

Пока одни нацеливают гигантские зеркала в небо, другие находят послесвечения, не вставая из-за стола. Российский учёный Денис Денисенко из Института космических исследований обнаружил самое раннее из известных оптических соответствий гамма-всплеска — и для этого ему понадобились лишь архивные фотопластинки Паломарского обзора неба.

Речь о всплеске 1992 года, зафиксированном спутником «Гранат». На снимках той области неба Денисенко нашёл объект 17-й величины, которого нет на кадрах ни до, ни после 1992 года. Вероятность того, что это именно послесвечение, а не случайная звезда, превышает 90%. Дополнительное подтверждение дали уточнённые координаты гамма-всплеска, полученные межпланетной станцией Ulysses: найденный объект остаётся в поле поисков.

О своём открытии Денисенко доложил 2 марта на семинаре в ГАИШ. Теперь коллегам предстоит перепроверить его данные. Любопытно, что первое в истории сопоставление гамма-вспышки и оптического всплеска случилось лишь в 1997 году — десятилетие этого события отмечали как раз в те дни, когда Денисенко вглядывался в старые пластинки. Его находка отодвигает историю наблюдений ещё на пять лет в прошлое.

Два подхода — сверхсовременный телескоп с двадцатитрёхметровым эквивалентом и кропотливый анализ архивов — привели к одному и тому же: послесвечение гамма-всплеска больше не спрятано от земного наблюдателя. Остаётся понять, сколько ещё таких «тихих» отголосков космических катастроф ждут своего часа на старых снимках и в поле зрения новых гигантов.