Около двух с половиной тысяч лет назад посреди иорданских скал вырос город, который и сегодня заставляет туристов замирать в изумлении. Петра — столица Набатейского царства, вырубленная прямо в песчанике, — процветала два столетия, а потом канула в безвестность. Вместе с ней исчезли и легендарные сокровища набатеев. Куда они подевались? Этот вопрос не даёт покоя кладоискателям, учёным и бедуинам уже много веков.

Народ без прошлого

О самих набатеях известно до обидного мало. Их государство упоминают Диодор, Страбон и Иосиф Флавий, следы находят даже в древнекитайских хрониках о Великом Шёлковом пути — но происхождение народа остаётся загадкой. По одной версии, они потомки Измаила, сына Авраама, чьим отпрыском был Набайот. По другой — одно из потерянных колен Израилевых, исчезнувшее после разрушения Первого Храма. Есть и более экзотические догадки: набатеи могли быть сектой, основавшей после Потопа Вавилон, или, как полагала Елена Блаватская, мистической кастой, посвящённой богу Тайной Мудрости.

Ранние верования набатеев вращались вокруг языческого пантеона. Главными божествами считались Душара и его женское дополнение Аллат, мать всех богов. Одна из сохранившихся надгробных надписей требует: «и будет мавзолей этот священным и заповедным в соответствии с обычаем о священном и заповедном, которое посвящается Душаре и объявляется заповедным у набатеев и саламиев». Позже, под римским влиянием, Аллат стали отождествлять с Афиной и Венерой, а Душару — с Зевсом и Дионисом. Любопытно, что позднегреческий автор Епифаний проводил параллель между рождеством Христа и Душары — оба праздновались в один день.

От кочевников до зодчих

Набатейское царство раскинулось на территории нынешней Иордании, юга Израиля и Негева, вплотную подступая к Иудее. Но настоящий прорыв случился во II веке до н.э. — всего за сто лет кочевой народ превратился в оседлый. Набатеи прославились как выдающиеся инженеры и архитекторы. Аравийская пустыня, которую они освоили, зацвела садами благодаря их ирригационному мастерству. Большинство жителей подалось в торговлю: они контролировали цены, собирали пошлины и сделали Петру ключевым перевалочным пунктом на пересечении трёх главных караванных путей. Здесь, по преданию, и оседали несметные богатства.

Язык набатеев был проарабским, но писали они на арамейском, и эта письменность позже сильно повлияла на арабскую. К концу царства элита перешла на греческий. Политическое устройство тоже менялось: шейхов сменили цари, стремившиеся к обожествлённой власти. Арета IV, например, титуловал себя «тот, кто возлюбил свой народ». Набатейская знать роднилась с иудейской — матерью царя Ирода была набатейская царица.

Петра служила не просто караван-сараем, а настоящей биржей. Египтяне везли товары в Рим и Аравию, аравийцы распространяли через город ладан и мирру — в те времена они ценились выше золота. Многие купцы, не решаясь углубляться в пустыню, сдавали груз местным жителям, а те перепродавали его дальше. В Петре чеканили собственную монету. Двести лет Набатея процветала, пока в 106 году н.э. римский император Траян не положил конец её независимости. С IV века остатки царства растворились в христианской Византии, а к Средневековью исчезли бесследно.

Город, который не могли построить люди

Даже сегодня арабские искусствоведы отказываются верить, что Петру возвели человеческие руки. Кочевники-набатеи каким-то образом выдолбили в песчаных скалах пещеры так, что те не осыпались и не размывались веками. Город построили стремительно и так же быстро заселили. Расцвет пришёлся на I век до н.э., а последнее упоминание относится к VII веку н.э. В скалах до сих пор видны жилые апартаменты, молитвенные ниши с выемками для ног и местами для икон, грандиозный амфитеатр на три тысячи зрителей, служивший для пышных похоронных церемоний.

Уже полтора года в Петре работает экспедиция российских археологов. Они исследуют подземелья, где, по некоторым данным, могут скрываться сокровища набатеев. Версий о том, что именно спрятано, хватает: часть богатств фараонов, золото и драгоценности, накопленные самими набатеями, или даже священный Грааль, за которым сюда приходили крестоносцы. Нечто подобное произошло и с золотыми Буддами, исчезнувшими 600 лет назад — их тайник тоже ищут по древней карте. Местные бедуины, чьи предки не разменивались на безделушки, торгуя золотом и серебром, теперь продают туристам кустарные сувениры. Но то тут, то там из песка извлекают небольшие кувшины с монетами и украшениями, а туристы находят осколки глиняной посуды и погребальных урн. Серьёзных нумизматов отправляют к чёрным археологам — нелегальные раскопки в Иордании сурово караются, но соблазн слишком велик.

Каменный горшок и подземные пещеры

Главная приманка для кладоискателей — Аль Хазне, что по-арабски означает «казна» или «сокровищница». В азарте бедуины даже расстреляли фасад здания из ружей. Венчает его большой каменный горшок — деталь, которая ставит местных в тупик: зачем украшать величественное сооружение обычным гончарным изделием? Легенда гласит, что внутри горшка и лежат древние сокровища. Достаточно метко выстрелить — и стрелка осыплет золотом и драгоценными камнями. Но это лишь предание.

Где же реальные богатства? Заместитель директора Института востоковедения РАН Владимир Исаев уверен: с учётом статуса Петры сокровища в ней должны были храниться по определению. Но, скорее всего, их давно разграбили. Искусствовед Лев Масиель Санчес придерживается того же мнения: ценности постепенно уносили сами жители, покидавшие вымирающий город после того, как в III веке торговые пути сместились на север, в Пальмиру.

Иорданские гиды, однако, не согласны. Они настаивают: наследие набатеев никуда не делось. Под видимой частью Петры скрывается целый комплекс пещер, где и спрятана казна. Пока учёные исследовали лишь малую часть каменного города — те здания, что выходят на поверхность. Только в последние годы археологи начали забираться вглубь и сразу же наткнулись на неизвестные ранее захоронения перед Аль Хазне. Подобные открытия случаются и в других частях света: например, под Стамбулом нашли дворец IV века, где ловили рыбу из подвала. Похоже, Петра только начинает приоткрывать свои главные тайны — и кто знает, какие открытия ждут нас под слоем песка и времени.