Андре Моруа однажды заметил: «Верная мысль, если ее слишком часто повторять, теряет силу». Но есть страх, который от повторения не тускнеет — страх быть похороненным заживо. И за ним стоит не просто древний ужас, а реальное, пусть и редкое, состояние — летаргия, или «мнимая смерть».

Само слово пришло из древнегреческого и означает «забвение» или «бездействие». Это болезненное состояние, похожее на глубокий сон: тело неподвижно, реакции на внешние раздражители отсутствуют, все функции организма резко замедлены. Приступ наступает внезапно и может длиться от нескольких часов до нескольких лет. В прошлом, когда медицина не располагала точными методами диагностики, летаргию часто принимали за настоящую смерть — и людей хоронили, не дожидаясь, пока они очнутся.

Самое жуткое в летаргии — то, что сознание часто сохраняется. Человек всё слышит и видит, но не может пошевелить и пальцем, чтобы подать знак. Именно это произошло с госпожой Д., о чём в декабре 1910 года рассказала «Петербургская газета». Дочь богатых родителей внезапно впала в летаргический сон. Приглашённые врачи кололи её иголками, жгли огнём, подносили к носу нашатырь — никакой реакции. Её признали мёртвой, обрядили и положили в гроб. Но стояла жара, а тело не разлагалось. Заподозрив неладное, родные позвали других докторов, и в их присутствии «мёртвая» вдруг начала сгибать и разгибать мизинец на правой руке. Только тогда её начали кормить через зонд, а через четыре дня она проснулась и рассказала, что пережила.

«Я всё слышала, всё видела, но не могла двигать ни языком, ни руками, ни ногами. Моё тело как бы находилось в трупном оцепенении. Когда мне жгли ноги, боли я не чувствовала. С ужасом я услышала заключение врачей, что я умерла. Со страшным напряжением я хотела подняться, вскочить и убежать, но задвигался лишь один мизинец на руке. Так я была спасена от погребения заживо», — повествовала она.

Стон из могилы

Случаи, когда очнуться удавалось уже на краю гибели, не единичны. Похожий феномен, когда люди впадали в кому после ядерного взрыва и возвращались к жизни через двое суток, описан в истории болезни Жарова. В июне 1912 года в селении Журавец близ Перемышля после недолгой болезни скончался зажиточный крестьянин. Его уже опустили в могилу и начали бросать землю на крышку гроба, когда оттуда раздался пронзительный вопль-стон. Присутствовавшие в ужасе бросились врассыпную, но стоны продолжались. Самые храбрые, включая вдову, вернулись и спросили: «Осип, ты жив?» — «Я жив, спасите меня!» — донёсся ответ.

Гроб подняли, сорвали крышку. «Покойник» был в полном сознании, но от пережитого ужаса его волосы стояли дыбом, а на голове пятнами проступила седина. Как писала газета, он тут же упал на колени и начал неистово молиться, а потом сам дошёл до дома. Выяснилось, что его похоронили без освидетельствования врача, поверив знахарке, которая объявила больного мёртвым — тогда как он находился в летаргическом сне.

Трагикомедия с наследством

Порой мнимая смерть оборачивалась трагикомедией. В прошлом веке в Испании глава богатой аристократической семьи потерял сознание прямо за праздничным столом. Пульса и дыхания не было, и «безутешные» родственники тут же перессорились из-за наследства. Но когда усопшего начали отпевать в церкви, он очнулся и поднялся из гроба. Как и в других случаях, он всё слышал — и услышанное заставило его немедленно изменить завещание.

Как отличить жизнь от смерти

Вопрос о том, как безошибочно определить, жив человек или мёртв, остро стоял перед медициной начала XX века. Одно из предложений было простым и радикальным: подвергнуть тело воздействию электрического тока. Если очнётся — жив, если нет — увы. В 1901 году в окрестностях Варшавы этот метод спас 18-летнюю дочь столяра. Девушка скоропостижно скончалась, и родные уже готовили похороны, но её парень, служивший подмастерьем, не мог смириться и настоял на приглашении врача. Тот, знакомый с новыми веяниями, применил ток — и девушка очнулась и, как писала польская газета Slovo, «сейчас же встала со смертного ложа».

Парижская академия наук в конце XIX века даже объявила крупную премию за изобретение метода диагностики. В 1902 году марсельский врач Икард представил свой способ: впрыскивать под кожу безобидную, но чрезвычайно яркую жидкость — флуоресцин. Если кровь ещё циркулирует, она разнесёт краситель по телу, и через несколько минут слизистые оболочки и кожа пожелтеют. Если же человек мёртв — никаких изменений не будет. «Петербургская газета» в декабре 1903 года патетически восклицала: «Если только это открытие окажется действительно таким радикальным средством отличить мнимую смерть от настоящей, то доктор Икард может быть признан одним из благодетелей человечества». Впрочем, Академия так и не вынесла окончательного вердикта.

Изобретатели и шарлатаны

Проблемой летаргии пользовались и разного рода авантюристы. В декабре 1910 года в Петербург приехал некий французский изобретатель Г. Он читал лекции, нагоняя ужас статистикой: якобы на 200 похороненных приходится один заживо погребённый. Он рассказывал, как лично присутствовал при вскрытии старых могил во Франции и видел скелеты в скрюченных позах, с руками, засунутыми в рот — будто люди в отчаянии кусали себя, пытаясь выбраться.

Но и кремация, по его словам, не спасала от ошибок. «В Милане я наблюдал около 200 трупосожжений и могу поклясться, что одного человека сожгли живьём. Когда от жара буковый гроб распался, мнимоумерший в ужасе пробудился, вскочил, дико взмахнул руками и грохнулся на пол печи, задохнувшись от жара. Я сам видел этот ужасный случай», — утверждал он.

Выходом должен был стать его «дешёвый» прибор. В крышке гроба прорезалось отверстие, в него вставлялась труба, выходящая над могильным холмом. Внутри на проволоке висел шарик, соединённый с сигнальным устройством: при малейшем движении «покойника» поднимался флажок, звенел колокол и взрывалась петарда. Через трубу же в могилу поступали свет и воздух. На звон должен был прибегать сторож и откапывать ожившего.

Чтобы доказать работоспособность аппарата, изобретатель испытал его на себе. Поначалу он предлагал деньги смельчакам, согласным полежать в могиле час-другой, но желающих не нашлось. Тогда он сам лёг в гроб, его опустили в могилу и засыпали землёй. Правда, уже через полчаса он стал задыхаться, дёрнул за шарик — сигнал сработал, и его извлекли. Испытание трудно назвать безупречным, но оно ярко иллюстрирует, насколько реальным и пугающим был страх перед погребением заживо.

Сегодня, с развитием медицины, летаргия диагностируется точнее, но сам феномен по-прежнему остаётся загадкой. Что именно погружает человека в это состояние на грани жизни и смерти? И сколько таких «мнимых смертей» осталось нераспознанными в прошлом? Вопросы, на которые у науки до сих пор нет окончательных ответов.