В 1833 году в Тверской губернии, в доме помещика В. П. Полонского, начали происходить вещи, которые и сегодня заставили бы скептиков развести руками. Подобные полтергейсты случались и позже — например, в 1885 году стены дома источали нефть с лягушатами, а камни — кровь. Всё смешалось в доме Полонских: табуретки вдруг принимались подпрыгивать, пугая беременную хозяйку, книги исчезали прямо со стола, а на их месте раздавались скребущие звуки. Однажды пропала книга «О семейном богослужении» Пьера Жокке, и где бы её ни искали, слышался тот же скребущий шум. Полонский, решив, что это мыши, с силой ударил по полу — но снизу раздался ответный удар, глухой и тяжёлый, словно топором. А затем послышалось и вовсе странное позвякивание, будто кто-то отсчитывал монеты. Из подполья доносился стук, напоминающий колку дров.

Растерянный помещик обратился к уряднику. Тот заподозрил было девку Настасью и уже составил протокол, но она «сказалась в болезни и не вставала с печи». Газета «Тверские вести» опубликовала протокол, где сообщалось, что «вещи, полетав, сами собой складывались в клети, запертой на замок». Уездный суд вынес постановление: «Произвести по дому молебен, и случай этот предать суду Божьему, сие и поможет от напасти». Но молебен не помог.

Стук в ночи и пропавшие книги

Едва ли не каждую ночь в доме Полонских теперь стучали — в окна, в дверь. Полонский, схватив топор, открывал дверь — но стук тут же раздавался уже с внутренней стороны. Помещик часто отсутствовал, следя за валкой леса, и в его отсутствие закрытая дверь сама собой открывалась, а открытая — захлопывалась. Книги продолжали пропадать. Но однажды нашлась книга Парацельса, по которой, как считалось, можно избавляться от напастей. Она лежала с загнутой страницей, словно указывая на объяснение: «Есть в нашем поразительном мире некие полуматериальные сущности — достаточно эфирные, но в действиях своих, подражательные».

Странное позвякивание монет напоминало звуки, которые Полонский слышал в Тверском банке, куда заезжал с лесоповала. Казалось, кто-то в доме считал деньги, как в банке, и работал топорами, как на лесоповале. Однажды, когда помещик отсутствовал, в дом попросилась цыганка с озябшими цыганятами. Их усадили пить чай. Видя, что хозяйка на сносях, цыганка спросила, как собираются назвать ребёнка, и заговорила о том, что имя может уберечь или обидеть. В этот момент раздался громкий шлепок, какой бывает при наказании детей, и хозяйка не только услышала его, но и почувствовала на себе. Затем с разделочной доски донёсся стук ножей.

Цыганка и колода карт

Хозяйка, дрожащей рукой, стала записывать слова цыганки: «Назвать Антоном — станет послушным и сделается отцу помощником... А вот Григорием — будет непослушным. На Дениса пойдёт везение. Захара не успеет хозяин поставить на ноги, поскольку уже не молод, а тот и женится, да на вдове с ребятами». Забили часы, и из сундука раздался ответный стук. «Анной назвать — будет утешительница. Елена — может полюбить несчастного, убогого. И Софьей лучше не называть, потому как останется в одиночестве».

Стук на разделочной доске усиливался. Крышка погреба приподнялась и хлопнула, цыганята заплакали. Тогда цыганка встала, откинула крышку, положила колоду карт на ступеньку лестницы в погреб, что-то сказала и закрыла. Стук прекратился. «Книги-то твои им скучно читать...» — бормотала она, глядя на разделочную доску и в окно на месяц. «Свет месяца, цыганского нашего солнца! Как тупишь у поссорившихся цыган ножи, так пусть затупятся — и на этой доске». Заглянув под крышку погреба, она заметила: «Нет уже карт! Теперь игра пойдёт... В положенном месте, где-то там... У чёрта на куличках...»

Любопытно, что «у чёрта на куличках» было конкретным местом: богадельня храма Всех Святых на Кулишках, куда, как известно, ещё в 1666 году «вселились черти и сотворяли там зело пакости». После этого в доме Полонского сделалось тихо.

Что стояло за напастью?

Случай в Тверской губернии не был единичным. В том же 1833 году в городе Чердынь Пермской губернии в доме священника от печки в стену полетели поленья, из стены запищало, а ночью «кто-то невидимый, войдя в соблазнительную беседу, щипал изрядно поповну». А в XX веке исследователи фиксировали, как лужи появлялись сами собой — пока девочка не призналась, что это она. Александр Сергеевич Пушкин в том же году записал: «В одном из домов, принадлежащих ведомству придворной конюшни, мебеля вздумали прыгать и двигаться. Дело пошло по начальству. Князь В. Долгорукий снарядил следствие. Один из чиновников вызвал попа, но и во время молебна стулья и столы не хотели стоять».

Кто же играл в карты в доме Полонских? Невидимые существа, элементалы, как называют их некоторые оккультисты. Стюарт Гордон утверждал: «Считается, что отношения человека с ними — и тесные, и отдалённые. Если хорошо относиться к ним, то они помогают людям, но — очень капризны, требуют к себе уважения». Циолковский предполагал, что материя появилась не сразу той плотности, какова она сейчас, а была «разряженная», и тогда создались существа, ныне нами невидимые. Некоторые учёные считают их только начинающими эволюционный рост, полагая, что и люди когда-то были подобными существами.

Возможно, объяснение лежит в области психокинеза. Воздействие сознания на материальный мир всё меньше вызывает сомнений. Силы души и разума каким-то непростым образом проникают в материю. Психокинез в этом случае — апофеоз простоты: не считается уже невозможным, чтобы человеческая воля через представленное человеком могла продолжиться в физическом мире. Особенно — представленное и возникающее в результате отрицательных эмоций, вроде зависти или злобы. Если несколько человек, объединённые единой волей, посылают в астрал свои представления, то образ, созданный одним, не только доступен для созерцания всеми, но и живёт сам по себе, всё более интенсивно.

Такие образы являлись и перед Юлианом Отступником, римским императором (331–336 гг.), который, отступив от христианства, объявил себя язычником, поклонником олимпийских богов и учеником магов. Знаменитый кипрский маг Даскалос утверждает, что элементалы состоят из мыслей и чувств, проецируемых индивидами, зациклившимися на сильном желании. Он убеждён, что ноотическое (психическое) вещество — основное во всей вселенной. Возможно, элементалы изначально являются образами, способными существовать независимо от создателя. Свидетельствуют, что на сеансах известного польского медиума Теофила Модржевского возникает призрак питекантропа. Всё, что вообразится — с помощью других или самим медиумом — не есть ли, или не было ли почти всегда, не существует ли и теперь? Проецируемые индивидами образы, поддерживаемые групповыми верованиями, изменились, но «духовное вещество» осталось активным и, может быть, именно оно формирует элементалов.

Американский учёный Джон Бердон Холдейн дальновидно заметил: «Мир не просто поразительнее, чем мы себе представляем; мир ещё поразительнее, чем мы даже можем себе представить». История дома Полонских — лишь одна из многих, где реальность отказывается подчиняться привычным законам, а пропаганда насилия, как говорил Андре Моруа, действительно равносильна самому насилию — даже если это насилие творится невидимыми силами, порождёнными человеческими страстями.