Аристотель однажды заметил: «Когда хорошее портится, оно становится особенно плохим». Трудно подобрать более точные слова для тревог, которые вызывает стремительный взлёт иранской космической программы. 20 апреля глава Иранского космического агентства Хамид Фазели объявил: в сентябре этого года на орбиту отправится капсула с живой обезьяной на борту. Звучит как очередной шаг в освоении космоса — но для западных аналитиков это скорее сигнал о возможной двойной игре Тегерана.

Обезьяна вместо куклы

Заявление Фазели — не внезапный прорыв, а логичное продолжение череды запусков. Ещё 16 марта агентство испытало ракету-носитель «Кавошгар-4», которая впервые вывела в космос так называемую капсулу жизни. Это аппарат, где созданы условия для поддержания живых организмов в полёте. Правда, в тот раз обошлось без настоящих пассажиров: вместо обезьяны в капсулу посадили куклу тех же габаритов и веса. Испытательный полёт признали успешным, и теперь настала очередь живого существа.

Если всё пройдёт по плану, следующий этап и вовсе амбициозен: в 2017 году на околоземную орбиту должен отправиться первый иранский космонавт. О таких планах, по данным источников, заявлял и нынешний президент Махмуд Ахмадинежад. Пока что это лишь намерения, но скорость, с которой Иран наращивает космический потенциал, заставляет воспринимать их всерьёз.

От черепах до спутников

Чтобы оценить темп, достаточно взглянуть на хронологию. В феврале 2008 года стартовала ракета «Кавошгар-1» — её задачей был сбор данных для будущего запуска первого иранского искусственного спутника. Уже в ноябре того же года полетел «Кавошгар-2» с блоком научной аппаратуры. А в феврале 2010-го ракета «Кавошгар-3» доставила в космос капсулу с настоящим зверинцем: черепахами, мышами и червями. Теперь — обезьяна, а там и человек. Каждый новый старт приближает Иран к статусу полноценной космической державы.

Космос или прикрытие?

Однако именно эта стремительность вызывает острую реакцию на Западе. Аналитики видят в иранских запусках не только научный интерес. Их главное опасение: под видом мирной космической программы Тегеран может отрабатывать технологии для баллистических ракет большой дальности. Логика проста: ракета, способная вывести капсулу на орбиту, потенциально способна доставить и боезаряд — возможно, ядерный — в любую точку планеты. В этом свете запуски «Кавошгаров» и капсул жизни выглядят как ширма для куда более грозных разработок.

Прямых доказательств, разумеется, нет. Иран настаивает на исключительно мирных целях своей космической программы. Но подозрения лишь усиливаются на фоне параллельного развития атомного проекта. Совпадение ли это — или звенья одной цепи? Ответа пока нет, но само сочетание ракетных испытаний и ядерных амбиций заставляет наблюдателей нервничать. Как говорил Аристотель, испорченное хорошее и правда может обернуться чем-то особенно плохим.