От сапожной мастерской к тайнам души

Антуан де Сент-Экзюпери как-то заметил: «Единственная настоящая роскошь — это роскошь человеческого общения». Но роскошь человеческого духа, его скрытых возможностей, порою вспыхивает там, где общения-то и не ждешь — среди нищеты, невежества и грязи. Именно в такой среде, на берегах Гудзона, в 1826 году родился Эндрю Джексон Дэвис. Отец — пьющий сапожник, мать — забитая, неграмотная прачка. Казалось, судьба мальчика предрешена: болезни, беспросветный труд, ранняя смерть. Но вышло иначе. Хилый, тихий ребенок стал одним из самых знаменитых людей Америки, а его идеи до сих пор будоражат умы. Как это произошло? Обыкновенное чудо — и природный ум, который нашел себе пищу не в книгах, а в чем-то ином.

Дэвис с детства был не таким, как все. Он слышал голоса, видел то, что скрыто от других. Знал, что мать умрет, за неделю до ее кончины — и не просто знал, а предвидел каждую деталь: как будет ругаться пьяный отец над телом, что зашепчут соседи, сколько запросит священник за отпевание. Болезни в еще здоровых людях он различал так же ясно, как мы видим цвет глаз. Эти способности не покидали его, а лишь крепли, пока однажды не вырвались наружу самым неожиданным образом.

Чудо на ярмарочной сцене

В 15 лет Эндрю попал на выступление заезжего фокусника, который выдавал себя за мага и предсказателя. Мальчик вызвался помогать в опытах — и внезапно его собственный дар раскрылся в полную силу. Только это был не фокус. Дэвис начал видеть внутренности людей насквозь: язву в желудке соседа, зарождающийся рак в груди здоровяка, плод во чреве незамужней девицы. Его предсказания сбывались одно за другим, и вскоре к дому сапожника потянулись очереди страждущих.

Местный портной Ливингстон, впечатленный прозрениями юноши, забросил иглу и полностью посвятил себя Дэвису, став его ассистентом. Вдвоем они зарабатывали чтением запечатанных писем и судеб окрестных крестьян, приносивших свои центы. Но главным делом стали диагнозы. За ними к Эндрю ехали со всех концов Америки. Медики, конечно, не доверяли самоучке, но многие тайком пользовались его помощью.

Сам Дэвис объяснял свой метод просто: человеческое тело становится прозрачным для его «духовных глаз». «Я ясно вижу каждый орган, от них идет какое-то излучение... А если в организме гнездится болезнь, оно тускнеет...» — рассказывал он. Лечить он мог и на расстоянии, вводя себя в транс и проводя магнетические манипуляции. Выходя из транса, юноша часто не помнил своих «впечатлений», но со временем подсознание восстанавливало картину до мельчайших подробностей.

Ночной полет и встреча в горах

В 1844 году с Дэвисом случилось событие, перевернувшее его жизнь. Однажды вечером на него снизошла неведомая сила, под воздействием которой он улетел за пределы своего городка и оказался в горной долине, в обществе двух незнакомцев. Всю ночь они вели беседы о медицине, нравственности, о даре юноши. Когда Эндрю очнулся, он был в сорока милях от дома. Эта «встреча в горах» стала для него откровением. После нее он написал книгу, ставшую его манифестом.

Конечно, многие готовы были поклясться, что Дэвис — обычный шарлатан. Но находились и защитники. Доктор Джордж Буш, профессор иврита Нью-Йоркского университета, не раз посещал его сеансы. Вот его слова: «Я могу со всей ответственностью подтвердить, что слышал из уст Дэвиса высказывание на древнееврейском языке, представляющее собой изложение географических представлений той эпохи, которую он в своем возрасте не мог изучить за столь короткое время. Он рассуждал о древней библейской истории и мифологии, о происхождении и корнях языка, о развитии цивилизации у различных наций земного шара. Такими познаниями могла бы гордиться любая прославленная школа. Подобную глубину знаний невозможно получить, даже прочитав книги всех библиотек христианского мира. Ни один ум в мире не мог бы сравниться с ним в полноте и глубине продемонстрированных им знаний».

Неуч, опередивший время

Портрет Дэвиса, оставленный современниками, противоречив. Он неуклюж, неотесан, совсем не читает книг, не знает грамматики. Некрасив, дерзок, равнодушен к комфорту — словом, не от мира сего. Кто-то считал его религиозным, другие — атеистом. К библейским Откровениям он относился критически, но вера в потусторонние силы у него была исключительной.

Прозрения Дэвиса в науке поражают. Именно он ввел термин «атмосферная навигация», утверждая: «Глубоко убежден в необходимости изобретения специального механизма, способного использовать противоположно направленные потоки воздуха для легкого, безопасного и приятного полета, подобного полету птиц...» В 1856 году, находясь в трансе, он в подробностях описал появление автомобиля и пишущей машинки. Согласитесь, странное прозрение для неуча, который к 16 годам прочел лишь «Катехизис», а к двадцати уже написал один из своих самых оригинальных философских трудов.

Смерть как освобождение

Особое место в изысканиях Дэвиса занимала смерть. Он проводил долгие часы у постели умирающих, наблюдая, как отходит душа. Схожие наблюдения о посмертных явлениях собраны в архиве Камиля Фламмариона, где умершие возвращались с разными целями. Результаты вошли в книгу «Великая гармония». Он уверял, что однажды отчетливо увидел, как эфирное тело покинуло телесную оболочку, оставив ее пустым сосудом. Он описал предсмертную концентрацию духовной энергии в мозгу, который вдруг начинал сильно светиться. Зафиксировал момент формирования эфирного тела, которое остается «связанным с корпусом мерцающей, напоминающей пуповину». «Я наблюдал, как оно пролетело через соседнюю комнату и вышло через дверь в атмосферу», — писал Дэвис. Смерть для него была полетом, освобождением, и многим его видение облегчило ожидание конца.

В 1923 году в Цинциннати произошел случай, словно подтвердивший правоту Дэвиса. Госпожа Монк была признана врачами мертвой, но через час вернулась к жизни. Она рассказала, что все происходило с ней ровно так, как описал Дэвис. Скептики заявили: «Она начиталась этого Дэвиса!» Медиум мрачно ответил: «Слепой фанатизм — страшный грех!»

Праведник из Бостона

О грехе Дэвис писал много. Лучший метод прогресса для человечества — борьба с грехом. Ему была ненавистна жизнь обывателя: деньги, алкоголь, насилие, отсутствие умственных интересов. Сам он жил как праведник: беден, честен, полон сострадания. Все личные неприятности, включая два несчастных брака, переносил с безмятежной улыбкой. Умер он в 1910 году, в возрасте 84 лет, владельцем небольшого книжного магазинчика в Бостоне.

Дэвис первым рассказал о полтергейсте: «Духи являлись мне многократно, но никогда не контролировали ни меня, ни мои побуждения. Они выполняли функцию добрых посланников». Его опыт перекликается с другими случаями полтергейста и самодвижущейся мебели, которые фиксировались даже в XX веке. Его труды — нелегкое чтение, полное длинных и непонятных терминов. Но очевидно, что его собственные силы были сверхъестественными. Мозг Дэвиса был мощным приемником, способным воспринимать видения из разных миров. Он сумел описать сущность смерти и природу мира духов. Мир уже 150 лет находится под влиянием его идей, что доказывает: Дэвис был обыкновенным гением, чей дар до сих пор не нашел полного объяснения. Можно верить или не верить его прозрениям, но масштаб этой личности, выросшей из грязи и нищеты, заставляет задуматься о скрытых возможностях человека.