Легенда о женщине на папском престоле — одна из тех странных историй, которые официальные хроники старательно вымарывали, но которые упрямо возвращаются. С первых веков христианства, как свидетельствуют летописцы, молодые женщины нередко переодевались в монашеские рясы. Кого-то вело благочестие, кого-то — иные мотивы. Историк Никифор Каллист сохранил историю о некой Марии: она полюбила юного безбородого монаха Франческо, а получив отказ, из мести обвинила его в насилии. И тому пришлось открыться — что он и есть Мария.

Но куда громче звучит сказание о папессе Иоанне. Дочь александрийского градоначальника, переодевшись мужчиной, с усердием исполняла монашеские послушания — плела верёвки, доила коров (занятие, кстати, позже запрещённое монахам как «от лукавого»). Её даже избрали игуменом. И лишь когда игумена обвинили в насилии, пришлось снова открыть правду.

Собор, который промолчал

На многолюдном соборе 1414 года, который называли Вселенским — там присутствовали почти все короли и курфюрсты, — Ян Гус бросил в лицо собранию: «В течение двух лет и нескольких месяцев папствовала женщина». И никто не возразил. Ни один из сорока девяти епископов, ни один из двадцати пяти кардиналов, ни один король. Молчание было таким единодушным, что все секретари занесли это утверждение в протоколы.

Петрарка посвятил последние годы сочинению «Жизнь пап» и писал о загадочной красоте Иоанны. Боккаччо в книге «Знаменитые женщины» добавляет подробностей: когда будущая папесса стала секретарём у Папы Льва IV, ей было едва за тридцать, и её красота вряд ли оставалась для него тайной.

Взлёт и гордыня

В IX веке пап избирали не кардиналы, запертые без еды до согласия, — за престол боролись открыто, случалось, возводили сразу двух пап, а побеждённых бросали в Тибр. Секретарь Льва IV быстро сделался незаменимым. Ученики греческой школы и слуги Папы встали за «отца Иоанна» — тот не имел гарема и, видимо, не скупился на дары.

И вот триумф: Иоанна выбирает одеяния, расшитые драгоценными камнями, чтобы раздаривать их прямо с плеч. Английский король Эфелульф первым преклоняет колено у трона слоновой кости. Современники говорили, что вороны на крыше кричали, как гуси при осаде Рима. Возможно, в «отце Иоанне» проснулся женский зов — когда короли целовали папскую туфлю.

Лев IV незадолго до смерти вручил её заботам «племянника» — так тогда называли сыновей пап. И однажды тот явился в ночные апартаменты по зову папского колокольчика. Наутро Папа Иоанн помиловал пятерых преступников и освободил от костра семнадцать еретиков.

Дела и роковая процессия

За два года папства Иоанна построила пять соборов, рукоположила пятнадцать епископов. Она приложила руку к столь многому, что изыскать это могут одни летописцы — из тех, впрочем, которые её признавали. Многие позднее просто стирали папессу со страниц истории, как историки Бурбонов пропускали империю Наполеона. Стендаль записывает: «Существование папессы доказывается и выдержкой из древнего Кентерберийского монастыря. В списке пап после 853 года летописцы сообщают: годы Льва IV считаются до Бенедикта III. А годы, в которые Папой сделалась женщина, — не считают».

Фанатики роптали: слишком давно не сожжён ни один еретик, Папа не казнит сарацинов. А тут ещё утробу «благословил» Всевышний, и среди всех дорогих одеяний всего дороже сделалось то, которое скрывало округлость. Когда процессия миновала амфитеатр Флавия и приближалась к церкви Св. Ирины, Папе вдруг стало худо. Епископ поспешил окропить его, повелев «изойти лукавому духу», но появился ребёнок. На этом месте воздвигли статую, изображавшую происшедшее.

Проверка, ставшая ритуалом

Апостол Павел учил: «Один хлеб, и мы, многие, одно тело». Но ещё в 585 году во французском Маконе созывали собор — решить, можно ли женщину причислить к роду человеческому. Толпа требовала бросить папессу с младенцем в Тибр. И вот что свидетельствуют летописцы, епископ Иоковатия и кардинал Палдуфла: после Иоанны избираемых пап усаживали в кресло с большим отверстием в сиденье, дабы они предоставили осязанию доказательства пола. И только после исследований и восклицаний «Habet» (имеет) вручались им небесные ключи.

Историк Медиолана Корий добавляет: «Церемония эта, происходившая в церкви Св. Сильвестра, сохранялась до XVI века неукоснительно, и её не мог избежать даже сам Александр Боржиа, хотя он имел жену, любовниц и множество сыновей». Так реальная женщина на папском престоле или нет — но страх перед повторением оказался столь силён, что породил ритуал, переживший столетия.