Александр Дюма-отец как-то заметил: «Судейские — народ живучий». Но куда живучее оказались загадки, которые тысячелетиями не поддаются никакому суду учёных. Одна из них — строительство египетских пирамид. До сих пор исследователи не могут дать точного ответа на вопрос: каким образом древним египтянам удалось возвести усыпальницы из блоков, чья масса составляет несколько тонн. Как поднять такую тяжесть на высоту почти полусотни этажей без кранов, лебёдок и даже колеса в его современном понимании?

Официальная наука десятилетиями держалась за теорию внешних пандусов. Логика проста: раз блоки нужно затащить наверх, значит, надо построить наклонную дорогу. Но при ближайшем рассмотрении эта идея трещит по швам. Возьмём Великую пирамиду Хеопса (Хуфу) — 147 метров высоты. Чтобы подавать блоки на такую отметку по прямому пандусу с приемлемым уклоном, потребовалась бы насыпь длиной около полутора километров. И не из песка, а из чего-то прочного, способного выдержать вес каменных глыб и тысяч рабочих. Фактически пришлось бы возвести рядом с пирамидой ещё одно колоссальное сооружение, сопоставимое по масштабу с ней самой. А затем, после окончания строительства, куда-то деть эту гору материала. Но никаких следов подобных мегапандусов археологи не нашли.

Другой вариант — спиральная дорога, обвивающая пирамиду снаружи, словно серпантин. Она изящнее прямой насыпи, но создаёт иную проблему: как при такой геометрии вести точные геодезические расчёты? Постоянно изгибающаяся насыпь закрывала бы углы и грани, мешая строителям выверять пропорции, которыми пирамиды славятся до сих пор. А ведь точность их ориентации по сторонам света и равенство сторон поражают даже современных инженеров.

Внутренний штопор Жан-Пьера Удена

В 2000-х годах французский архитектор Жан-Пьер Уден выдвинул гипотезу, которая переворачивает привычную картину с ног на голову. Он предположил, что Великая пирамида строилась как бы «наизнанку» — не снаружи, а изнутри. По его версии, после возведения нижней трети сооружения дальнейшая кладка велась через внутренний спиралевидный тоннель, который штопором поднимался внутри самой пирамиды. Этот тоннель, по мысли Удена, располагался сразу за внешними рядами блоков и опоясывал внутреннее ядро усыпальницы.

Почему такая идея вообще возникла? Архитектор обратил внимание на деталь, которую, по его словам, египтологи игнорировали столетиями, хотя она буквально была у них перед глазами. У северо-восточного края пирамиды заметен открытый паз — выемка, которая не вписывается в классические представления о монолитности граней. Уден интерпретирует её как след технологической необходимости: на углах пирамиды, считает он, располагались открытые площадки. Здесь блоки, двигавшиеся по внутреннему тоннелю, можно было развернуть перед тем, как отправить в следующий сегмент спирали. Для поворота многотонных глыб, вероятно, использовались примитивные деревянные краны и системы блоков.

Сам процесс строительства, согласно этой модели, делился на два этапа. На первом этапе, когда закладывалось основание — примерно нижняя треть пирамиды, где сосредоточена большая часть её массы, — действительно применялся внешний прямой пандус. Но не гигантский, а сравнительно скромный, ведь он вёл лишь на высоту около 40–50 метров. Когда фундаментальная часть была готова, этот пандус разобрали, а его известняковые блоки пошли в дело — на строительство верхних уровней. Именно этим Уден объясняет отсутствие каких-либо остатков первоначальной насыпи: её попросту съела сама пирамида.

Дальше вступал в игру внутренний штопор. По мере того как росли стены, тоннель, по которому тащили блоки, постепенно застраивался и исчезал, становясь частью монолита. Таким образом, строители сами находились внутри возводимого объекта, а не карабкались по внешним лесам. Это решало проблему с ветром, уменьшало риск падения грузов и позволяло вести кладку более контролируемо. К тому же внутренняя спираль не мешала геодезическим измерениям на внешних гранях.

След на грани и нерешённый вопрос

Уден уверен, что его теория объясняет и другие странности, которые трудно списать на случайность. Однако окончательного подтверждения у неё пока нет. Чтобы доказать существование внутреннего тоннеля, нужны дополнительные исследования — например, георадарное сканирование или микрогравиметрическая съёмка, способная выявить пустоты в толще кладки. Но для этого требуется не только время и оборудование, но и разрешение египетских властей, которые крайне осторожно подходят к любым вмешательствам в структуру древних памятников.

Пока же загадка остаётся открытой. И она не одинока: история знает немало примеров, когда древние строители справлялись с задачами, которые ставят в тупик современных инженеров. Кстати, мы уже писали о похожей тайне — гробах на высоте 200 метров, которые народ бо в Китае умудрился поднять на отвесные скалы без всяких машин. Как и в случае с пирамидами, объяснения пока остаются лишь гипотезами.

Версия Удена изящна и лишена многих слабостей традиционных пандусных теорий. Но без прямых доказательств она остаётся лишь одной из возможных разгадок — а может быть, и ключом к пониманию того, как мысль древнего архитектора обгоняла своё время на тысячелетия. Пока же пирамида Хеопса хранит свои секреты так же надёжно, как и четыре с половиной тысячи лет назад.