Два крошечных кусочка железного пирита, найденные рядом с участком земли, который нагревался снова и снова примерно 400 000 лет назад, стали самым ранним убедительным свидетельством того, что люди намеренно добывали огонь. На стоянке Барнем в Саффолке, на востоке Англии, эти фрагменты лежали рядом с растрескавшимся от жара кремнем и расколотыми ручными рубилами на древней поверхности, которую когда-то занимали ранние неандертальцы.

Команда под руководством исследователей Британского музея утверждает в исследовании, опубликованном в Nature, что это сочетание — древнейшее убедительное доказательство преднамеренного добывания огня человеком. Более древние памятники сохраняют следы использования пламени, но обычно не позволяют понять, создавали ли люди огонь сами или подбирали его от молний, лесных пожаров или других природных источников. Барнем даёт и правдоподобный инструмент для высекания искр, и следы самого горения.

Пользоваться огнём и добывать его — разные рубежи

Свидетельства взаимодействия человека с огнём уходят гораздо глубже в доисторическое прошлое. Например, в пещере Вондерверк в Южной Африке исследователи обнаружили обгоревший растительный пепел и кости возрастом около миллиона лет. Другие спорные или намёковые следы уходят ещё дальше. Такие находки могут подтвердить горение в археологическом контексте, но сам по себе обгоревший материал не всегда позволяет отличить намеренно разожжённый очаг от природного пожара, который люди подобрали, поддерживали или просто встретили.

Добывание пламени по требованию — другой технологический порог. Оно снимает зависимость от поиска природного пожара и необходимости поддерживать его угли. До исследования в Барнеме самые чёткие физические свидетельства высекания искр происходили из микроскопического износа на каменных орудиях неандертальцев из Франции возрастом около 50 000 лет. Находка в Барнеме отодвигает эту убедительную летопись примерно на 350 000 лет назад.

Это сравнение требует точности. Оно не означает, что никто не добывал огонь в течение промежуточных тысячелетий, и не означает, что технология добывания огня была изобретена именно в Барнеме. Археологические «первые находки» фиксируют древнейшее свидетельство, которое сохранилось, было найдено и убедило исследователей на данный момент. Хрупкий пепел, окисляющиеся минералы и размытые поверхности оставляют огромные пробелы.

Земля хранит следы многократного сильного нагрева

Барнем находится в бывшем глиняном карьере в Брекленде, графство Саффолк. Осадки накапливались в небольшой котловине во время хокснийского межледниковья, около 400 000 лет назад. Когда древний пруд высыхал, люди занимали обнажившуюся землю и изготавливали кремневые орудия. Ключевые свидетельства огня относятся к почве, сформировавшейся на этой поверхности.

Раскопки выявили покрасневший участок глины диаметром около 55 сантиметров. Чтобы доказать, что это не просто естественно окрашенная почва, потребовалось несколько видов анализа. Микроморфология показала изменение под воздействием тепла. Изменения магнитных минералов в глине указывали на многократный нагрев, а не на единичное слабое событие. Инфракрасный анализ с преобразованием Фурье определил температуру выше 700°C.

Органическая химия добавила ещё одну линию доказательств. Обожжённый участок содержал преобладание более тяжёлых углеводородов, связанных с длительным горением, тогда как быстро распространяющиеся растительные пожары обычно оставляют более сильный сигнал от лёгких соединений. Четыре расколотых жаром ручных рубила и другие треснувшие от огня кремни были сосредоточены на той же древней поверхности и вокруг неё.

Интерпретация раскопочной команды рассматривает этот объект как многократно использовавшийся костёр. Ни один отдельный тест сам по себе не доказывает человеческий очаг. Вывод основан на независимых наблюдениях, сходящихся в одном небольшом месте.

Пирит даёт недостающий механизм зажигания

Железный пирит, иногда называемый «золотом дураков», может высекать искры, достаточно горячие для воспламенения подходящего трута, если ударять им по кремню. Более поздние доисторические наборы для добывания огня использовали этот принцип. Два окисленных фрагмента пирита появились в древней почве Барнема рядом с нагретым участком и каменными орудиями.

Нужно было исключить естественное происхождение. Пирит — минерал, поэтому находка его рядом с очагом мало что значила бы, если бы местный гравий регулярно его содержал. Геологическая работа обследовала более 121 000 камней из 26 точек в регионе, включая материал, перемещённый реками и ледниками. Обследование не выявило другого пирита. Его исключительное появление в археологическом скоплении делает намеренный перенос предпочтительным объяснением команды.

Сам по себе пирит не доказал бы, что кто-то высекал искру. Сама по себе нагретая поверхность показала бы огонь, но не обязательно зажигание. Вместе редкий принесённый пирит, многократно обожжённый осадок и повреждённые жаром орудия образуют более сильный аргумент: люди знали полезное свойство минерала и носили его как часть технологии добывания огня.

Почему создатели, вероятно, были ранними неандертальцами

В Барнеме не найдено костей гомининов. Поэтому людей, изготовивших орудия и разводивших огонь, нельзя напрямую определить по скелетам или ДНК на этом памятнике. Называть их ранними неандертальцами — обоснованное предположение, а не восстановленное удостоверение личности.

Исследователи основывают это предположение на окаменелостях сопоставимого возраста из других мест Европы. Останки в Суонскомбе в графстве Кент и в Сима-де-лос-Уэсос в Атапуэрке, Испания, имеют анатомические или генетические связи с формирующейся неандертальской линией. Крис Стрингер из лондонского Музея естественной истории, соответственно, описал обитателей Барнема как вероятных ранних неандертальцев. Отчёт UCL об открытии также допускает возможность другой ранней человеческой популяции.

Осторожная формулировка важна. «Ранний неандерталец» описывает популяции на эволюционирующей линии, а не обязательно людей, анатомически и культурно идентичных поздним неандертальцам, жившим десятки тысяч лет назад. Ранее мы похожем случае уже писали о том, как неандертальцы хоронили своих умерших с ритуалом 50 000 лет назад, и это ещё раз показывает, насколько сложным было их поведение. Но здесь речь о гораздо более древнем времени, когда сама линия только складывалась.

Что датировка устанавливает, а что нет

Цифра 400 000 лет происходит из геологического и археологического контекста Барнема. Котловина образовалась в ледниковом канале, позже заполнилась межледниковыми прудовыми осадками и сохранила древнюю почву, связанную с определённой фазой человеческого заселения. Дата относится к этой погребённой поверхности и её стратиграфическому положению, а не к часам, применённым непосредственно к отдельной искре.

Точно так же объект является свидетельством многократного горения, а не застывшей сценой одного вечера. Археологи не могут определить точное количество костров, кто зажигал каждый из них, какой трут использовался и готовили ли там пищу. Они не нашли момент изобретения. Они нашли место, где технология зажигания, по-видимому, практиковалась.

Это одна археологическая интерпретация, а не непосредственно наблюдаемый акт зажигания. Объяснения природным огнём становятся менее убедительными, когда все свидетельства объединены, но будущие находки и альтернативные анализы всё ещё могут уточнить утверждение. Самый сильный вывод: намеренное добывание огня в Барнеме — лучшее объяснение для этого скопления находок.

Огонь по требованию изменил границы повседневной жизни

Надёжное зажигание имело бы значение в прохладной, изменчивой среде Британии среднего плейстоцена. Группа могла создавать тепло и свет, не дожидаясь молнии, отпугивать хищников, устраивать лагерь там, где выбирала, и готовить пищу более последовательно. Нагревание может уничтожать патогены и токсины, размягчать мясо и растения и делать калории более доступными. Очаг также концентрирует активность и продлевает социальное время после наступления темноты.

Эти потенциальные выгоды не следует принимать за то, что измерено в Барнеме. Исследование не проверяло язык, рост мозга или социальную организацию и не выявило приготовленной пищи. Оно документирует технологические свидетельства с одного памятника. Более широкие эволюционные последствия остаются гипотезами, собранными из множества археологических и биологических записей.

Самый глубокий урок находки, возможно, касается сохранности. Пятно диаметром 55 сантиметров, четыре повреждённых рубила и два корродированных минеральных фрагмента — узкое окно в поведение. Барнем сохранился потому, что осадки у пруда погребли поверхность, и потому, что исследователи годами проверяли конкурирующие объяснения. Более ранние группы, возможно, тоже высекали искры, не оставив узнаваемого следа. Пока этот небольшой участок обожжённой саффолкской земли отодвигает убедительную археологическую историю добывания огня примерно на 350 000 лет назад.

Любопытно сравнить это с находкой в Израиле, где следы костров на стоянке Гешер-Бнот-Яаков возрастом 790 000 лет заставили предположить, что Homo erectus уже умели добывать огонь самостоятельно. Однако там не было найдено инструментов для высекания искр, и доказательства оставались косвенными. Барнем впервые даёт и очаг, и вероятный инструмент зажигания — редкое сочетание, которое и делает случай столь значимым.