Антуан де Сент-Экзюпери однажды заметил: «Умирают только за то, во имя чего живут». Но что, если грань между жизнью и смертью куда тоньше, чем нам кажется? Современная медицина научилась возвращать людей с того света, и порой это происходит вопреки всем правилам и прогнозам.

Остановилось сердце, замерло дыхание — и вот уже реаниматоры прикладывают электроды, посылают разряд в тысячи вольт. Иногда удар запускает сердце сразу, иногда процедуру повторяют снова и снова, поглядывая на стрелку часов. Считается, что если прошло 15–20 минут, а сердце молчит, то продолжать бессмысленно: мозг без кислорода уже погиб, и даже вернув тело, мы получим не человека, а растение.

Когда морг не финал

Но реальность ломает эти схемы. Летом 1987 года крановщица Ю. Ф. Воробьёва из Донецка попала под высокое напряжение. Два часа врачи безуспешно пытались оживить её — тем же электричеством. В субботу тело отправили в морг. А в понедельник студент-медик, спустившийся туда попрактиковаться, случайно вернул «труп» к жизни. Женщина ожила.

Академик АМН СССР Н. П. Бочков рассказывал ещё одну историю: в крупном хирургическом институте мальчика после безуспешной реанимации повезли в морг — тот находился в отдельном здании. По дороге ребёнок очнулся и заплакал.

Слухи о воплях из крематория мы пересказывать не будем, но в Индии, где кремируют на открытых площадках у Ганга, документально зафиксированы случаи, когда покойник оживал прямо в пламени. Некоторых удавалось спасти. Правда, из-за жары там хоронят в течение двух суток — врачебная ошибка вполне вероятна. У мусульман же похороны должны состояться до заката в день смерти. Неудивительно, что многие теперь кладут в гроб мобильный телефон — и уже есть записи звонков «с того света».

Дыхание древних

Идея воскрешения стара как мир. В Четвёртой Книге царей описан пророк Елисей (850–800 гг. до н. э.). Он вошёл в дом, где лежал мёртвый ребёнок, запер дверь и помолился. Затем лёг на мальчика, приложил уста к его устам, глаза к глазам, ладони к ладоням — и тело согрелось. Пророк повторил это, и ребёнок чихнул семь раз, открыл глаза. Елисей позвал мать и сказал: «Возьми сына твоего».

Греческий историк Филострат в I веке н. э. писал об Аполлонии Тианском. В Риме тот встретил похоронную процессию: несли знатную девочку. Аполлоний велел опустить носилки, коснулся покойницы, что-то прошептал — и она пробудилась. Филострат честно признавался: то ли он уловил искру жизни, скрытую от других, то ли прикосновением согрел угасшую жизнь — вопрос остался неразрешимым.

У северных народов России шаманы веками практиковали воскрешение недавно умерших. Шаман входит в транс, его душа спускается в Нижний Мир, ищет душу покойного и уговаривает вернуться. Затем «реаниматор» ложится рядом с телом лицом вниз и лежит до трёх дней — в помещение никто не входит, как и Елисей запирал за собой дверь. Что именно происходит в эти часы — тайна, которую хранят посвящённые. У северных народов России шаманы веками практиковали воскрешение недавно умерших, и эта практика перекликается с древними шаманскими обрядами, где духи и живые пересекают невидимые границы.

Лучи жизни

Можно отмахнуться: чёрная магия, суеверия. Но исследования XX века дают неожиданный ракурс. В 1920-х годах советский учёный Александр Гурвич открыл митогенетические лучи — ультрафиолетовое излучение, которое испускают делящиеся клетки. Любой живой организм генерирует эти «лучи жизни». Гурвич ставил наглядный опыт: увядшее растение оживало, если рядом помещали прорастающие луковицы с сильным излучением. Эффект проходил через кварцевое стекло, но исчезал за обычным, не пропускающим ультрафиолет.

В 1990-х годах Константин Коротков, используя эффект Кирлиан, исследовал свечение тел в морге. Оказалось, что кирлиановское свечение руки покойного в течение трёх суток не отличается от свечения живого — и лишь потом резко меняется. Жизнь в теле ещё теплится, даже когда сердце остановилось. В 1990-х годах Константин Коротков, используя эффект Кирлиан, исследовал свечение тел в морге, подобно тому как геофизик снимал призраков на обычную камеру, фиксируя невидимые глазу явления.

За гранью пяти минут

Критерий «пяти минут» без кислорода тоже не абсолютен. В Монголии в 1970-х и 1990-х годах произошли два похожих случая. Мальчик-подросток заблудился в зимней пустыне и замёрз. Тело нашли через 20 часов, температура упала до 20 градусов. Старинными монгольскими методами реанимации его вернули к жизни — мозг сохранила гипотермия.

Надёжного критерия необратимой смерти нет до сих пор. Отсутствие мозговой деятельности — показатель неоднозначный, а нужная аппаратура есть не везде. Возможно, права древняя мудрость: смерть — не мгновение, а путь. И пока тело хранит хотя бы искру, у жизни остаётся шанс.