Загадка восьми граней: почему Кастель-дель-Монте не мог быть просто охотничьим замком

Если собрать все европейские замки и попытаться выстроить их по шкале таинственности, Кастель-дель-Монте, пожалуй, окажется на самой вершине. Концентрация загадочного и мистического в этом сооружении зашкаливает. Никто не может с уверенностью сказать, когда именно его построили и, главное, зачем он был нужен. Само название переводится с итальянского как «замок на горе» — и это, кажется, единственная однозначная деталь во всей истории.

Замок стоит в итальянской области Апулия, и его возведение связывают с именем короля Фридриха II Швабского из династии Гогенштауфенов. Официально считается, что строительство шло между 1240 и 1246 годами, но эта датировка сразу вызывает вопросы. Известно, что в 1239 году монарх столкнулся с серьёзными финансовыми трудностями и даже заморозил возведение других крепостей в Сицилии. Трудно представить, чтобы в разгар кризиса он вдруг затеял новый проект — да ещё с таким размахом.

Ещё больше недоумения вызывает предназначение Кастель-дель-Монте. Версия об охотничьей резиденции, которую якобы обожал Фридрих II, страстный поклонник соколиной охоты, рассыпается при первом же взгляде на планировку. В замке нет помещений для припасов, конюшен, отдельной кухни, комнат для слуг — ничего из того, что необходимо для жизни, пусть даже временной. При этом убранство поражает роскошью, совершенно излишней для охотничьего «домика». Винтовые лестницы закручены не вправо, как это было принято для удобства обороны, а влево — словно строители намеренно отказались от военной логики. А церквеподобный портал и вовсе ставит в тупик: зачем охотничьей резиденции церковь?

Странности начинаются уже с названия. Замок расположен на месте бывшего монастыря Санта-Мария-дель-Монте, и первоначально носил то же имя. Впервые как Кастель-дель-Монте он упоминается лишь в 1463 году, в декрете Фердинанда Арагонского. Получается, до этого постройка звалась иначе и замком не считалась вовсе. Чем же она была?

Архитектурный ребус и власть числа восемь

Внешний облик замка — причудливая эклектика, где смешались классический, романский, готический, арабский и цистерцианский стили. Но за этим смешением угадывается строгий замысел. Кастель-дель-Монте — единственный в Европе восьмиугольный замок. По его углам поднимаются восемь восьмиугольных башен. Внутренний двор тоже имеет форму восьмиугольника, и когда-то в его центре располагался восьмиугольный бассейн. До XIX века замок окружала восьмиугольная ограда.

Внутри — 16 залов: по восемь на каждом из двух этажей. Детали интерьера лишь усиливают наваждение: восемь четырёхлистных цветков на правом карнизе тимпана портала и столько же на левом; восемь листьев на капителях всех колонн; восемь листьев на ключе свода. В разных залах повторяются украшения из восьми листьев подсолнечника, аканта, а в восьмом зале второго этажа — восемь листьев инжира. Число восемь пронизывает всё.

В нумерологии это число — символ бесконечности, посредник между небом и землёй, ключ к космическим законам. Восьмой день творения — воскресение Христа, и крестильные купели часто делали восьмиугольными. Восемь — ещё и знак лабиринта. Случайность? Вряд ли.

Свет, тени и астрономическая точность

Если Кастель-дель-Монте был просто резиденцией, то зачем его охраняли сарацины и рыцари Тевтонского ордена — люди, собранные из далёких земель и лично преданные королю? На вершину холма допускали лишь избранных. А само место выбрали труднодоступное, вдали от любых жилищ.

Версия об астрономической обсерватории выглядит куда убедительнее. Замок построен в точном соответствии с представлениями XIII века о мироздании: Земля в центре, Солнце вращается вокруг неё. Расположение и структура явно согласованы с астрономами. Смена времён года, дни солнцестояний и равноденствий здесь превращаются в спектакль света и тени.

В полдень осеннего равноденствия стены отбрасывают тень, равную длине внутреннего двора. Через месяц тень растягивается до длины залов, а при вхождении Солнца в знак Стрельца достигает идеальной формы, в которую «вмещается» весь замок. В дни равноденствий, между 11 и 13 часами, возникает тень с углом ровно в 45 градусов — часть восьмиугольника. В солнцестояния же образуются идеальные прямоугольники, обрисовывающие стены так, что замок оказывается точно в центре.

Дважды в год происходит нечто поразительное. В последнюю комнату второго этажа, обращённую на юго-восток, проникает луч солнца, проходя сквозь окно внешнего фасада и балконную дверь, и озаряет прямоугольник, высеченный на северо-западной стене внутреннего двора. Когда-то там был барельеф. И случается это 8 апреля и 8 октября — а октябрь по юлианскому календарю был восьмым месяцем года.

Световая игра продолжается круглый год. В каждое помещение второго этажа прямой солнечный свет попадает дважды в сутки, а на первый этаж — только летом. Зато в дни летнего и зимнего солнцеворота свет равномерно распределяется между всеми комнатами первого этажа — и по пространству, и по времени. Первый этаж напоминает календарь, второй — солнечные часы. Некоторые исследователи всерьёз называют замок философской конструкцией, материальным воплощением глубокого эзотерического знания.

Алхимическая лаборатория под видом замка?

Но есть и те, кто идёт дальше: Кастель-дель-Монте — не обсерватория, а алхимическая лаборатория, оснащённая по последнему слову техники того времени. В замке множество каминов и печей, но они слишком малы для приготовления пищи. Зато отлично подходят для алхимических опытов: перегонные кубы и горнила после работы обычно ставили в боковые ниши каминов. В восьмом зале в камине сохранились две такие ниши и часть дымоуловителя.

По трактату Франческано Бонавентуры, алхимику требовались светлые и полутёмные комнаты, а также лаборатория. Нагорный замок полностью соответствует этим требованиям. А при дворе Фридриха II жил Микеле Ското — один из первых авторов, писавших об оккультных науках. Считается, что он приложил руку к проектированию Кастель-дель-Монте, продумав систему каминов и цистерн для сбора воды. Эти цистерны расположены так, что образуют пятиугольную звезду с пиком, устремлённым вверх.

Гидравлическая система обеспечивала постоянное наполнение большой цистерны под двором — там, где находился восьмиугольный бассейн. Его форма не даёт исследователям покоя: напоминая крестильную купель, он мог служить для обряда «слёзы Господа», посвящённого Бафомету. Имя этого божества, по одной из версий, складывается из слов «погружение» и «мудрость» — то есть обряд был «крещением в мудрости», которое практиковали тамплиеры.

Число восемь преследовало Фридриха II и после смерти. Он умер в 1250 году — сумма цифр снова даёт восемь. В 1781 году, когда реставрировали кафедральный собор в Палермо и вскрыли королевскую усыпальницу, на руке монарха нашли таинственное кольцо с огромным изумрудом в окружении позолоченных лепестков. Их было ровно восемь. Случайность? Пожалуй, для этого замка такое слово уже не подходит.