В 2002 году штат Мэн первым в США запустил программу раздачи ноутбуков школьникам. Тогдашний губернатор Ангус Кинг видел в этом способ открыть детям доступ к информации — интернет буквально у них под рукой. К осени того же года в рамках Maine Learning Technology Initiative 17 000 ноутбуков Apple раздали семиклассникам в 243 средних школах. К 2016 году цифры выросли до 66 000 устройств — уже ноутбуков и планшетов. Инициативу подхватили по всей стране: в 2024-м американские школы потратили на технику больше 30 миллиардов долларов.

Спустя четверть века психологи и специалисты по обучению видят результат, противоположный задуманному. Вместо расширения возможностей технология дала обратный эффект. В этом году нейробиолог Джаред Куни Хорват в письменных показаниях перед сенатским комитетом по торговле, науке и транспорту заявил: поколение Z когнитивно слабее предыдущих, несмотря на беспрецедентный доступ к технологиям. По его словам, это первое поколение в современной истории, которое показывает более низкие результаты стандартизированных тестов, чем их родители.

Тесты фиксируют спад

Грамотность и умение считать — не всегда показатель интеллекта, но они отражают когнитивные способности. А те, по словам Хорвата, снижаются последние десять лет. Он ссылается на данные Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся (PISA), которая тестирует 15-летних по всему миру, и другие стандартизированные экзамены. Падают не только баллы: прослеживается чёткая связь между временем, проведённым за компьютером в школе, и результатами — чем больше экранного времени, тем хуже оценки. Виноват, по мнению нейробиолога, неограниченный доступ к технике, который не развивал, а атрофировал навыки обучения. Появление iPhone в 2007-м ситуацию лишь усугубило.

«Это не спор об отказе от технологий, — пишет Хорват. — Это вопрос о том, как согласовать образовательные инструменты с тем, как реально работает человеческое обучение. Данные показывают: бездумная цифровая экспансия ослабила учебную среду, а не укрепила её».

Тревожные звоночки звучали давно. Ещё в 2017-м Fortune сообщал: за 15 лет действия программы в Мэне результаты государственных школьных тестов так и не улучшились. Тогдашний губернатор Пол Лепаж назвал проект «масштабным провалом», хотя штат продолжал вкладывать деньги в контракты с Apple.

Почему гаджеты мешают учиться

Использование техники в классах резко выросло. Опрос EdWeek Research Center 2021 года среди 846 учителей показал: 55% проводят с образовательными технологиями от одного до четырёх часов в день, ещё четверть — пять часов ежедневно. Учителя рассчитывают, что инструменты служат учёбе, но у учеников другие планы. Исследование 2014 года с участием 3000 студентов университетов выявило: почти две трети времени за компьютером они занимались посторонними делами.

Хорват считает эту склонность отвлекаться ключевым фактором, почему технологии вредят обучению. Когда внимание прерывается, нужно время, чтобы снова сосредоточиться. Переключение между задачами связано с худшим формированием памяти и большим числом ошибок. Разбираться с одной сложной темой тяжело, но именно так и должно быть для качественного обучения.

«К сожалению, лёгкость никогда не была отличительной чертой учёбы, — говорит он. — Учиться трудно, это требует усилий и часто дискомфортно. Но именно трение делает знания глубокими и переносимыми в будущее».

Джин Твенге, профессор психологии Университета Сан-Диего, изучающая различия поколений и автор книги «10 правил воспитания детей в высокотехнологичном мире», утверждает: постоянное внимание к одному предмету противоречит тому, как сегодня применяются технологии. Больше экранного времени не просто неэффективно — оно контрпродуктивно.

«Многие приложения, включая соцсети и игры, специально делают аддиктивными, — объясняет Твенге. — Их бизнес-модель построена на том, чтобы пользователи проводили в них максимум времени и заходили как можно чаще».

Исследование под руководством Университета Бэйлора, опубликованное в ноябре 2025 года, показало, почему так происходит: TikTok требует наименьших усилий для использования — даже меньше, чем Instagram Reels и YouTube Shorts, — за счёт баланса релевантных видео с неожиданным контентом.

Опасения по поводу зависимости от соцсетей настолько серьёзны, что 1600 истцов из 350 семей и 250 школьных округов подали иск против Meta, Snap, TikTok и YouTube. Они обвиняют платформы в создании аддиктивных продуктов, ведущих к депрессии и самоповреждениям у детей.

Что предлагают делать

Хорват предложил ряд решений проблемы — по крайней мере, в части школьного использования техники. Конгресс, по его мнению, мог бы ввести стандарты эффективности и финансировать исследования того, какие цифровые инструменты действительно работают в классе. Также законодатели могли бы жёстко ограничить отслеживание поведения, создание профилей и сбор данных о несовершеннолетних.

Некоторые школы действуют сами. К августу 2025 года 17 штатов запретили телефоны во время уроков, а 35 штатов приняли законы, ограничивающие их использование в классах. По данным Национального центра статистики образования, более 75% школ заявляют о политике, запрещающей телефоны для неакадемических целей, хотя с соблюдением запретов успехи переменные.

В конечном счёте, говорит Хорват, потеря критического мышления и навыков обучения — это не личный провал, а провал политики. Поколение американцев, выросшее с гаджетами, он называет жертвами неудачного педагогического эксперимента.

«Когда я работаю с подростками, я говорю им: „Это не ваша вина. Никто из вас не просил, чтобы вас посадили перед компьютером на всю школу с первого по двенадцатый класс“, — рассказывает он. — Это значит, что ошиблись мы — и я искренне надеюсь, что поколение Z быстро это поймёт и разозлится».

Искусственный интеллект добавляет неопределённости

Поколению Z теперь придётся столкнуться с последствиями ослабленных навыков обучения. Их уже задела другая технологическая революция XXI века — генеративный ИИ. Первые данные уникального исследования Стэнфордского университета, опубликованного в прошлом году, показали: развитие ИИ оказывает «значительное и непропорциональное влияние на работников начального уровня на рынке труда США». И хотя влияние ИИ на рынок в целом ещё не проявилось, менее способное население означает не только худшие карьерные перспективы. Хорват предупреждает: под угрозой способность человечества справляться с экзистенциальными вызовами ближайших десятилетий.

«Мы сталкиваемся с задачами более сложными и масштабными, чем когда-либо в истории человечества — от перенаселения до эволюционирующих болезней и морального дрейфа, — сказал он Fortune. — Сейчас, как никогда, нам нужно поколение, способное работать с нюансами, удерживать несколько противоречивых истин одновременно и творчески решать проблемы, которые ставят в тупик лучшие умы взрослых сегодня».