Во Владимире разворачивается судебный процесс, какого Россия ещё не видела. На скамье ответчиков — не мелкий мошенник и не халатный врач, а «народный целитель» и «экстрасенс» Владимир Миронов. Иск против него подал бывший клиент Сергей Ефремов, которому магические пассы так и не помогли избавиться от заикания. Теперь он требует вернуть деньги, а заодно — ставит перед Фемидой вопрос, от которого та обычно уклоняется: можно ли судить за колдовство?

Десять сеансов махания руками

История началась банально. Ефремов, устав от многолетнего недуга, обратился к Миронову — человеку, который до того, как войти в мир эзотерики, работал ветеринаром. Лечение, судя по всему, не отличалось сложностью: десять сеансов, в ходе которых целитель махал руками. Результат, как нетрудно догадаться, оказался нулевым — заикание никуда не делось. Зато исчезли 17 108 рублей, которые клиент заплатил за курс.

Сумма по нынешним меркам скромная, но дело не в деньгах. Ефремов решил идти до конца и подал иск. Проблема в том, что перед началом «лечения» он, как и все клиенты Миронова, подписал соглашение, которое фактически снимает с целителя любую юридическую ответственность. Бумага составлена хитро: претензии предъявлять не к кому.

Исчезнувший ответчик и фирма-призрак

На первое заседание Миронов не явился. Зато в беседе с корреспондентом «Известий» он обозначил свою позицию. Во-первых, напомнил о договоре, который клиент подписал добровольно. Во-вторых, заявил, что иск подан не против него лично, а против некой фирмы, к которой он юридически не имеет отношения. Формулировка, знакомая любому, кто сталкивался с мелкими коммерческими жуликами: «Я — лицо наёмное, спрос с конторы».

Юристы, наблюдающие за процессом, настроены скептически. Выиграть дело против Миронова будет сложно — именно из-за той самой бумаги, которая превращает магический сеанс в подобие сделки без гарантий. Клиент как бы соглашается: «Я понимаю, что результат не обещан, и претензий не имею». Остаётся только гадать, читал ли Ефремов этот документ перед подписанием и что именно там было написано.

Закон против невидимого

Этот суд — каким бы ни был его исход — заставляет задуматься о вещах куда более масштабных. Можно ли вообще втиснуть в рамки закона деятельность, существование которой наука не признаёт, а принципы действия неизвестны никому, включая самих «целителей»? Если экстрасенс обещает снять порчу или вылечить заикание пассами рук — как доказать, что он не выполнил работу? Ведь с точки зрения материалиста её и не существовало.

Самый простой выход — запретить всё это к чертовой бабушке. Но и тут загвоздка: а вдруг «что-то» действительно существует и кому-то помогает? История знает примеры, когда знахарство оказывалось эффективнее тогдашней медицины — хотя бы за счёт эффекта плацебо или случайных совпадений. Запретить — значит отсечь и тех, кто, возможно, приносит облегчение.

В прежние века вопрос решался проще. Если целитель вёл себя совсем уж скверно, его могли без зазрения совести поджарить на медленном огне. Инквизиция, конечно, не отличалась юридической щепетильностью, но сомнений в её методах не возникало ни у кого. Сегодня же мы живём в гуманном мире, который почему-то кишит колдунами, ведьмами и экстрасенсами. И что с ними делать — совершенно непонятно.

Процесс во Владимире, скорее всего, не даст окончательного ответа. Но он хотя бы заставляет общество и судебную систему посмотреть в глаза реальности: рынок магических услуг в России огромен, а регулирования нет никакого. И пока юристы ломают голову над тем, как применить закон к тем, кто машет руками и называет это лечением, Мироновы всех мастей продолжают свою работу. В конце концов, договор-то подписан.