Ровно в 21:45 по московскому времени 15 января 2012 года автоматическая межпланетная станция «Фобос-Грунт» замолчала навсегда. Её обломки, скорее всего, рухнули в воды Тихого океана — но даже сейчас, годы спустя, точное место падения остаётся предметом споров. Аппарат, который должен был стать гордостью российской космонавтики и привезти на Землю грунт с марсианского спутника, превратился в дорогостоящий космический мусор, а его двухнедельное молчание на орбите поставило крест на амбициозной миссии.

Непредсказуемое падение

В Центре управления полётами до последнего момента не знали, куда именно упадут несгоревшие фрагменты. Расчёты показывали: на последнем витке станция пройдёт над Южной Америкой и там же сойдёт с орбиты. Специалисты ожидали, что остатки рухнут в Атлантический океан. Но «Фобос-Грунт» повёл себя иначе — он начал падение чуть раньше расчётного времени.

«На высоте 10 километров над поверхностью Земли над территорией Бразилии произошло разрушение космического аппарата. Это расчётная точка, поэтому утверждение, что именно в этой точке произошло разрушение, имеет вероятностный характер. В это время никто не наблюдал разрушения космического аппарата, поэтому ни визуального, ни другого подтверждения нет», — заявил тогда заместитель руководителя Роскосмоса Анатолий Шилов.

Подтверждение исчезновения станции получили лишь косвенно: в расчётное время аппарат просто перестал появляться на орбите. Основная часть конструкции вместе с топливом должна была сгореть в плотных слоях атмосферы. До поверхности могли долететь только детали из тугоплавких материалов — и специалисты заранее знали, какие именно. «Это шары-баллоны, их у нас около 15 штук, — объяснял генеральный директор НПО имени Лавочкина Виктор Хартов. — Их остаточная масса в самом худшем случае — от полутора до шести килограммов, они разного типа, суммарная масса — не более 70 килограммов».

Однако сведения о месте падения разошлись. Представители Минобороны утверждали, что обломки упали в Тихий океан, примерно в тысяче километров от тихоокеанского побережья. Руководство Роскосмоса высказывалось осторожнее: возможно, станция сгорела без остатка. Точное место так и не установили — «Фобос-Грунт» исчез, не оставив видимых следов.

Замысел, опередивший время

«Фобос-Грунт» задумывался как прорывная миссия. Автоматическая межпланетная станция должна была сесть на Фобос — один из двух спутников Марса, — взять образцы грунта и вернуть их на Землю. Проект родился после провала АМС «Марс-96»: Российская академия наук предложила три новых направления — «Луна-Глоб» для изучения Луны, «Марс-Астер» (марсоход) и собственно «Фобос-Грунт». Из них именно фобос-миссию признали наиболее адекватной возможностям отечественной космонавтики и достаточно новаторской. В 1998 году её утвердили как основной межпланетный проект на ближайшие годы.

Конструкторы планировали создать аппарат умеренных размеров, который можно было бы вывести ракетой-носителем «Союз». Поскольку массы всё равно не хватало, для доразгона к Марсу и других манёвров решили использовать экономичные электрореактивные двигатели малой тяги. Старт намечался на 2004 год, возвращение — на 2008-й. Но реализация затянулась.

Долгая дорога к старту

Реальные работы начались лишь в 2005 году. Через год закончили макетирование основных узлов и приборов, провели первые вибрационные испытания собранного аппарата. В 2007-м приступили к изготовлению серии из десяти технологических макетов — такое решение приняли, чтобы обеспечить максимальную надёжность операций по забору и доставке грунта и минимизировать все риски.

Особое внимание уделили системе забора проб. Заранее признали, что штатная система контроля полёта может не выдержать длительной миссии. Поэтому на станцию установили сразу три манипулятора: первый, разработки НПОЛ, для мягких пород; второй, от ИКИ РАН, для мягко-твёрдых; и третий — польский CHOMIK, способный брать образцы твёрдых и скальных пород. Такой арсенал позволял собирать всё: от камней и кусков скал до мелкой пыли.

Место посадки на Фобосе помог выбрать европейский аппарат «Марс-экспресс». Саму станцию запустили 9 ноября 2011 года с космодрома Байконур на эллиптическую орбиту, близкую к расчётной. Через 2,5 часа полёта (1,7 витка) предполагалось перевести её на орбиту с периодом обращения 2,2 часа, а ещё через 2,3 часа — вывести на межпланетную траекторию Земля-Марс. Но именно здесь всё пошло не так.

Роковой манёвр вне зоны видимости

Маршевая двигательная установка отказала при попытке вывести станцию на отлётную траекторию к Марсу. Проблему усугубило то, что оба включения двигателя были запланированы над Южной Америкой — вне зоны видимости российских наземных измерительных пунктов. Вопрос о приёме телеметрической информации в реальном времени конструктивно так и не решили. В результате «Фобос-Грунт» остался на околоземной орбите, и специалисты потеряли с ним связь.

А ведь график миссии был расписан до мелочей. 29 сентября 2012 года станция должна была прибыть к Марсу, затормозить и выйти на трёхсуточную орбиту искусственного спутника. Затем — отделение китайского микроспутника «Инхо-1» с раскрытием его солнечных батарей, отделение перелётного модуля от переходной фермы. В феврале 2013-го — прибытие к Фобосу, взятие проб грунта, старт возвращаемого аппарата с поверхности спутника и выход на околомарсианскую орбиту. В сентябре 2013-го — отлёт к Земле, а в августе 2014-го — прибытие возвращаемого аппарата, отделение спускаемой капсулы, её вход в атмосферу, аэродинамическое торможение с 12 км/с до 30 м/с и мягкое приземление на полигоне Сары-Шаган в Казахстане.

Вместо этого — две недели молчания на орбите и бесславное падение. «Фобос-Грунт» стал ещё одной строкой в списке неудачных марсианских миссий. Кстати, мы уже рассказывали о том, как метеоритная сера остудила юную Землю и Марс — возможно, те древние катаклизмы сделали Красную планету особенно трудной целью для земных аппаратов. А пока марсианские загадки остаются без ответа, инженеры продолжают искать способы добраться до них — например, с помощью ионного двигателя, проработавшего 35 500 часов на ксеноне. Но даже самая надёжная техника бессильна, если подводит связь в критический момент.