Представьте себе мир, где с неба сыплются не капли воды, а жидкий метан, где горы состоят из водяного льда, твердого как скала, а полярные шапки покрыты не привычным нам снегом, а залежами ацетилена. Это не декорации к фантастическому фильму, а реальный, осязаемый ландшафт Титана — крупнейшего спутника Сатурна, который продолжает удивлять планетологов. В марте 2007 года журнал New Scientist сообщил: полярные регионы Титана, вероятно, скрывают ацетиленовые ледники толщиной в несколько километров. На Земле это вещество знакомо разве что сварщикам — в наших условиях ацетилен существует лишь как газ. Но при температурах, царящих на Титане, он обретает совершенно иную форму.

Пластиковые извержения и углеводородные моря

Средняя температура на спутнике держится около –180 °C, а на полюсах столбик воображаемого термометра опускается ещё ниже. Этого с лихвой хватает, чтобы ацетилен перешёл в твёрдое состояние и накапливался гигантскими массами. Но и это не самая диковинная деталь титанианской геологии. Джеффри Каргел из Университета штата Аризона в Тусоне выдвинул гипотезу, которая звучит как сюжет научно-фантастического романа: время от времени на Титане могут происходить извержения… жидкого полиэтилена. По его мнению, массы этого вещества поднимаются из недр к коре спутника. Когда давление становится критическим, на поверхности может вздуться настоящий пластиковый «пузырь». Другие учёные не спешат отмахиваться от этой идеи — напротив, многие согласны, что дальнейшие наблюдения наверняка выявят и другие, не менее странные особенности этого мира.

Радарное сканирование, выполненное аппаратом «Кассини», уже позволило заглянуть под плотную оранжевую дымку, окутывающую Титан. В районе северного полюса обнаружились обширные углеводородные моря. Самое крупное из них, замеченное к тому моменту, раскинулось на площади около 100 000 квадратных километров. Джонатан Лунин, также из Университета Аризоны, подчёркивает: учёные десятилетиями строили гипотезы о существовании на Титане океанов, но только теперь, с появлением современных инструментов, им удалось подтвердить наличие морей, чьи размеры значительно превосходят все обнаруженные ранее озёра. Это открытие заставило пересмотреть баланс углеводородов на спутнике.

Куда пропал этан?

Долгое время высокое содержание метана в атмосфере Титана объясняли именно наличием гигантских метановых резервуаров на поверхности. Однако недавние расчёты показали: тех морей и озёр, что уже попали в объективы «Кассини», вполне достаточно, чтобы поддерживать наблюдаемую концентрацию газа. Но тут возникает новая загадка. При распаде метана в атмосфере неизбежно должен образовываться этан. По идее, за миллионы лет на Титане должен был накопиться целый океан этого вещества. Однако обнаружить его пока не удаётся — ни в виде обширных водоёмов, ни в каких-либо иных формах. Это несоответствие рождает два возможных объяснения. Либо темпы образования этана в теоретических моделях сильно завышены, либо он всё-таки существует, но прячется от глаз — сосредоточен в основном в подповерхностных резервуарах. Вторая версия выглядит особенно интригующе в свете других открытий «Кассини».

Кстати, мы уже писали о том, как этот же зонд зафиксировал нечто не менее загадочное: у поверхности Титана куда-то исчезает водород. Тогда в NASA допустили, что его могут потреблять гипотетические организмы, дышащие этим газом вместо кислорода, хотя и не исключали небиологическое объяснение. Подробнее об этом — в материале «Водород исчезает у поверхности Титана — и это может быть дыханием жизни». Сейчас же, размышляя о пропавшем этане, невольно задаёшься вопросом: не связаны ли эти аномалии в единую цепь? Может ли под ледяной корой и ацетиленовыми ледниками скрываться куда более сложная химическая кухня, чем мы можем себе представить?

Пока ответов нет. Но Титан, с его пластиковыми пузырями, метановыми ливнями и ледниками из сварочного газа, остаётся одним из самых многообещающих мест для поиска нестандартной химии — а возможно, и жизни, совсем не похожей на земную.