В 2009 году мир увидел лицо, скрытое три тысячелетия. Жрица Мересамун, служившая певицей в храме Амона, умерла около 800 года до нашей эры и была погребена по всем канонам древнеегипетского бальзамирования. Её саркофаг приобрёл в 1920 году Джеймс Генри Бристед, основатель Восточного института Чикагского университета, но лишь почти век спустя технологии позволили заглянуть внутрь, не потревожив покой усопшей. Современные технологии, такие как томография, позволяют изучать мумии без вскрытия, подобно тому, как спутниковые снимки нашли 17 пирамид под песком Египта, не нарушая их покой.

Сканер вместо скальпеля

Специалисты музея Восточного института не стали вскрывать саркофаг. Вместо этого мумию в полном погребальном облачении поместили в медицинский томограф. Полученные снимки обнародовали — и перед исследователями предстало изображение женщины, жившей во времена, когда Египет уже клонился к упадку, но ритуалы всё ещё соблюдались неукоснительно.

«Я крайне взволнована увиденным», — призналась египтолог доктор Эмилия Титер, руководившая исследованиями. Её волнение понятно: не каждый день удаётся без единого надреза рассмотреть черты человека, чьё тело готовили к вечности жрецы XXIII династии.

Портрет без изъяна

Что же рассказали снимки? Мересамун была стройна и, по оценкам экспертов, красива. Рост около 165 сантиметров, хорошее питание, ухоженная фигура. Но самая поразительная деталь — зубы. Ни одного гнилого, ни малейшего следа кариеса. Для египтянки того времени это редкость: абразивная пища с примесью песка от жерновов быстро стачивала эмаль и вызывала болезни. Жрица явно следила за собой и, возможно, имела доступ к более качественной еде, чем большинство современниц.

Она не рожала — эту подробность тоже установили по костям. Служба в храме Амона, где Мересамун была певицей, вероятно, требовала определённого образа жизни. Ритуальные песнопения, процессии, подношения богу — её дни проходили в стенах святилища, вдали от забот обычных женщин.

Загадка без ответа

И всё же главный вопрос остался без ответа: от чего она умерла? Загадки древних мумий не редкость — например, бородавка на лбу царицы Тии до сих пор вызывает споры, как и причина смерти Мересамун. На момент смерти Мересамун было не больше тридцати лет. На теле не нашли повреждений, видимых следов болезней не обнаружили. Мумия сохранилась исключительно хорошо — но причина ухода из жизни так и не проступила на томограммах. Возможно, разгадка кроется в тканях или внутренних органах, которые не удалось детально изучить без вскрытия. А может быть, жрицу сразила инфекция, не оставившая меток на костях.

Вечность взаймы

Глядя на лицо Мересамун, невольно задумываешься об иронии древнеегипетских ритуалов. Сами египтяне бальзамировали тела не для того, чтобы радовать археологов будущего. Их целью было воскресение — в буквальном смысле. Сохранение физической оболочки считалось залогом жизни после смерти. Вряд ли жрецы, пеленавшие тело жрицы, предполагали, что спустя три тысячи лет кто-то будет вглядываться в её черты с помощью лучей томографа.

Но факт остаётся фактом: именно благодаря скорбной процедуре мумификации мы теперь знаем, как выглядели эти люди. И если когда-нибудь методики извлечения ДНК и клонирования шагнут достаточно далеко, у мумий появится шанс на то самое воскресение, о котором молились их создатели. Впрочем, не все мумии ждали своего часа нетронутыми — золотая маска, болезнь и 20 смертей напоминают, что вторжение в гробницы иногда оборачивалось трагедией. У современных же людей, с их кремацией или разложением в земле, такого шанса нет вовсе.

Мересамун смотрит на нас сквозь тысячелетия — и её взгляд молчаливо напоминает: возможно, древние знали что-то, что мы только начинаем постигать.