В старом московском здании притаился музей, куда не зарастает тропа любопытных. До Пушкинского ему, конечно, далеко, но по накалу тайн он, пожалуй, даст фору любому классическому собранию. Музей истории парапсихологии и уфологии собрал то, от чего научный мейнстрим обычно отмахивается: свидетельства очевидцев невероятного, фото и видеосъемки аномалий, зарисовки от руки. А ведет по этим залам доктор медицинских наук, президент Фонда парапсихологии имени Л.Л. Васильева Андрей Ли — и его рассказ заставляет всерьез задуматься о границах реальности.

Телепатия под грифом «секретно»

Экспозиция начинается не с «тарелок», а с куда более тонкой материи — передачи мыслей на расстоянии. Оказывается, еще в 1875 году знаменитый химик Александр Бутлеров, изучая этот феномен, выдвинул электроиндукционную гипотезу: возможно, мозг работает как передатчик и приемник электромагнитных волн. Десять лет спустя английские исследователи Эдмунд Герней, Фредерик Майерс и Фрэнк Подмор в своей работе впервые использовали сам термин «телепатия».

Но настоящий размах исследования получили в СССР. В двадцатые годы прошлого века академик Владимир Бехтерев проводил серьезные эксперименты в Ленинградском институте по изучению мозга, а инженер Бернард Кажинский — тот самый, что вдохновлялся идеями Циолковского, — разрабатывал технические модели мысленной связи. Результаты, полученные этими специалистами, подтвердили: феномен существует. Видимо, поэтому уже в 1932 году институт получил государственное задание от Наркомата обороны — активизировать экспериментальные исследования телепатии. Научное руководство возложили на профессора Леонида Васильева.

Позже к закрытым разработкам подключилась Лаборатория биофизики Академии наук СССР под началом академика Петра Лазарева, а параллельно опыты вел профессор Сергей Турлыгин. В музее хранятся воспоминания этих ученых. «Приходится признать, что действительно существует некий физический агент, устанавливающий взаимодействие двух организмов между собой», — писал Турлыгин. А Васильев подводил итоги еще жестче: «Ни экранирование, ни расстояние не ухудшали результатов». Иными словами, мысль пробивала любые преграды и не затухала с километрами — что ставило в тупик классическую физику.

Следы неведомого в камне и металле

Раздел, посвященный НЛО, в музее не менее интригующий. О «тарелках» и «зеленых человечках» сегодня не говорит только ленивый, но если отбросить словесную шелуху, то реальных артефактов — тех, что можно подержать в руках, — единицы. А здесь они есть.

Сотрудники Ассоциации экологии непознанного обследовали предполагаемое место падения НЛО в Хабаровском крае. Там они нашли маленькие шарики из металла, который не могут идентифицировать современные ученые. Происхождение этих шариков остается загадкой — сплав не похож ни на один известный материал.

Еще один экспонат — находка известного археолога и исследователя аномального Вадима Черноброва. При раскопках он обнаружил крошечный окаменевший соленоид: маленькую катушку с металлической проволокой. Судя по степени окаменелости, этой катушке миллионы лет. Но человек в ту эпоху еще не существовал. Кто и зачем изготовил ее — вопрос, на который у науки нет ответа.

А вот стержень, найденный на Волге, добавляет еще больше загадок. Это древний металлический прут, на конце которого видны маленькие пузырьки металла — следы кипения. Чтобы довести металл до такого состояния, нужны технологии, изобретенные всего несколько лет назад. Как подобное могло появиться в глубокой древности? Музей не дает окончательных ответов, но сам факт существования этих предметов заставляет пересматривать привычную историю.

Дух просвещения и нераскрытые тома

В этом небольшом музее можно бродить часами, вглядываясь в уникальные экспонаты. Они лишний раз подтверждают: необъяснимое всегда шло бок о бок с человеком. Важно лишь относиться к этому бережно и внимательно — не отмахиваться, не высмеивать, а собирать и систематизировать. Ведь, как говорил поэт, «чудных открытий» просвещенья дух готовит нам еще немало. И судя по тому, что собрано в залах музея истории парапсихологии и уфологии, эти открытия могут оказаться куда удивительнее, чем мы привыкли думать.