Посёлок Лопьювад затерялся среди коми лесов — маленький, тихий, далёкий от больших городов. Казалось бы, идеальное место, чтобы спрятаться от суеты и тревог. Но именно здесь, в этом уединённом уголке, с 2006 года творится нечто, чему до сих пор нет внятного объяснения. Сами собой вспыхивают электроприборы, тлеют обои, загорается одежда в шкафах. И никто не может сказать почему.

Местные жители, конечно, сразу заговорили о «барабашке». Кто-то вспомнил старые байки про духов леса, кто-то — про полтергейст, который будто бы решил обосноваться в посёлке. Но огонь — шутка опасная, и шутить с ним никто не хотел. Вскоре в Лопьювад потянулись исследователи, журналисты и просто любопытные.

Одной из первых, кто попытался разобраться в происходящем, стала съёмочная группа программы «Очевидец». Они приехали в посёлок и застали там Татьяну — женщину, в чьей квартире странные возгорания случались чаще всего. На кадрах хроники видно, как корреспондент просит её поджечь что-нибудь на камеру. Татьяна смущённо улыбается и разводит руками: «Вот уж чего я не умею и не могу, так это поджигать вещи по заказу». В её голосе — ни тени лукавства. Она и сама, похоже, устала от этой напасти.

Феномен Лопьювада не вписывается в привычные схемы. Спонтанное возгорание предметов — вещь редкая, но не уникальная. В мире зафиксированы десятки подобных случаев, и каждый раз объяснения варьируются от шаровых молний до человеческого фактора. Однако в этом посёлке всё иначе: очаги возникают в разных домах, у разных людей, без видимой системы. Никто не видел поджигателя, и никаких улик, указывающих на умысел, найдено не было.

Пожарные и электрики проверяли проводку, вентиляцию, газовое оборудование — всё в порядке. Учёные предположили, что дело может быть в геомагнитных аномалиях или редких атмосферных явлениях. Но ни одна гипотеза пока не подтвердилась. А возгорания тем временем продолжаются — то стихнут на несколько недель, то вдруг напомнят о себе новой вспышкой.

Местные власти предпочитают не комментировать ситуацию, а жители учатся жить с оглядкой: выключают всё из розеток, убирают легковоспламеняющиеся вещи подальше и надеются, что однажды это закончится. Пока же Лопьювад остаётся точкой на карте, где реальность ведёт себя не по правилам.

Огонь по пятам: как семья из лесного поселка жила в страхе перед невидимым пламенем

Всё началось 12 сентября, около десяти вечера, когда Татьяна с детьми гостила у матери. Уже собрались домой — как вдруг, ни с того ни с сего, в коридоре вспыхнули занавески. Вода не помогала, пламя не сдавалось, и ткань пришлось бросить в печку, где она и догорела. Наутро отчим Татьяны, Алексей Александрович Трубачев, и её муж Яков Райнгардт зашли к родственнице, местной учительнице Раисе Дмитриевне Райнгардт, и поделились странной новостью.

«Слышь, Раиса, такое чудо произошло», — начал Трубачев. Оказалось, накануне в туалете, прямо в ведре, загорелась бумага. Поначалу подумал на дочь-семиклассницу Нину, но та была ни при чём. А потом началось: каждый час что-то да вспыхивало — то занавески, то полотенца. Странная деталь: рядом висели две тряпки, чистая и грязная, но горела именно чистая. Пробовали поджечь её спичками — не горит. «Мы с Яшкой думали, может, кто балуется», — рассказывал Алексей, но тщетно.

Испугавшись, Яков сбегал к матери за молитвенником. Стали читать молитвы — и тут на улице показались огоньки, словно кто-то нёс факелы. Они отдалялись от дома, и на время всё стихло. Но передышка была недолгой: вечером пожары возобновились. Три дня подряд в доме горели занавески, полотенца, скатерти, куртки, пальто, электрический шнур от холодильника, торшерный абажур. Заметили закономерность: огонь вспыхивал там, где находились Татьяна или её пятилетний сын Вовка.

Вскоре пламя перекинулось и на квартиру самой Татьяны. Там загорались обои, вещи. Спать ложились в одежде, как на вокзале, — боялись сгореть заживо. Однажды Яков уехал на охоту, и Татьяна, страшась ночевать одна, пошла к соседке. Но и в чужом доме вспыхнул огонь. Дети соседки перепугались, а Татьяна в ужасе осознала: всё загорается именно при ней. Семью охватил шок, сама женщина была в панике.

Из райцентра вызвали пожарных. Те осмотрели дом и посоветовали Татьяне съездить в Сыктывкар… к врачам. «Подлечись, девонька», — сказали они. Но как? Билет до города стоил 45 тысяч рублей — огромные деньги для жителей лесного посёлка, где в Тимшерском леспромхозе давно не видели зарплаты. С трудом выбили средства у директора, и Яков повёз жену в город.

Ехали на леспромхозовском автобусе. В салоне пахло бензином, и пассажиры, наслышанные об «особенностях» Татьяны, почти всю дорогу провели в напряжении: не загорится ли автобус? Обошлось. В Сыктывкаре, однако, Райнгардтов никто не ждал. Их гоняли из одной поликлиники в другую, пришлось съездить даже в Эжву. В психиатрической больнице долго не церемонились: «Вы нам сказки не рассказывайте, лучше подожгите взглядом занавески — тогда поверим». Но Татьяна не могла поджигать по заказу — и многое бы отдала, чтобы этого «умения» у неё вовсе не было. В итоге в диагностическом центре выдали справку, что она совершенно нормальный человек. С этой бумагой и вернулись домой.

А по посёлку уже ползли слухи: мол, огонь горит синим пламенем и не обжигает рук, а у Татьяны красные глаза. Рассказывали и про мотоцикл: будто Яков собрался на охоту, жена воспротивилась, и когда он стал заводить мотоцикл, колесо оказалось спущенным. Качал-качал — без толку, а заглянув, обнаружил, что камера сгорела прямо в колесе. Яков эту историю опроверг: «С мотоциклом ничего такого не было. Камера сгорела, но не в колесе, а в коридоре, вместе с тряпками».

В доме Райнгардтов стоял устойчивый запах гари — словно пришли не в квартиру, а на пожарище. Татьяна, на вид обычная женщина, рассказала, что чувствует перед возгоранием: «Обычно голова сильно болит, места себе не нахожу, а когда что-то загорится, сразу испытываю облегчение». После возвращения из Сыктывкара случаи не прекратились: 9 октября в доме матери загорелась обувь — обгорели пимы, унты, валенки. Скоро зима, а надеть нечего. Ещё и кресло чуть не сгорело — еле потушили.

Мать Татьяны, Елена Владимировна, так расстроилась, что её пришлось везти в Усть-Кулом, в районную больницу, где ставили капельницы и делали уколы. Немного полегчало, но тревога не отпускает: женщина переживает за дочь и внука, не понимает, что за напасть обрушилась на семью.

Старики в посёлке твердят: шалит нечистая сила. Советовали свозить Татьяну в церковь. Поехали в Гыелдино — ближе церкви нет, — но священника на месте не оказалось, причаститься не удалось. В комнатах расставили иконы, приходила бабушка, окропила углы святой водой, косой помахала — а вещи всё равно загораются. Любопытная подробность: огонь всегда начинается с середины предмета, а не с края.

Месяц беспрерывной борьбы с огнём не прошёл бесследно. Яков пытается бодриться, говорит, что жить стало веселее. Но тёще и жене не до смеха: в их глазах застыла боль и тревога — где полыхнёт в следующий раз? Впору закричать: «Оставь нас в покое, Барабашка». Прощаясь, они просили, словно о последней надежде: «Вы напишите, обязательно напишите, может, кто-то откликнется, поможет нам…»

Объяснений этому феномену искали много. Некоторые исследователи полтергейста связывали его с ухудшением уровня жизни и ростом психического напряжения. Недовольство окружающим миром, длящееся месяцами и годами, грозовые конфликты в семьях — всё это копит «дурную» энергию. Подсознательное желание вырваться из сжимающего мира приводит к бессознательной борьбе, где один человек становится движущей силой, а остальные его подпитывают. Когда энергия разряжается, начинают летать предметы, раздаваться звуки, возникать пожары. Татьяна после школы пыталась поступить в медучилище, но не прошла по конкурсу — и эта нереализованная мечта, возможно, лишь одна из многих трещин, через которые прорывался тот самый «огонь».

Кстати, похожие случаи, когда необъяснимые явления в итоге находили вполне земное объяснение, мы уже разбирали — например, в истории с лужами, которые появлялись сами собой, пока девочка не призналась, что это она. Но здесь, в Лопьюваде, признаний не последовало, и загадка осталась открытой.

В далеком лесном поселке Лопьювад, затерянном среди бескрайних таежных просторов, происходит нечто, чему трудно найти рациональное объяснение. Местные жители уже несколько месяцев живут в атмосфере страха и недоумения: в их квартирах сами собой вспыхивают электроприборы, обои, одежда. Огонь возникает внезапно, без видимой причины, и так же неожиданно гаснет, оставляя после себя лишь запах гари и обугленные предметы.

Первые случаи зафиксировали еще в начале года. Тогда жители списывали их на неисправную проводку или забытую на плите пищу. Но вскоре стало ясно: дело не в человеческой халатности. В одном из домов загорелся выключенный из розетки телевизор, в другом — стопка свежего белья в шкафу, в третьем — обои на стене, причем пламя словно скользило по поверхности, не оставляя глубоких следов. Самое странное — возгорания не подчиняются никакой логике: они могут начаться в пустой комнате, ночью, когда все спят, или средь бела дня на глазах у хозяев.

Поселок Лопьювад — место глухое, добраться сюда можно только по зимнику или на вертолете. Постоянного населения — чуть больше сотни человек, в основном лесозаготовители и их семьи. Слухи о «проклятом месте» быстро расползлись по округе, и теперь некоторые жители всерьез подумывают о переезде. Местный участковый, по словам очевидцев, лишь разводит руками: криминала нет, умышленных поджогов не обнаружено, а пожарная инспекция не находит нарушений.

Ученые и эксперты пока не спешат с выводами. Одна из гипотез — редкая форма шаровой молнии, которая способна проникать в помещения и вызывать точечные возгорания. Другие вспоминают о феномене полтергейста, когда необъяснимые явления связывают с психоэмоциональным состоянием человека — часто подростка или человека в стрессе. Кстати, мы уже писали о похожем случае, когда лужи появлялись сами собой — пока девочка не призналась, что это она: за загадочными событиями стоял вполне земной шутник. Не исключено, что и в Лопьюваде причина окажется прозаичнее, чем кажется на первый взгляд.

Тем временем поселок продолжает жить в напряжении. Люди стараются не оставлять без присмотра электроприборы, запасаются огнетушителями и с опаской ждут новых происшествий. Кто-то винит во всем аномальную зону, кто-то — потусторонние силы, а кто-то просто надеется, что череда пожаров прекратится так же внезапно, как и началась. Пока же вопросов больше, чем ответов, и Лопьювад остается местом, где реальность словно играет с огнем — в самом прямом смысле.