Где именно заканчиваются динозавры и начинаются птицы? Вопрос, который на первый взгляд кажется простым, на деле превращается в таксономическую головоломку, где каждый новый ископаемый экземпляр способен перевернуть устоявшуюся схему. Палеонтолог Джингмай О'Коннор в интервью Британской энциклопедии разбирает этот пограничный случай на примере двух существ — Anchiornis и Archaeopteryx, — чьи перья и кости заставляют учёных спорить о самом определении птицы.

Спор о пернатых соседях

История начинается с небольшого динозавра по имени Anchiornis. Первоначально его отнесли к троодонтидам — группе хищных динозавров, которые считаются ближайшими родственниками птиц среди всех нептичьих динозавров. Казалось бы, всё логично: вот троодонтиды, вот птицы, и Anchiornis стоит где-то у самого основания птичьей ветви.

Но чем больше находили похожих на Anchiornis существ, тем яснее становилось, что они образуют собственную маленькую группу. И вот тут возникает интрига: эта группа оказывается сестринским таксоном по отношению к Archaeopteryx и всем остальным птицам. Сестринский таксон — это как двоюродный брат: не прямой предок, но ближайший известный родственник на эволюционном древе.

Перед учёными встал выбор. Можно определить птиц как «Archaeopteryx плюс Anchiornis и его родня» — тогда граница птиц расширится и захватит часть троодонтидоподобных существ. А можно провести черту строже: птицы — это только Archaeopteryx и всё, что после него. О'Коннор уверенно склоняется ко второму варианту, и её аргумент прост: полёт.

Крылья, которые не летают

Взгляните на крылья Anchiornis. Точнее, на то, что учёные называют «протокрыльями». Эти конечности покрыты перьями, но, по словам О'Коннор, они «определённо не способны к полёту». Без всяких сомнений, Anchiornis не был летающим животным. Его перья могли служить для демонстрации, терморегуляции или планирования с ветки на ветку, но не для машущего полёта.

А вот Archaeopteryx — совсем другое дело. У него есть все признаки того, что он мог летать. Маховые перья асимметричной формы, крепкий плечевой пояс, увеличенная грудина для крепления летательных мышц — всё это указывает на реальную способность к полёту, пусть и не такую совершенную, как у современных птиц.

Именно появление полёта в этой конкретной линии динозавров, считает О'Коннор, и делает Archaeopteryx настоящей птицей. Полёт стал тем эволюционным новшеством, которое отделило птиц от их пернатых, но нелетающих родственников.

Почему полёт важнее перьев

Тут кроется принципиальный момент. Многие думают, что птиц определяют перья. Но перья появились задолго до птиц — их находят у множества динозавров, включая тех же троодонтид и даже более далёких родственников, таких как тираннозавроиды. Если считать перья главным признаком птицы, то почти половина теропод внезапно окажется птицами.

Полёт — критерий куда более строгий. Он требует целого комплекса анатомических изменений: облегчённого скелета, сросшихся костей, особого строения крыла и хвоста. Именно этот комплекс и отделяет Archaeopteryx от Anchiornis, несмотря на их внешнее сходство и близкое родство.

О'Коннор подчёркивает: никто пока не привёл убедительного аргумента в пользу того, что эти чуть более древние, вероятно троодонтидные динозавры действительно были птичьими троодонтидами. Иными словами, попытки расширить определение птиц, включив туда Anchiornis и его родню, пока не выдерживают критики.

Граница, которую мы проводим сами

Спор об Anchiornis и Archaeopteryx — не просто кабинетная таксономическая возня. Он показывает, как палеонтологи на практике решают, где заканчивается одна группа и начинается другая. В палеонтологии нет чётких линий на песке: есть непрерывный поток форм, и любую границу приходится проводить искусственно, опираясь на ключевые эволюционные инновации.

Для птиц такой инновацией стал полёт. Перья появились раньше, но именно способность подняться в воздух превратила одну из ветвей динозавров в тех существ, которых мы сегодня видим за окном. И Anchiornis, со своими протокрыльями, остался по ту сторону границы — пернатым, но не птицей.

Вопрос о том, где именно проходит эта граница, вряд ли закроется окончательно. Новые находки, особенно из юрских отложений Китая, продолжают добавлять кусочки в мозаику. Но пока наиболее логичной выглядит позиция О'Коннор: птицы — это не просто пернатые динозавры, а именно та линия, которая научилась летать.