Зов пустыни, или Как ленинградка переписала законы физики

Антуан де Сент-Экзюпери писал: «Знаешь, от чего хороша пустыня? Где-то в ней скрываются...» Эти слова невольно всплывают в памяти, когда сталкиваешься с историей Нинели Сергеевны Кулагиной — женщины, чьи способности десятилетиями будоражили научный мир и бросали вызов самому фундаменту материализма. Во второй половине XX века страсти вокруг её феноменального дара то затихали, то вспыхивали с новой силой. Сегодня, когда рассекречены архивы, а свидетельства учёных перестали быть достоянием узкого круга, самое время заново осмыслить эту загадку — без скептического высокомерия, но и без слепой веры в чудеса.

Всё началось с бытового, почти невинного открытия. В многочисленных публикациях о Кулагиной неизменно подчёркивается момент потрясения: она вдруг поняла, что с завязанными глазами безошибочно определяет цвета тканей и бумаги, запечатанных в чёрные светонепроницаемые конверты. Никто из домашних повторить этот «трюк» не смог. Тогда Нинель Сергеевна задалась новой целью — читать пальцами газетные и книжные страницы. Поначалу ничего не выходило, но после изнурительных мысленных тренировок результат пришёл: она научилась воспринимать текст прикосновением любого открытого участка кожи, даже в полной темноте. Это было лишь началом.

Вскоре она обнаружила, что может воздействовать на предметы на расстоянии. Конверты, разложенные на столе в двух метрах от неё, под её пристальным взглядом начинали двигаться, меняя траектории по желанию. Кульминацией этих опытов стал случай с графином весом 380 граммов — Кулагина, буквально прожигая его взглядом, заставляла сосуд ползти в нужном направлении. Позже она освоила левитацию лёгких объектов: шарик от пинг-понга зависал между её разомкнутыми ладонями, вращаясь в воздухе, а гирлянды из клочков бумаги удерживались над столом без видимой опоры. Ещё более поразительным выглядело её взаимодействие с электроникой: не прикасаясь к кнопкам, она мысленно переключала телевизионные каналы, регулировала громкость, контрастность и яркость, включала и выключала сам телевизор. Подобное воздействие на электрические приборы наблюдалось и в других случаях, например, когда секретарша ломала электричество взглядом. На расспросы о природе этих «чудес» Кулагина отвечала просто: всё дело в концентрации мысли, в умении сильно желать чего-то, и тогда желаемое осуществится. Эти слова, звучащие почти как афоризм из дневников стоика, стали её кредо.

Наука берётся за приборы

С 1960 года феномен Кулагиной оказался под прицелом учёных. Параллельно сформировался и лагерь скептиков, чьи нападки порой переходили в откровенную травлю. Дело дошло до суда: 14 декабря 1987 года Дзержинский районный суд Москвы по иску Кулагиной о защите чести и достоинства обязал журнал «Человек и закон», опубликовавший необъективный материал, дать опровержение. Это был знаковый прецедент — впервые в СССР судебная инстанция безоговорочно признала реальность явлений, которые, как писала тогда «Комсомольская правда», «в корне расходятся с материализмом, тяготеют к тому, что в народе исстари называли колдовством». Интересы Кулагиной представлял военный прокурор Р.В. Платов, строивший защиту на заключениях таких авторитетов, как академик Л. Васильев, профессора С. Левин и М. Мирская, кандидат медицинских наук Д. Гальперин, врач С. Фейнберг.

Ключевым моментом процесса стала демонстрация телепатии. Кулагина с плотно завязанными глазами угадывала образы, которые мысленно «рисовал» доцент П. Буль — автор хрестоматийной книги по гипнозу, изданной на многих языках. «Что же, Нинель Сергеевна видит то же, что мысленно видите вы?» — изумился судья. «Именно так, и это телепатия в чистом виде», — подтвердил Буль. Академик Васильев, выступая в суде, подчеркнул, что благодаря электронным приборам, способным фиксировать сверхслабые излучения и поля, исследователи впервые получили возможность присутствовать при настоящем чуде. «Тридцать лет работаю в области парапсихологии, но таких разносторонних способностей, как у Кулагиной, не наблюдал никогда», — резюмировал он.

Исследования велись в ведущих научных центрах страны: МГУ, Всесоюзном НИИ метрологии имени Д.И. Менделеева, Ленинградском психоневрологическом институте имени В.М. Бехтерева. Даже завзятые скептики были вынуждены признать, что получены «ошеломляющие тупиковые для современного состояния знаний о природе вещей результаты». Однако настоящий прорыв совершили учёные Института радиотехники и электроники АН СССР. Академик Ю.Б. Кобзарев, известный трудами по статистической радиотехнике, теории колебаний и импульсной радиолокации, сумел зафиксировать то, что ускользнуло от предшественников.

Нимбы и кристаллы: физика невероятного

Эксперименты Кобзарева принесли визуальные доказательства необычных полей вокруг Кулагиной. Стоило посмотреть на её руки и голову через специальные поляризационные светофильтры, как становились отчётливо видны световые потоки, исходящие от рук, а вокруг головы — светящиеся нимбы. Это свечение напоминает эффекты, которые позже научились фиксировать на фото души: от нимба до пробоин в ауре. Академик, ректор МГУ Р.В. Хохлов, комментируя это, подчёркивал: речь не об исключительности или святости испытуемой, а о вполне конкретном физическом явлении. Незадолго до своей трагической гибели в горах Хохлов высказал предположение, что Кулагина, дистанционно воздействуя на предметы, способна изменять параметры окружающего пространства, придавая ему свойства идеальной электропроводности.

Кобзарев же обнаружил и другой эффект: руки, пальцы и открытые участки тела Кулагиной покрывались микроскопическими кристаллами, которые воздействовали на кожу человека при прикосновении. Это объясняло её способность наложением рук исцелять застарелые, порой считавшиеся неизлечимыми болезни. Академик не сомневался, что лечение осуществляется посредством электромагнитных излучений — вполне материальных и надёжно регистрируемых приборами. Таким образом, в феномене Кулагиной, по его мнению, не было ничего противоестественного — только непознанные пока законы физики.

Любопытную гипотезу выдвинул австрийский врач-психиатр Рой Томас. Он утверждал, что источник «воздействующего мастерства» Кулагиной кроется в головном мозге, который генерирует мощные энергии, подпитываемые изменчивыми гравитационными полями. Эта идея перекликается с более поздними теориями о связи сознания и гравитации, хотя и остаётся спекулятивной. Томас ссылался на некий сегмент экспериментальной космической программы, в рамках которого Кулагина якобы корректировала самочувствие советских космонавтов, помогала им адаптироваться к невесомости и восстанавливаться после полётов. Косвенно это подтверждается воспоминаниями лётчика-космонавта Бориса Егорова, доктора медицинских наук и автора книги «Космическая биология и медицина». Он рассказывал, что в замкнутом пространстве корабля чувствовал её присутствие, иногда видел вибрирующий профиль, когда просил и получал помощь, не прибегая к медикаментам.

Мозг как источник чуда

Известный нейрохирург и доктор физики Исайя Броэл, анализируя случай Кулагиной, пришёл к выводу, что мозг, стабильно пребывающий в перевозбуждённом состоянии, порождает отклонения, близкие к патологиям. Однако он подчёркивал, что в прошлом наблюдались даже более эффектные феномены, но они не имели «сугубо мозговой этиологии, не зависели от психики носителя». К таким феноменам можно отнести и случай прогулки по углям при 1500°C, где тело не подчинялось обычным законам физики. Кулагина же, по его мнению, «чиста в уникальности выдающегося дара». Самое ценное, считал Броэл, — то, что демонстрируемое ею потенциально доступно каждому человеку при условии обучения по специальной методике. Эта мысль перекликается с убеждением самой Нинели Сергеевны: «Если сильно хотеть чего-то, концентрировать на желаемом помыслы, несомненно, желаемое осуществится». В этой фразе — не магия, а скорее указание на нераскрытые резервы человеческой психики.

Кем же была Нинель Кулагина — уникумом, опередившим науку, или искусной мистификаторшей? Однозначного ответа нет до сих пор. Скептики указывают на отсутствие строгих протоколов в ранних экспериментах, на возможные уловки. Однако свидетельства учёных такого калибра, как Кобзарев и Хохлов, а также судебное признание её способностей заставляют отнестись к феномену серьёзно. Возможно, мы имеем дело с проявлением тех самых скрытых сил, о которых писал Сент-Экзюпери — сил, дремлющих где-то в глубинах человеческого сознания, подобно родникам в пустыне. И кто знает, какие ещё «нимбы» и «кристаллы» ждут своих исследователей в лабиринтах мозга, когда приборы станут достаточно чувствительными, а научная парадигма — достаточно смелой.