Бывают услуги настолько бесценные, что отплатить за них можно только неблагодарностью — заметил как-то Александр Дюма-отец. Археология, пожалуй, знает эту истину лучше других: каждая экспедиция к древним руинам щедро одаривает исследователей загадками, а в ответ получает лишь новые предположения, порой граничащие с абсурдом. Но что, если одна из таких «бесценных услуг» скрыта в самом сердце Египта, в храмах и гробницах, где, похоже, горел электрический свет?

Следы, которых не могло быть

В 1922 году Говард Картер вскрыл погребальную камеру Тутанхамона. Нетронутые сокровища и яркие фрески поражали воображение, но одна деталь поставила учёных в тупик: на росписях не было ни малейшего намёка на копоть. А ведь художники наносили изображения на сырую штукатурку в полной темноте, в глубине скального монолита Долины Царей. Факелы или масляные светильники оставили бы следы — их не было. Система зеркал? Расчёты показали её невозможность в узких коридорах. Оставалось немыслимое: освещение электрическими лампами. И это не единичная аномалия.

Святой Августин в IV–V веках описывал лампу в храме Изиды, которую не могли погасить ни ветер, ни вода. Плутарх упоминал светильник у входа в храм Амона-Ра, горевший, по словам жрецов, несколько столетий. Конечно, это литературные источники — но что, если у них есть материальное подтверждение?

Рельефы, похожие на схему

В октябре 1979 года немецкий инженер-электрик Р. Хаббек с группой из пяти человек обследовал храм богини Хатор в Дендере. В длинных узких комнатах (4,6 на 1,12 метра), считавшихся культовыми, их внимание привлёк необычный рельеф. На нём — фигуры людей и гигантские прозрачные колбы, внутри которых извиваются змеи. Хаббек увидел в них лампы накаливания: змеи — нити накала, их острые хвосты уходят в «цветок лотоса», напоминающий цоколь или патрон. От устройства тянется кабель к ящику, похожему на распределительный щиток. Рядом — демон с двумя ножами лезвиями вверх, словно символ защиты, предупреждение об опасности, как современный череп с костями.

Эти рельефы впервые заметил французский исследователь Огюст Мариэтт ещё в конце 1860-х годов, но расшифровать иероглифы рядом с ними не смог. Специалист по электротехнике В. Харн пошёл дальше: он предположил, что «столбы Джед», на которых покоятся колбы, — это изоляторы высокого напряжения. Тогда змеи — не что иное, как спиралевидный газосветовой разряд, срывающийся с лепестков «лотоса» под действием высокого напряжения. Чтобы изобразить такое, древние мастера должны были обладать хотя бы элементарными знаниями электротехники.

Генератор жрецов

Харн реконструировал действующую модель генератора, подобного генератору Ван-де-Граафа. В нём электрические разряды поступают по изолированной ленте и накапливаются в сфере, создавая напряжение в сотни тысяч вольт. Соединения на рельефах храма Хатор, похожие на кабели, ведут к «ящикам» — возможно, именно к таким генераторам. Харн описал свой опыт: «Если откачивать воздух из стеклянной колбы с двумя металлическими стержнями, электрический разряд наступает при намного более низком напряжении. При давлении 40 миллиметров ртутного столба от одного стержня проскакивает ниточный разряд со свечением. Если продолжить откачку, разряд расширяется, пока не заполнит всю колбу. Всё это полностью соответствует рельефу в храме Хатор».

Здравый смысл кричит, что это невозможно. Но кто мы такие, чтобы решать, что возможно в мире, полном чудес и тайн? Быть может, древние египтяне знали об электричестве куда больше, чем мы привыкли думать. И, как напоминает Дюма, их бесценный дар — эта загадка — пока не находит у нас иной платы, кроме скептической неблагодарности.