В лаборатории криологии почв Института физико-химических и биологических проблем почвоведения РАН прозвучала идея, способная перевернуть привычные представления о поиске жизни на Марсе. Заведующий лабораторией Давид Гиличинский выдвинул тезис, который, на первый взгляд, кажется парадоксальным: искать живые организмы на Красной планете нужно не на поверхности, а в толще вечной мерзлоты. Именно там, вблизи древних вулканов, могли сохраниться микроорганизмы, пережившие миллиарды лет планетарных катастроф.

Почему мерзлота — убежище для жизни

Выступая на конференции по астробиологии, организованной фондом «Династия» при поддержке британского консульства в Петербурге, Гиличинский напомнил: земная мерзлота — единственное место, где микроорганизмы способны сохранять жизнеспособность на протяжении геологических эпох. Многолетние экспедиции в Арктику и Антарктику подтверждают это: в мерзлом грунте находили живых существ, пролежавших в анабиозе около трёх миллионов лет. А семена, извлечённые из льдов возрастом 30 тысяч лет, удалось прорастить — казалось бы, вопреки всем законам биологии.

Если на Земле мерзлота служит природным криобанком, то на Марсе, где поверхность безжалостно стерилизована космической радиацией и перепадами температур, именно подповерхностный лёд может быть последним пристанищем жизни. Учёные называют Красную планету «планетой, богатой водой», имея в виду колоссальные зоны мерзлоты: уже на глубине 60–70 сантиметров начинается мёрзлый грунт. Но разница в возрасте колоссальна. Самой древней арктической мерзлоте — около трёх миллионов лет, тогда как марсианская может насчитывать три миллиарда лет. Этот временной разрыв и есть главная интрига: способна ли жизнь сохраняться в таких масштабах?

Термальные оазисы в царстве холода

Ответ, возможно, кроется в вулканической активности. Команда Гиличинского сосредоточилась на так называемых термальных оазисах — участках вблизи марсианских вулканов, где тепло недр подтапливает мерзлоту, создавая локальные зоны с жидкой водой. На Земле аналогичные условия существуют, например, на Камчатке: в горячих источниках с температурой 70–80 градусов были обнаружены термофильные микроорганизмы. Логика проста: если жизнь способна процветать в кипятке у жерла вулкана, почему бы ей не укрыться в тёплых карманах под марсианской поверхностью?

Извержения вулканов делают мерзлоту вблизи термальных источников значительно моложе окружающей породы. А данные зонда «Марс-Экспресс» подарили учёным новую надежду: на планете обнаружены вулканы, извергавшиеся всего 2–15 миллионов лет назад — по геологическим меркам, практически вчера. Это означает, что где-то под ними может залегать относительно «свежая» мерзлота, не подвергавшаяся миллиардам лет губительного воздействия.

Следы воды и древние фумаролы

Марс не всегда был ледяной пустыней. Около четырёх миллиардов лет назад планета пережила мощную метеоритную бомбардировку, которая лишила её тепла и влажности. Однако речные долины Амазонийской эры — а некоторые, как предполагается, формировались и в поздние эпохи, вплоть до наших дней — свидетельствуют о том, что вода текла по поверхности гораздо дольше, чем считалось ранее. Особый интерес вызывает кратер Лио: его долины могли образоваться из-за таяния верхнего слоя льда, причём этот процесс, возможно, не завершился до сих пор.

Снимки с марсианской орбиты позволили геологам распознать структуры, очень похожие на древние гидротермальные источники — фумаролы. Ранее марсоход Opportunity уже находил следы горячих источников в марсианском кратере. На Земле именно такие места считаются колыбелью жизни, где минеральные растворы и тепло создают идеальные условия для зарождения первых организмов. Если на Марсе существовали фумаролы, значит, там тоже имелись все необходимые предпосылки для возникновения жизни.

Косвенные доказательства и антарктический ключ

Прямых доказательств существования марсианской жизни пока нет. Все аргументы Гиличинского и его коллег — косвенные: наличие воды, вулканического тепла, аналогии с земными экосистемами. Но в совокупности они рисуют убедительную картину. Тёплый и влажный климат прошлого, следы гидротермальной активности, способность микроорганизмов выживать в мерзлоте — всё это позволяет предположить, что жизнь могла не только возникнуть на Марсе, но и сохраниться до наших дней, пусть и в глубокой «спячке».

Чтобы приблизиться к разгадке, учёные намерены изучать безводные долины Антарктиды. Тамошняя мерзлота древнее арктической — её возраст достигает восьми миллионов лет, и по своим характеристикам она ближе к марсианской. Если в антарктических льдах удастся найти жизнеспособные организмы, это станет весомым аргументом в пользу того, что и на Марсе жизнь могла пережить куда более долгий срок. На Земле уже удавалось обнаружить жизнь на глубине 1626 м под дном океана, что расширяет представления о возможных убежищах для микроорганизмов. Однако Давид Гиличинский призывает к осторожности: разница между тремя миллионами и тремя миллиардами лет остаётся колоссальной, и вопрос о пределе сохранения жизни пока открыт.

Проект, поддержанный новозеландскими учёными, продолжает развиваться, и, вероятно, получит финансирование на дальнейшие исследования. Если гипотеза подтвердится, это будет означать, что жизнь — не хрупкий феномен, обречённый исчезать при малейших изменениях климата, а упрямая сила, способная цепляться за существование в самых экстремальных условиях. И тогда фраза Альбера Камю, вынесенная в заголовок, заиграет новыми смыслами: демократия, как и жизнь, — это не власть большинства обстоятельств, а защита меньшинства, укрывшегося в глубине.