Наверное, ни один другой фараон не запомнился так, как Рамсес II. Прожив 90 лет, он 60 лет правил Египтом и вошёл в историю как фараон-строитель, оставив сооружения, обессмертившие его имя. Но за монументальным величием скрывается личность, сотканная из противоречий: тщеславный правитель, объявивший неудачную битву триумфом, многожёнец, чьё сердце принадлежало одной женщине, и визионер, превративший столицу в сверкающий золотом лабиринт.

Первый шаг к бессмертию: стереть прошлое

Взойдя на престол после отца Сети I, Рамсес II сразу взялся за переписывание истории. Он распорядился сколоть и замазать имена прежних фараонов на всех монументах — египтяне должны были знать и помнить только его. Даже в Карнаке, величественном храме бога Амона, честолюбивый фараон приказал стереть следы предшественников и заменить их собственным именем. На церемонии коронации его одновременно провозгласили фараоном и верховным жрецом всего Египта. Поначалу власть над религиозным сознанием подданных была для него важнее всего остального, и он позаботился, чтобы оракул на празднестве Амона «подсказал» назначить главным жрецом Карнака его любимца Небвененефа. В самом начале правления, ещё не имея заслуг, Рамсес II велел называть себя Благодетелем страны, Избранником Амона и Непобедимым героем.

Кадес: поражение, ставшее «победой»

На четвёртом году правления Рамсес II захотел стяжать славу полководца. Главными врагами египтян на протяжении жизни нескольких поколений считались хетты. Первое сражение с ними удалось выиграть, и окрылённый успехом фараон решил через год завершить войну окончательным разгромом противника. Во главе двадцатитысячного войска он двинулся из Мемфиса к городу Кадес — хотел захватить столицу хеттского царя и присоединить его владения. Возле Кадеса, на территории современной Сирии, сошлись два войска в жестокой битве. Это первое в мировой истории сражение, о котором сохранились многочисленные документальные сведения — древние летописи обеих сторон.

Пронырливые вражеские лазутчики разведали о продвижении египтян, и в бою хетты сумели заманить в ловушку Рамсеса II с малочисленным отрядом личной охраны. Случайно оказавшиеся поблизости египетские воины едва успели вызволить своего «непобедимого» военачальника из позорного плена. Сражение было упорным и долгим, но под конец египтяне отступили и убрались восвояси. В хеттских летописях битва под Кадесом названа великой победой хеттов. Однако Рамсес II послал в столицу донесение: «Я победил их всех. Я один, потому что моя пехота и боевые колесницы бросили меня на произвол судьбы». По его приказу бесславное поражение объявили выдающейся победой, а самого фараона велели чествовать как величайшего полководца. Найдены два египетских папируса с хвалебными гимнами в честь этой «победы», и подобные тексты выбили на каменных стенах многих храмов.

Дипломатия и гарем: семь жён и одна любовь

Рамсес II проявил себя и ловким дипломатом, заключив с царём хеттов Хаттушилисом мирный договор. Сохранились каменные плиты с условиями соглашения 1259 года до н.э. Через несколько лет фараон закрепил выгодный союз женитьбой на старшей дочери Хаттушилиса. За долгую жизнь у него было семь жён, и все они жили в пышно разукрашенных дворцах, окружённые почестями. Но больше всех фараон любил Нефертари, на которой женился в ранней молодости. Любимая жена была рядом с ним до самой своей смерти, на 24 году правления супруга. Рамсес II осчастливил законным браком ещё по крайней мере шесть женщин — почти все они были его близкими родственницами: младшая сестра Хенутмире, а потом по очереди трое дочерей — Муритамун, Бинт-Анат и Небеттауи. Кроме того, у фараона был целый гарем наложниц, попасть в который считалось завидной участью; там были красавицы знатного происхождения из разных стран и даже две принцессы — дочери хеттского царя. Но в загробном мире Рамсес II хотел иметь подле себя только Нефертари и запечатлел это стремление в выразительных каменных рельефах. Он повелел выстроить в честь любимой жены целый храм Хатхор в Абу-Симбеле, а в знак бесконечной любви и уважения приказал изобразить покойную супругу как воплощение прекраснейшей Хатхор — богини любви и музыки. Гробница Нефертари считается шедевром древнеегипетской архитектуры.

Наследие в камне и золоте

В чём Рамсес II действительно преуспел, так это в возведении храмов, монументов и обелисков. Его строительный размах сравним с амбициями фараона-изгоя, отменившего всех богов и построившего город-мираж. В главном храме при нём воздвигнут целый лес из 134 колонн, некоторые достигали в высоту 24 метров. В Мемфисе он велел установить огромные статуи, а в Фивах на западном берегу — выстроить для себя дворец-мавзолей Рамсессум. В 1269 году до н.э. фараон перенёс столицу из Мемфиса в дельту Нила и основал новый город Пирамес. Немецкий профессор-египтолог из Хильдесхайма Эдгар Пуш с 1980 года освобождает от многовековых наслоений фундаменты этой необычайной резиденции. Анализируя множество мелких находок, он и его коллеги пытались разгадать сложнейшую головоломку: где был дворец, где храм, где жилые кварталы слуг и горожан?

На помощь пришли мюнхенские геофизики. С помощью цезиевого магнетометра они обследовали предполагаемую территорию столицы. Точный прибор сделал отчётливые снимки скрытых под слоем земли руин и выдал археологам такой подробный и ясный план города, о каком они не смели и мечтать. В некоторых местах культурный слой с остатками древних построек из сырцового кирпича начинался буквально на глубине 20 сантиметров под вспаханным полем. На плане, прямо под пшеничным полем, археологи увидели очертания обширной прямоугольной постройки. С помощью цезиевого магнетометра они обследовали предполагаемую территорию столицы — метод, напоминающий поиск 17 пирамид под песком Египта с помощью инфракрасных спутниковых снимков. Найденные там ступни гигантской статуи фараона, вензеля с именем Рамсеса II и другие надписи на камнях указывают, что это, вероятно, руины храма. На инфракрасном снимке хорошо видны улицы, здания, каналы и даже мол в гавани. Для уточнения плана учёные сравнивают его с найденным на древнеегипетском мавзолее рельефом, представляющим парадное здание дворцового комплекса. Археологи считают, что обнаружили именно эту постройку, площадь которой составляет более шести тысяч квадратных метров.

Недавно Эдгар Пуш порадовал научный мир замечательной находкой: он нашёл обломки, частично покрытые обильной позолотой. Золочёные фрагменты подтверждают легендарные сведения о сказочно роскошном убранстве зданий в новой столице, в частности, об узорных, вымощенных золотыми плитами полах. Поначалу у археолога не было уверенности, что эти фрагменты относятся ко времени правления «бессмертного» Рамсеса II. Установлено, что золото получено из нубийских плавилен, а обрабатывали его в Пирамесе. Эта находка перекликается с открытием золотых фигурок из дельты Нила, показавших, что драгоценный металл связывал регионы Египта за тысячу лет до Рамсеса. Но один невзрачный обломок, извлечённый из того же слоя, что и куски «золотого пола», разрешил все сомнения: на нём стояло имя Рамсеса II. Именно этот фараон шествовал по полированным золочёным залам в великолепном дворце своей новой столицы. Для египетского фараона, считавшегося потомком бога Солнца Ра, жёлтый металл служил своего рода мостом между земной жизнью и потусторонним миром, а священный жук Скарабей был ключом к Вечности.

Рамсес II хотел обессмертить своё имя — и преуспел в этом. Тысячелетия спустя человечество восхищается сооружениями его эпохи и поражается неожиданным находкам, которые до сих пор открывают нам личность фараона, сотканную из тщеславия, любви и неутолимой жажды вечности.